Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

– Если бы ты нашла исполнителей. А вот с этим возникли проблемы, – ударил наугад Мечислав. – Оборотни не стали бы покушаться на Юлю по доброй воле. Она – единственная их надежда на детей! Она их будещее. И мое тоже.

И попал. На миг Елизавета потеряла самообладание. Глаза сверкнули алыми огнями.

– Довольно! Если ты настаиваешь на продолжении этого фарса – тебе же хуже! Ты выставишь себя идиотом перед Советом!

– Переживу. Твоя могилка скрасит мне это ощущение.

– И не надейся на мою смерть! Неужели ты думаешь, что у меня нет никаких связей?!

– А ты думаешь, я позволю тебе пакостить и дальше?

– И столько шума из-за какой-то малолетней твари, которая, кстати, угрожала мне. Первая. Где она сейчас?

– Не твое дело.

– А может, мое? Я являюсь оскорбленной стороной. И могу вызвать твоего фамильяра на поединок!

Мечислав внутренне содрогнулся.

Его девочка – и эта гадина?!

Никогда!!!

Демон – и тот был безопаснее.

Но ответить стоило спокойно.

– Я бы на твоем месте беспокоился не о поединке, а о достойном саване.

– Обеспечь его себе и своей сучке, – сбросила маску вампирша. – Она уже перестала плакать по своему горехудожничку?

Мечислав брезгливо скривил губы. Удар не достиг цели. Он-то по Даниэлю уже отплакал.

– Я не удивлен, что Даниэль предпочел погибнуть, лишь бы не возвращаться к тебе. Ты омерзительна.

– Ты еще повторишь мне эти слова. Ползая в пыли у моих ног.

– Я могу сделать это в любой момент. И Даниэль, и Юля – они видят твою натуру. Ты просто тошнотворна. Ты не вызываешь ничего, кроме брезгливости. И даже красота тебе не помогает, Елизавета. Ты воняешь, как разложившийся труп.

И этих слов Елизавета не выдержала. Бросилась вперед хищной кошкой, намереваясь выцарапать противнику глаза.

Мечислав перехватил тонкие руки с алыми ногтями в сантиметре от своего лица.

– Успокойся. Не то закую в цепи.

Но все было бесполезно.

Хорошо хоть тревожную кнопку можно было нажать и ногой. А когда влетят охранники во главе с Вадимом – передать им извивающуюся от ярости вампиршу.

– Эту – в цепи, пока не остынет. Она пыталась меня убить.

Елизавета разразилась потоком ругательств, но Вадиму было все равно.

В цепи?

Да хоть в кандалы! И заклепать наглухо!

Покушение на шефа и друга он никому спускать не собирался.

* * *

До утра мы разговаривали. Подозреваю, что в таком шоке Палач не был уже лет триста. Зато уж теперь…

Сначала мне пришлось рассказать, кто такой Шарль и откуда он взялся.

Рассказала. Пусть и с тремя перерывами.

Потом про то, как выручала его у Альфонсо да Силва.

С двумя перерывами.

И про состояние Шарля.

Вот тут Палач впал в бешенство. Одна мысль, что кто-то из его… детей? Созданий? Посмел так поступить с ДРАКОНОМ…

Короче, повезло Альфонсо да Силва. Раньше сдох. Будь он сейчас жив…

Мне пришлось минут двадцать успокаивать вампира, только чтобы продолжить рассказ. Причем взбесило его еще и то, что он НЕ ЗНАЛ!!!

– Слушай, ну ты же ужас и убийца вампиров, каратель, а не информационный центр!

– Девочка, а сколько бы я пробыл ужасом, не умея работать с информацией?!

– Недельки две?

– Меньше. А тут… Столетия!!! И хоть бы одна скотина!..

– А кто знал, что Шарль – дракон. Кроме Альфонсо?

Палач задумался. Почесал нос. И как-то растерянно развел руками.

– Может, и никто. Вампиры знают о драконах, но я считал, что я – последний.

– Угу, размечтался…

– Юля, драконы не могут постоянно находиться в человеческой форме. Физически. Нам надо принимать свой нормальный облик и довольно часто. Летать, танцевать среди грозы… Это я искалечен. Но нормальные драконы не способны прятаться. И хитрости даются им с большим трудом.

Я вспомнила Шарля и кивнула. Максимум, чему смог научиться дракоша – это молчать. В ответ на всё. Что бы ни происходило рядом.

– Так что, если бы были живые драконы – я бы знал.

– А что могло с ними случиться?

– Смерть, – пожал плечами Палач. – Люди безжалостны.

– Вот уж точно. А вампиры – квинтэссенция всего сволочного в людях.

– Не преувеличивай.

– Я еще преуменьшаю. Сколько вампиров знает о тебе?

– Четверо, – вздохнул Нед. Да, конечно, Нидхегг, но Нед звучало как-то спокойнее.

– Альфонсо знал, что ты дракон?

– Нет.

– А какова вероятность, что Альфонсо поделился информацией о своем ручном драконе с кем-нибудь из знающих?

– Нулевая. Члены Совета живут между собой, как кошка с собакой.

Я тряхнула головой.

– Не сомневаюсь. И уверена – животные приличнее. Уж добрее точно. Я не удивлена, что эта информация прошла мимо тебя. Альфонсо тоже был не лыком шит. А Шарль… он был почти безумен.

– А сейчас?

– Сейчас ему легче. И проклятие я с него снимаю…

Я запнулась, когда в меня уперся горящий взгляд палача.

– Снимаешь… проклятие?!

Видимо, снадобье действовало не только сзади, но и спереди. На мозги. Потому что дошло до меня, как до утки. На третьи сутки.

– Да. А…

– Как ты думаешь, если поработать с моим проклятием?

Потом я сто раз обзывала себя дурой. Но язык без участия мозга ляпнул:

– А умирать кто будет?

Палач странно фыркнул. Закатил глаза, словно сомневаясь в моей адекватности. И предложил:

– Хочешь, я подарю тебе Елизавету для этой цели?

Я подумала.

– Хочу.

Елизавету я терпеть не могла. И было за что. Если бы не она, Даниэль до сих пор был бы со мной. Или мне стоит поблагодарить вампиршу?

Если бы не она, что могло бы случиться?

– Мечислав не потерпел бы соперника. Рано или поздно он избавился бы от Даниэля.

Я захлопала глазами. Нед рассмеялся.

– Я знаю о ваших взаимоотношениях. А остальное – о чем ты размышляла, понять тоже несложно. У тебя очень выразительное лицо.

– Все равно благодарить эту сучку не за что, – буркнула я.

– Так и быть. Прикончишь ее без благодарности.

– Мечислава попрошу. Он не откажет.

– А сама?

Я пожала плечами.

– На моих руках тоже есть кровь. Но это – другое…

– Ты никогда не убивала хладнокровно. Так?

Я кивнула. Всегда – это были либо враги, либо я была в состоянии аффекта, в крайнем случае – мне надо было спасать своих друзей. Хладнокровно, рассудочно и жестоко я не убивала. И уж тем более не убивала ради своей жажды мести.

– Если хочешь – не убивай ее сама. Но рано или поздно тебе придется через это пройти.

– Лучше поздно. Не стоит спешить с некоторыми вещами.