В погоне за Смертью - Кирилл Архангельский

я сам, которые с детьми почти не взаимодействовали. Что уж говорить о маленьких девочках. Это ещё истерику жены ты можешь остановить крепкой пощёчиной, а что делать с этим маленьким созданием, под моей защитой, которое своими слезами и завываниями почти вырывает из тебя душу. Настоящее оружие массового поражения.

Не забыла Алисия упомянуть и про попытку её отца убить её, что вызвало на лицах гвардейцев смесь гнева, презрения и в то же время понимания необходимости такого шага.

В целом девочка рассказала чистую правду, за одним исключением – нигде в её истории не было меня. До момента, конечно, как добрый Господин подобрал её, бедную и потерянную, на перекрёстке.

Малышка звучала так искреннее, добавляя в нужные места драмы, причитаний и слёз, что на определённом этапе даже я был готов поверить в её слова. И это при том, что я был там сам!

Проклятье! Неужели всему этому её обучила мамаша? Если так, то девке самое место среди лицедеев!

Когда Алисия закончила, весь отряд всадников облегчённо вздохнул.

— Вопросов к вам больше не имею, Сэр Альгуеро, - покачав головой выдохнул Вольфганг.

От неожиданного наплыва эмоций ему хотелось поскорее убраться отсюда. Тем более – он убедился, что я никакой не дезертир, так что его отряду тут делать нечего. Надо выполнить своё задание как можно скорее, и вернуться в крепость, пока там ничего не случилось.

— Благодарю, Сэр фон Франкен, - почтительно поклонился я, и быстро направил девочку по левую сторону от себя, и пошёл вперед по обочине. Так я мог прикрывать её своим боком, на случай если гвардеец передумает.

Взмах руки и колонна всадников поскакала дальше по дороге, и лишь Вольфганг остался стоять на месте. Его лицо было омрачено тенью глубокой задумчивости. Он явно хотел что-то сказать, но не был уверен, что может.

— Сэр Альгуеро! – окликнул меня командир рыцарей.

— Слушаю? – повернулся я к нему.

— В эти тёмные времена, мы, живые, должны держаться вместе. И каждый способный держать клинок человек важен. Как и каждый погибший лишь пополняет ряды врага, - крикнул Вольфганг. Судя по тому, что он сказал дальше, я понял, что это были оправдания для него самого за то, что он собирается сказать. - Несколько крупных обозов с продовольствием и охраной пропали на пути в Мистаф.

После чего развернулся и поскакал в след за своими людьми.

— Благодарю! – крикнул я вслед, и рыцарь молча помахал рукой, не глядя в мою сторону.

— И что это значит? – непонимающе спросила Алисия.

— Что возможно уже совсем скоро, я исполню данное слово.

Чувство удовлетворения и предвкушения разлилось по моему сознанию.

Китавидас был доволен.

***************

Мы продолжали двигаться по дороге.

“Скачки” Алисии на рыцаре пришлось прекратить. Так как в случае внезапного нападения, я должен быть в полной боевой готовности, как и сама девочка, при первых признаках угрозы бежать в лес. Это существенно замедлило нашу скорость, но другого выхода не было.

Если фон Франкен не обманул, а судя по его поведению вряд ли – уж слишком порядочным казался этот рыцарь. То где-то в местных лесах засела большая и опасная шайка разбойников. Скорее всего из числа бывших солдат Короля Конрада.

Это же и объясняло почему на эту не самую почётную задачу – патруль тракта – пришлось выделить именно гвардейцев, да ещё в таком количестве: обычные солдаты понесли бы большие потери в противостоянии с этими предателями. Если бы вообще не решили к ним присоединиться. А людей сейчас и так, судя по всему, очень не хватает.

Для нас же это были очень плохие новости – если на крупный вооруженный отряд всадников, разбойники напасть скорее всего даже не решатся, то вот на пару простых странников легко. И Алисия в этом плане была только отягчающим обстоятельством.

Единственным кто радовался такому повороту был Китавидас, но меч в целом мало, что заботило кроме хорошей резни, последняя из которых случалась в нашей жизни очень давно. Слишком давно по меркам меча.

В то же время, я сумел и ему подпортить настроение – уж очень меня заинтересовало внезапное красноречие девочки. Я ожидал, что меч через себя будет передавать мне вопросы от неё, на которые я буду давать ей ответы, и говорить как себя вести, но получилось совсем иначе. Меч прекрасно давал указания ей сам, тонко чувствуя настрой и состояние гвардейцев, так же, как и возможности самой Алисии.

Ещё одна странность к образу того, кто сам говорит, что он всего лишь меч и ничего не понимает в людях.

В то же время, я продолжал обучать девочку манерам: слуга Конхеладо должна уметь вести себя достойно. Так что многие привычки, из Алисии пришлось выбивать палкой, но результат того стоил.

К тому же, нам пришлось немного изменить нашу “легенду”. Теперь для всех посторонних, я просто Рикардо Альгуеро. Сэр Ульрих несмотря на свои дерзкие и оскорбительные слова дал мне важный урок, и напомнил, про одну мою новую особенность, полученную в результате смерти – внешне, я теперь вылитый харец.

Значит можно забыть не только про обращение ко мне как к Конхеладо, но и про попытки сохранить остатки своей знатности и титул рыцаря. Больше представляться Сэром, я не могу. Точнее могу, но это вызовет только вопросы.

А вопросы — это вообще последнее, что нужно нежити, которая собирается проникнуть в крепость полную живых солдат.

Глава 9

На следующую ночь после встречи с гвардейцами.

Наш новый временный лагерь пришлось расположить дальше чем обычно. Если до этого мы отходили где-то на десяток метров, и за каким-нибудь деревом располагали костёр, то в этот раз я решил, что нам лучше отойти метров на двадцать. Так чтобы нас точно не было видно с дороги.

Из моего опыта, как одиночные обозы, так и целые караваны по ночам обычно не ездят, а значит маловероятно, что кто-то из потенциальных разбойников будет патрулировать дорогу в поисках добычи. Но от разведчиков-одиночек или дежурных, отошедших поссать дальше обычного, это не защитит.

Костёр мы расположили рядом с крупными корнями Кептроса – крупного хвойного дерева, которое было сильно распространено в землях Немерии. Их было так много, что даже некоторые торговцы называли эту землю – Королевство Серпов. Из-за того, что маленькие хвоинки, которыми были обильно усажены веточки дерева, имели изогнутую серпообразную форму. И очень острые наконечники, в которых располагались семена дерева.