Обратный отсчет - Токацин

живой плоти, — они сидели так тихо, будто перестали дышать. Оружия у них не было — даже отобрать было нечего, видно, всё осталось в «передвижном лагере». Горку отобранных цацек охранял лично Гварза и кучка угрюмых Броннов. Ни один Джагул в её сторону даже не смотрел — все пристально наблюдали за сааг-туулом. Гедимин подумал было, что они как-то контролируют своё животное, но оно к ним не повернуло ни один глаз — все, ещё не закрытые, были направлены на покалеченные лапы и возящихся с ними филков.

— И что? Они так тут и будут?

Айзек положил руку ему на плечо. У него перчатки были чистые, без чужой органики.

— Пару дней точно. Без зверя они беспомощны. Посидят под защитным полем, а местные присмотрят.

— Принесло же их сюда… — пробормотал Гедимин, угрюмо щурясь. Айзек развёл руками.

— Я бы сказал — пригнали. Не знаю, что у них там — сейчас всем не до переговоров. Пока что нас умоляли помочь их зверю. Мне это всё не сильно нравится, но раз вы с Вепуатом дали им надежду… — он выразительно пожал плечами.

— Надежду… — Гедимина передёрнуло. — Из-за них Вепуат…

Резко развернувшись, он двинулся к дальней палатке.

— Руки помой! — крикнул Айзек ему вслед.

…С окраины донёсся гулкий протяжный вздох. Гедимин поморщился, но оборачиваться не стал. Когда он откинул полог, двое Броннов, сидящие у изголовья, вскинулись и пропищали что-то, дотрагиваясь до лба. Гедимин молча вошёл в шатёр и опустился рядом с Вепуатом.

— Эй, — прошептал тот, поворачивая голову к сармату. На его лбу блестела испарина, и он слегка щурился — но, похоже, боль отступила.

— Плохо? — Гедимин заглянул ему в лицо. — Медики там возятся с тварью…

— Молодцы, — прошептал Вепуат. — И тебе спасибо. Уххш… Дёргает. Внутри… Будто кусок становится на место. И чешется… сил нет!

Гедимин посмотрел на его раны и беззвучно хмыкнул. Бронны успели разрезать остатки комбинезона и смыть запёкшуюся кровь. На груди Вепуата остались глубокие ссадины. Ещё несколько виднелось на плечах, там, куда впились помятые щитки. Под кожей больше не шевелилось ничего лишнего, и ни хрипа, ни бульканья Гедимин не слышал.

Бронн, быстро заглянув Вепуату в лицо, вытащил из чашки с водой мокрую тряпку в ошмётках давленых ягод и растянул по его груди. Гедимин вздрогнул, но сармат блаженно улыбнулся.

— Унимает зуд… Так что со зверем? А Джагулы? Много раненых?

— Не выяснял, — буркнул Гедимин, недобро щурясь. — Животное выживет. Зачем ты туда полез⁈ Все кочевники — одинаковая дрянь.

Вепуат слабо качнул головой. Его глаза потемнели.

— Они шли к нам за помощью. Ты сам видел. Они надеялись…

— Если хоть кто-то из них сунется к реактору… — Гедимин стиснул зубы. Вепуат хотел что-то сказать, но только дёрнулся и зажмурился.

— Фшшш… Фу-уф. Это, кажется, было лёгкое. Ремонт… — он криво ухмыльнулся. — А неприятная эта штука. Когда изнутри. Гедимин… Ты иди к реактору. Я тут полежу. Может, засну.

«Реактор… Реактор!» — Гедимин вздрогнул всем телом и развернулся к выходу. «Айзек наверху. Все наверху. Кто у реактора⁈»

…На шум отодвигаемой крышки обернулись двое «операторов». У пульта сидел Альгот, рядом, на свёрнутом матрасе, — Ярне.

— Если будет помёт, накройте полем, — выпалил химик, глядя на Гедимина. — Никуда не растаскивать! Таких волокон на всей Равнине…

Гедимин фыркнул. Обсуждать помёт ему совсем не хотелось.

— Кыш, — бросил он, заталкивая матрас под пульт и тяжело опускаясь в кресло. Тёплое щупальце просочилось под шлем и коснулось виска. Гедимин выразительно пожал плечами.

— Полный лагерь кочевников. Смотри за ними. Сунутся — бей на поражение.

…Айзек спустился в бункер через сорок минут.

— Забился в нору? — он смерил Гедимина хмурым взглядом и криво ухмыльнулся. — Вставай, моя очередь. Ещё три часа можешь не заходить.

— Что с кочевниками? — спросил Гедимин, неохотно выбираясь из-за монитора. Оставлять реактор на Айзека не хотелось — слишком легко тот покидал пост.

— Под куполом и на мушке, — Айзек снова ухмыльнулся; ничего весёлого в его гримасе не было. — Иди-иди. Зайди к Вепуату. Дай ему пару уроков физики.

— Физики? — Гедимин мигнул.

— Ну да, — Айзек поморщился. — Про массу, ускорение и тому подобное… Идиот пернатый! Лезть под хвост сааг-туула⁈ Если бы не симбионты, минуты бы не прожил!

Гедимин вспомнил торчащие обломки рёбер и странно сплющенную грудную клетку, и его передёрнуло.

— Физика не поможет, — пробормотал он, угрюмо щурясь. — Он думал — не нападут. Это не про физику. Это про традиции.

…Вепуат повернул голову, и угол его рта дёрнулся. Ухмылки не получилось, даже кривой, но дышал он уже легче, и раскалённая кожа слегка остыла.

— Освободился? У тебя ещё пара часов, наверное… — он попытался поднять руку с приборами, но Бронн-«санитар» вовремя перехватил её и придавил к полу, для верности усевшись на предплечье. Вепуат виновато хмыкнул.

— Три часа, — поправил его Гедимин, глядя на оголённую грудь. Ссадины затянулись, но какие-то процессы внутри, под кожей, ещё шли, заставляя сармата болезненно щуриться. Бронн с негромким писком снова накрыл его мокрой тканью с налипшими шкурками ягод.

— Значит, успеешь, — Вепуат снова дёрнул ртом. — Ардан… он где-то на холме. Дверь открой, он сам подтянется. Занятия… позови всех. Хотя бы на пару часов. А?

Он умоляюще смотрел Гедимину в глаза. Тот растерянно мигнул.

— Занятия? Тут всем не до них. Кочевники…

Вепуат фыркнул.

— Чтобы тоготцы из-за каких-то кочевников пропустили занятия⁈ Все прибегут. Только открой дверь. Сигнал им…

Он, забывшись, дёрнул придавленной рукой, и Бронн, до сих пор на ней сидящий, укоризненно заверещал. Гедимин запоздало ткнул когтем в висок, поднимая экранирующую пластину.

— … и спать!

— Поспишь, когда так чешется, — отозвался Вепуат и перевёл взгляд на Гедимина. — Горючая смесь в нише, остальное — где обычно. Полтора часа, а? Одному Ардану будет трудно…

…Гедимин распахнул дверь и встал в проёме. Длинная световая полоса, разделённая надвое чёрным силуэтом, и правда, была сигналом — тут же с окраины донёсся возбуждённый писк, а справа, со стороны лагеря, — потрясённый выдох и приглушённое ругательство. Ардан вынырнул из темноты, заглянул Гедимину в лицо и растерянно мигнул.

— Занятия, — буркнул тот. — Вепуат просил. Справишься со Скогнами? Сэта — мои.

—