Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

Проклятие и так убивало его.

Медленно, жестоко и неотвратимо.

И очень болезненно.

* * *

Нидхегг весь дрожал от… страха?

Он думал, что давно уже разучился бояться?

Наивный…

То, что с ним происходило, заставляло его сворачиваться в клубок, как маленького котенка.

Хвост сам собой прижимался к телу, остатки крыльев дрожали, а язык нервно облизывал морду.

Да-да, морду. Здесь он был в своем истинном обличье.

И это «здесь» было… кошмарным!

Он находился в месте, где не было ничего.

Вообще ничего.

Только сплетение силовых потоков. Невероятно мощных. Сильных, чистых, абсолютно чуждых ему. Пожелай они – и в следующий миг его сотрут из мира. Навсегда.

Они сверкали, словно потоки звезд, обтекали его со всех сторон, равнодушно прикасались – и стремились дальше.

Им не было до него никакого дела.

Раньше.

А сейчас…

Он пропустил момент, когда рядом появилась Юля.

Она просто лежала на одном из силовых потоков и выглядела абсолютно спокойной.

Довольной, счастливой, расслабленной… и потоки явно признавали ее. Они ластились к девушке, касались ее платья, волос, лица, завивались кольцами на запястьях… Палач понимал – одно движение – и от нее не останется даже памяти.

Но девушка доверялась им.

Лежала, расслабленно откинувшись назад, и мечтательно улыбалась, словно видела что-то очень хорошее. А потом повернула голову в его сторону.

И Палач увидел, как с ее лица спадает улыбка.

Она явно видела что-то нехорошее.

А в следующий миг и Палачу стало страшно.

Потому что девушка припала к одному из силовых потоков и просто начала пить его, как воду.

Ей-ей, были б у дракона волосы – они бы дыбом встали от ужаса.

А силовой поток все вливался и вливался в тело девушки, даже и не думая протестовать. Он с радостью делился силой, пока Юля не начала светиться сама.

И тогда девушка встала и пошла к нему, легко скользя по потокам сил над пустотой.

Палач мысленно застонал и закрыл глаза.

Это было слишком даже для его нервов.

* * *

Я на миг закрыла глаза. А когда открыла их – рядом оказалось озерцо с прозрачной водой. И я потянулась к нему губами.

Вода была холодной, но не ледяной, а очень чистой и вкусной. И я пила ее, впитывала всеми клеточками тела, наслаждалась каждым глотком… и утихала боль, и исчезали судороги, время от времени скручивающие меня в тугой комок… мне было спокойно и хорошо.

А потом я встала и пошла к дракону.

Глаза зверушки были закрыты. И я вежливо постучала по бронированному носу.

Ох, зря! Потому что моя рука попала на полоску сетки.

И в следующую минуту я взвыла дурниной.

Сетка обожгла и меня. Причем так больно, что я рысью помчалась засунуть руку в воду. Ох, черт! К ней и не прикоснешься! Кто ж бедного Неда так приложил?

Спросить, что ли?

* * *

Нидхегг рискнул приоткрыть глаза – и едва не закрыл их обратно. Вид пространства, пронизанного потоками силы, был… непереносим. Последний раз он видел нечто подобное еще во времена Рагнарека.

И видеть это снова – не хотелось.

А еще было страшно видеть, как женщина скользит по потокам сил, как опускает в них руки и явно получает от этого удовольствие.

Как, как она получила такую силу?!

Кто она вообще такая?!

Если удастся выбраться отсюда – Нидхегг поклялся себе вплотную заняться этим вопросом.

Если вы обнаруживаете под своей кроватью ядерную боеголовку – вы точно поинтересуетесь ее происхождением…

* * *

Мечислав ругался матом, как грузчик, которому на ногу уронили комод. Раз пять.

Палач не отвечал.

Ни на звонки, ни на эсэмэски.

Этот убийца со стажем был доступен, вполне себе в зоне действия сети, но НЕ ОТВЕЧАЛ!!!

Не хотел?

Был занят?!

Но чем?!??!!

Воображение услужливо подсказывало Мечиславу, что можно сделать с его девочкой.

Его любимой, родной, его Юленькой – и вампир готов был скрежетать зубами со злости.

Но сделать как раз ничего и не мог. Только дозваниваться раз за разом, слышать длинные гудки – а потом обрыв связи – и в очередной раз повторять про себя клятву.

Если с его любимой девочкой что-нибудь случится – пусть Палач молится, чтобы Мечислав не пережил этого.

Потому что иначе…

Плевать, что Палач неуязвим.

Плевать, что его нельзя убить!

Убить можно каждого. А если за это возьмутся вампиры, оборотни и дракон – что-то обязательно получится.

Юлю он никому не простит…

* * *

Как следует оттерев руку, сначала в воде, потом об траву, а потом опять в воде, я серьезно задумалась. И подошла к Неду уже осторожнее.

– Тебе что-нибудь говорили о твоем проклятии?

– Мало, – дракон говорил, не размыкая губ. Слова рождались где-то в глубине горла и с трудом доносились наружу.

– Что именно? Чья это вообще работа? Потому что мне даже дотронуться до него сложно…

– С Шарлем было не так?

– Нет. Намного легче. А твое… оно бы и на меня переползло, если бы смогло. Факт! Неужели его никто не пытался снять?

– Пытался.

Я потерла виски.

– Ладно. Давай так. Вот вернемся в реальность – и ты мне там все расскажешь. В красках и подробностях. Обещаешь?

– Что сам знаю.

Пришлось удовольствоваться таким обещанием.

Я задумалась.

– Но просто так до этой дряни и не дотронешься. А вот если… ты мне сейчас скажешь, легче будет или тяжелее, ладно?

– Хорошо.

Я опять подошла к озерцу. Опустилась рядом на колени. И зачерпнула в ладони воды. Сколько смогла.

Вернулась к дракону и вылила воду ему прямо на замершую в ожидании морду. Четко – на одну ячейку сетки. Раз, другой, третий…

После пятнадцатого раза Нед чуть шевельнул глазами.

– Легче. Там, куда ты… воздействовала.

Я кивнула. И пристально рассмотрела сетку и шкуру под ней.

Вода словно смыла кислоту. И вновь она не появлялась. А сама сетка в этом месте выглядела потрепанной. И какой-то тусклой.

О чем я и сообщила дракону.

– Полагаю, если тебя искупать полностью – станет легче. Но масштабы… был бы ты помельче. Или было бы у меня ведро…

Масштаб задачи и так впечатлял. Облейте из ладоней девятиэтажку. Ага? А я посмотрю на героев.

Было бы хоть озеро побольше…

Прилетевшая в лоб шишка стала хорошим ответом. Не наглей. Бери, что дают. И будь благодарна за это. Да понимаю я. Но помочь-то хочется!

Деревья зашумели, как бы говоря – всем не поможешь.

Ну и что! Я постараюсь!

Извернемся