"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Пять пар снайперов, — доложила Лора мне на ухо. — Крыши музея, ГУМа, Сената, Спасская и собор. У командования затык, они не понимают, в кого стрелять. Штаб велел им ждать «людей, которые в курсе». Короче, тянут.

Я снял со спины Ерх, рукоять сама скользнула в ладонь. Пластины на лице разошлись, и на кожу упали холодные капли. Дышать без деталек было легче, от местных запахов запершило в горле, хотелось сплюнуть.

— Ты не мог просто подождать в Ватутинках? — я замер, не дойдя до Лобного места десятка шагов. — Такси, автобус, что угодно, но идти пешком до Кремля и разбирать по дороге всех, кто попадется… Знаешь, у нас так делают только те, кто рекламирует спортивную обувь.

— Ты не поверишь, но мне стало любопытно, — Нечто провел взглядом по башням, по куполам, по низкому небу. — Здесь почти также, как в прошлом мире, только пусто. Дома те же, башни те же, а искры нет ни в одном камне. Как в музее, где сняли все картины, а рамы оставили висеть. Тебе не жутко было здесь расти?

— Здесь хорошо кормят, — я поднял Ерх на уровень груди. — Ладно, вставай. Ты хотел стол, вот тебе стол. Ужин, правда, будет драться.

Он остался сидеть и смотрел с любопытством, чернота вокруг него замерла. От этой ленивой уверенности между лопаток похолодело, и дождь тут был ни при чем. Он не собирался спешить.

— Ты решил, что я пришел за ядром, — голоса разошлись, часть из них смеялась. — Все так решили… Владимир триста лет назад рыл эту планету, Созидательница со своими книжками… все искали красный кристалл размером с дом. Знаешь, почему никто его не нашел его? Потому что нет никакого кристалла. Ядро не лежит в земле, царь. Оно ходит.

Нити на плечах Лоры перестали мигать. Слушала она молча.

— Триста лет назад в тот мир, пришел один человек. Пространство случайно треснуло, и в эту трещину провалился обыкновенный парень. Звали его Владимир. Удивлен? Он всем говорил, что рожден в Империи, потому что так было удобно. Но он родился в другом мире. Он был первым, кто перешел грань между мирами, и его переход оставил на планете отметину, которую я почуял раньше всех.

Владимир Кузнецов родился не на той планете? Я молча переваривал его слова, но они не хотели укладываться в голове. Верховный бог, основатель рода, командир двадцати, отец Любавки и Богдана, старый воин, был таким же попаданцем, как и я. Парнем с той стороны, который провалился в иной мир на триста лет раньше, чем я.

— Ядро росло вокруг него, — продолжил Нечто, наблюдая за моим лицом с явным удовольствием. — Вокруг его крови, вокруг его рода. Мир магии кормил эту породу триста лет, каждый Кузнецов копил, каждый добавлял свою каплю к ядру. Эта первая половина созрела в роду Кузнецовых. Ты пришел так же, с той стороны, впитал его кровь, царь, и эта половина досталась тебе. А вот вторая половина… она все это время была здесь. Закон вселенной таков, что если человек выпадает из одной реальности, то брешь надо заполнить. В этом мире, где у той же породы осталась родня, тихая, без искры, без каналов. Тратить энергию было не на что, не было моих метеоритов, не было кристаллов и она просто копила силы. Триста лет, в тишине. Молча зрела в человеке, которому и в голову не приходило, что он что-то носит.

Он замолчал и склонил голову набок.

— Ну же. Ты сообразительный, я это ценю. Которая из двух половин пришла через портал меньше года назад? Кто с рождения таскал в себе вторую, а потом сунулся туда, где его ждала первая? Ты думал, что тебя выбрали в исследователи за авантюрный характер и умелую стрельбу по мишеням? Тебя никто не выбирал. Тебя тянуло к порталу, где тебя ждали остальные силы.

Ерх потяжелел в ладони. Дождь стучал по металлу на плечах, вода стекала по пластинам под воротник и ползла по спине, а я слушал, как этот сукин сын спокойно, с ленцой, объясняет мне мою собственную жизнь.

Четверо исследователей, Марк, Лида, Стас и я, полгода отбора, психологи, полигоны. Портал, который пропускал по одному. Я всегда думал, что мне просто повезло… Да, только у меня было бесконечное вместилище, кристаллы, что таяли у меня в ладони, ранг Подмастерья за неделю, все это в один миг из везения стало судьбой. Даже у Буслаева было не так. Я чувствовал, что чем-то отличаюсь.

Порода, о которой я и не подозревал.

— Я пришел не за ядром, — Нечто наконец поднялся, чернота поднялась вместе с ним, повторив его движение. — Я пришел за человеком. Обе половины сошлись в одном теле, они дозрели, и это тело сейчас стоит передо мной посреди площади, в мире, где у него нет возможности восстановиться. Твоя голубая помощница, которая, полагаю, стоит у тебя за плечом и делает вид, что ее нет, не вытянет из этого воздуха ни капли магии, потому что тянуть отсюда нечего. Ты потратишь все, что принес, я подожду, а потом заберу то, что мне причитается. Здесь мне не нужно хитрить, царь Кузнецов.

— Он меня видит? — шепнула Лора.

— Он знает, что ты есть, — я не повернул головы. — Видеть тебя может только я и питомцы.

— Тогда я ему не помашу.

Я поднял глаза к Нечто. Он стоял совсем близко и ждал, по его лицу расплывалось выражение сытого едока, уверенного, что блюдо со стола никуда не убежит.

Триста лет он вел эту планету к столу. Владимира, Петра, всех подряд. И меня, оказывается, тоже. Нечто всегда был терпелив. Половину пути я прошел сам, не подозревая, что дорога давно нарисована божеством Хаоса.

Пусть так, дорогу нарисовали за меня. А вот куда шагнуть с нее, я решу сам.

— Значит, ядро это я, — я перехватил Ерх обеими руками, и металл сомкнулся вокруг рукояти. — Забавно выходит. Ты триста лет ждал ужин, а он пришел к тебе с ножом. Хочешь есть, попробуй сначала срази его.

Нечто улыбнулся шире.

— С удовольствием.

* * *

Сахалин.

Дикая Зона. Портальный метеорит.

Прежде чем уйти с рубежа, Валера пересчитал, кому и сколько он отдал сил. Посейдон брал больше всех, у