"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Наверху, в толще коридоров, где-то сражались Кузнецов и остальные. Но там счет шел уже не на чужие жизни.

Глава 8

Битва против сильнейших

Канберра.

Площадь перед дворцом.

Костер на площади давно остыл, ветер таскал над углями золу. Копии Адриана несли караул по всем правилам: одна расположилась на ступенях, две разошлись по краям площади, небо на востоке, тем временем, выцветало из черного в серое.

Гости появились без предупреждения. Воздух хлопнул, плиты просели с треском, и посреди площади выросли двое: здоровяк в лохмотьях гавайской рубахи и щуплый парень с подпаленными кончиками волос. От обоих тянуло гарью и озоном. Вместо привычных шорт на здоровяке едва не лопались пижамные штаны в мелкий цветочек, подвязанные бечевкой.

— Ни слова про штаны, — Валера ткнул пальцем в ближайшего Адриана. — Другого размера на складе в Гренландии не нашлось. И вообще, цветочки это королевский узор.

Копия благоразумно промолчала.

— Докладывай, — Саша стряхнул пепел с рукава. — Где все?

— Вошли во дворец с полчаса назад, всей группой, — копия махнула в сторону черных створок. — Ворота захлопнулись сами, связи нет с первой минуты. Сначала внутри что-то грохотало. Что-то каменное и очень большое, судя по звуку. Потом все стихло.

Валера поднялся к воротам и приложил ладонь к створке. Металл обжег холодом, а пробный толчок силы ушел в ворота без отклика, растворился, не оставив даже вмятины. Он надавил сильнее, дворец выпил усилие досуха, только по камню вокруг петель пробежала довольная рябь.

— Ну и дрянь, — Валера отнял руку и размял пальцы. — Жрет все, что я в него вливаю. А врежу в полную мощь, и у Нечто появится свеженький слепок короля. Подарок за мой счет, с доставкой.

— То есть выломать дверь ты не можешь, — Саша уселся на ступени и вытянул ноги. — Погоди, какое сегодня число? Впервые в жизни наблюдаю, как ты собираешься думать.

— Не зли меня, малек. Я думаю чаще, чем ты моргаешь, просто не афиширую.

Он спустился и пошел вдоль фасада, ведя ладонью по камню. Стена отзывалась ровным гулом. Сила внутри дворца не сидела на месте, она текла, и вовсе не к воротам.

Саша тоже это уловил. Он согнал с лица ухмылку, присел и прижал ладонь к плитам площади. Пепел вокруг его пальцев пополз тонкими струйками в одну сторону, на глазах выстраиваясь в стрелку.

— Чуешь? — Есенин поднял голову. — Из-под фундамента идет жила. Тонкая, аккуратная, тянет ровно. И уходит она не вниз, а вдаль.

Валера прищурился вдоль направления, которое выложил пепел. Взгляд его прошелся над крышами, над заливом, уперся в светлеющий горизонт и двинулся дальше, через океан и материк.

— Что у нас там? — он прикинул по бледнеющим звездам. — Япония, потом наша Империя, а за ней…

— А за ней Северная Империя, — Саша поднялся и отряхнул колени. — Выходит, все, что эта махина выпивает из округи, утекает за целых полмира. Это какой-то циклопический насос!

— И качает он не в свой карман, — Валера потер затылок. — Вот и вопрос: с чего Нечто сидеть в кладовке, если склад у него на другом конце планеты?

Он прикрыл глаза и проговорил через Внутреннее Хранилище:

— Голубая, отзовись. Есть новости, тебе понравятся.

Ответом была тишина, какая бывает только в наглухо запечатанной комнате. Дворец отрезал связь вместе со всем остальным.

— Молчит, — Валера открыл глаза. — Значит, наши там варятся вслепую, а мы тут любуемся рассветом.

— Пойдем по жиле? — Саша качнул подбородком на север. — Если главное затевается там, каждая минута на счету.

— Затевается там, а люди наши здесь, — отрезал Валера. — Сначала вытащим их и передадим Мишане про твою стрелку, а потом хоть на север, хоть на луну. Раз в дверь нельзя и по стенам нельзя, но про землю под площадью никто договора не подписывал. Копать буду чистыми мускулами, пусть попробует снять слепок с моей трудовой мозоли!

Он поплевал на ладони, поддел край гранитной плиты и вывернул ее из площади с таким хрустом, что копии Адриана дружно отступили на шаг. Затем нагнулся и принялся копать яму. По-собачьи.

На глазах у изумленного рассвета начался первый в истории королевский подкоп под не менее королевский дворец.

* * *

Канберра.

Дворец. Тронный зал.

Проход закончился аркой в два человеческих роста, за ней распахнулся тронный зал. Холод здесь стоял куда злее подвального: он выжимал из глаз слезы, намораживал их на ресницах, каждый выдох оседал на вороте колючей коркой.

Позолоту колонн затянуло ледяной пленкой, окаменевшие портьеры висели глыбами. Вдоль стен, от арки до возвышения, виднелись человеческие силуэты, сотканные из света. Десятки фигур мерцали вразнобой, не совпадая друг с другом.

У ступеней трона, словно на последнем издыхании, лежал Ричард Шестой. Казалось, жизни в короле Австралии оставалось на самом донышке. А на самом троне, закинув ногу на ногу, расположился хозяин приема. Латаный пиджак преподавателя сидел на нем криво, в ладонях он перекатывал квадратный предмет из серого камня, по ободу которого бежала цепочка рун. С лица Буслаева на меня глядели черные глаза.

— Дошел, — чернота в его глазницах шевельнулась. — Даже раньше, чем я рассчитывал. Как тебе мой дворец? Я специально оставил дорогу пустой, чтобы ты лично посмотрел на всю эту красоту.

— Планировка спорная, стены ездят, лифтов нет, — я шагнул в зал, и Ерх в моей ладони налился нетерпеливой дрожью. — И с отоплением беда, ваше темнейшество. На резиденцию сильнейшего существа вселенной не тянет, скорее на морозилку с амбициями.

Кутузов и Святослав разошлись в стороны, беря трон в клещи. Генерал держался на полшага позади, как договаривались, я буквально спиной ощущал, чего ему стоит наш с ним уговор.

— То, что у него в руке… Похоже на деталь от портала, — Лора раскинула поверх зала прозрачную схему, по ней побежали отметки. — Не хватает последнего сегмента. И еще, Миша… Я теперь вижу порог снятия твоего слепка, он висит над тобой красной чертой. Выброс выше четверти твоей силы, и через пару секунд на стене появится твоя полная копия. Считай, что ты на диете: четверть порции и никаких добавок.

Четверть так четверть. Вполсилы мне драться уже доводилось, повоюем и на голодном пайке. Голова пока при мне, а ее в