Летящий в шторм - Сергей Александрович Самохин

аппараты тут, на Атлантисе, называли АЭМ: от "Атмосферный Экспедиционный Модуль". Впрочем, сами пилоты и обслуживающий персонал называли всё летающее „амками“, сокращая и упрощая аббревиатуру. С АЭМ “Вирон” я уже познакомился, когда меня перевозили из медицинского центра в центр безопасности, а вот сейчас с удовольствием и любопытством знакомился с маленьким, легким и очень маневренным АЭМ "Скат".

Накрепко пристегнутый к одному из двух имеющихся в скате кресел, я думал о том, что в одном Никлас был прав несомненно: он мог совершенно спокойно отпустить меня в исследовательские полеты, не опасаясь никаких последствий. Причин для такой уверенности у Навигаторов было сразу несколько.

Во-первых, меня сразу поразила та видимая легкость и даже беспечность, с которой пилоты покидали сложную систему узких пещер. С этой же самой легкостью пилоты ориентировались в местах, которые я зачастую даже не мог разглядеть в белой пелене окружающего ската ветра. Причём я сразу же осознал, что лёгкость, с которой пилоты управлялись с амкой, была именно что видимая: такая, какая создается только в тех случаях, когда дело делает настоящий профессионал. Глядя на мелькающие порой в белой пелене детали рельефа – скат шёл не только быстро, но и очень низко – я был уверен в том, что, случись мне прямо сейчас чудом сбежать из кабины и оказаться целым и невредимым на поверхности, я бы понятия не имел, куда мне идти. Более того, я был практически уверен в том, что меня в этом Святым Кругом забытом месте никто и никогда не найдет.

Во-вторых, я удивился ответу моего пилота на мой ему вопрос, не напрягает ли его свалившаяся на его голову ответственность возить меня. Пилот, которого звали Ян, хохотнул и высказался, что это никакая не ответственность, а даже нечто вроде награды. На мое совершенно искреннее недоумение таким ответом он охотно пояснил, что если мы с ним наткнемся на амки, посланные Советом, то в нас гарантированно не будут стрелять.

– Ты полагаешь, что я так нужен Совету Атлантиса?

– Любой модифицированный нужен, – пожал плечами Ян.

– Хорошо, но… Но каким образом они узнают, что с тобой в кабине именно я?

– Аааа, все время забываю, что ты не отсюда, – после паузы ответил пилот. – Ты сколько у них там, в медицинском, времени провел? Да даже неважно, сколько – тебя сразу же отсканировали и занесли в базу. Примерно за несколько сотен метров они получат неточный сигнал, ну а за сотню, еще до визуального контакта, будут знать точно. На таком расстоянии даже тут электроника видит.

– И что, часто случается наткнуться на амки Совета? Тут, в семнадцатом секторе? – спросил я, переваривая информацию.

– Случается, – буркнул Ян, и замолчал. Он внезапно понял, что сказал мне то, что знать мне было совсем не обязательно.

Не сказать, чтобы эта информация меня успокоила. Все же соблазн подумать о сценарии "напасть на пилота – угнать скат – улететь отсюда" у меня был, но просуществовал он ровно до первой минуты полета. Нужно трезво оценивать свои возможности. И если по первому пункту такого плана я в себе не сомневался, то по второму также точно знал – не потяну.. К тому же, я совсем не был уверен, что вооруженные корабли Совета так сильно дорожат моей персоной. Я вполне допускал вариант, что полковник Крэтчет скорее распорядится меня похоронить вместе с Навигаторами в этой Кругом забытой земле, чем будет рисковать своими драгоценными солдатами ради моего спасения.

После нашего первого разговора Ян стал куда менее многословен и более осторожен в своих высказываниях, даже когда я задавал ему вполне рядовые вопросы. Я все пытался понять, каким образом он ориентируется в том хаосе, через который мы летели – а он явно в нем ориентировался, время от времени меняя курс. Причем курс менялся порой почти неуловимо, как будто корректировался, а порой резко. После одной такой смены курса, когда я сильно приложился головой о хоть и скруглённую, но всё равно стальную часть фюзеляжа ската, я не выдержал:

– Слушай, ну ты хоть предупреждай, когда мы так курс меняем. Дохлый я тебе вряд ли нужен.

Я ожесточенно тёр ушибленную голову. Ян покосился на меня, и нехотя ответил:

– Я, знаешь ли, не часто пассажиров вожу. Нечасто – это от слова "никогда", чтобы ты понимал. Так что как-то даже и не думал. Постараюсь, хотя заранее тут порой никак не скажешь. Лучше просто держись все время.

– Далеко еще хоть?

– Не, не очень. Но все равно держись.

Мне пришлось удовлетвориться этим советом, и держаться. Впрочем, Ян не соврал – он еще пару раз мягко скорректировал совершенно непонятный мне курс, и я явно почувствовал, как скат замедляется. Мы опустились еще ниже – так, что я даже без электроники стал различать пустынный каменистый ландшафт под нами. Увиденное напомнило мне Вильм, каким он должен был быть виден с высоты: камни, камни, и равнина. Наш скат вильнул еще раз, еще немного замедлился, и вдруг под нами мелькнуло что-то, выделяющееся на общем сером каменистом фоне. Я не успел точно рассмотреть, что это было, но мне показалось, что среди камней стояла какая-то небольшая кубическая конструкция.

– Ты видел? – вырвалось у меня.

– Видел что? – буркнул Ян в ответ.

– Ну там, на поверхности. Я не уверен, что, но там точно что-то было. Что-то металлическое, вроде.

– Нет там ничего. Камни только. Показалось тебе.

Ян мотнул головой, и теперь я был точно уверен, что там что-то было. И что это что-то я вроде как и не должен был видеть. Да и не увидел бы, если бы не смотрел как зачарованный на эту совершенно безжизненную поверхность. Ладно, просто "запишем" в память, разбираться буду потом. Я открыл рот, чтобы сказать что-то нейтральное, но вместо этого сказал только "Аааххххеее…", или что-то в этом роде. Мы подлетели к Краю.

На самом деле Край и на Атлантисе – Край. Как и на Вильме, как и на Староборе. Только вот я уже отвык от него, как оказалось. И, к тому же, никогда раньше я не смотрел на Край сверху. Ян осторожно, небыстро повёл ската вдоль Края, что-то явно высматривая, а я не мог отвлечься ни на что: я буквально прилип к прозрачному колпаку амки и смотрел на резкую, ломаную линию, отделяющую поверхность от бескрайнего белого. Ян быстро глянул на меня, и усмехнулся:

– Нравится?

– Еще как!

– Ты что, раньше к Краю не подходил?

– Подходил, – и еще как, подумал я, но не сказал вслух. – Просто уже забыл, как это…