По снегу босиком вместе - Нани Кроноцкая

ничуть, сгреб всех участников этой маленькой несостоявшейся (к счастью) трагедии кучкой в охапку и вывалился с ними в реальность. С мыслью совершенно ошеломительной: «Я что, так можно было? Вот ведь. И зачем тогда все столько мучились?'Живописная группа вывалилась на пушистый ковер в самом центре гостиной дома Русовых. Потрепанный очень Ладон (почему-то от его форменного костюма осталось лишь натуральное грязное рубище, будто носил он его целый век, да на каторжных все работах) отчего-то лежал на полу, в стороне от других. На самом же ковре откровенно раскинулась обнаженная Люся, судя по позе, выпавшая сюда уже без сознания. Чуть ближе лежали крепко спящие дети. Аккуратно одетый и чистенький Паша, державший в руках свернувшуюся плотным калачиком маленькую девочку, завернутую только в светлую гриву кудрявых волос сопел очень уютно. Ладонис Лефлог с трудом встал, и накинув на Люсю тот самый халат, что таскал зачем-то с собой в Сумерки и обратно, прошептал ей над ухом заклинание оздоровительного сна, подхватил девушку на руки и отнес на диван. Жива. Прикрыв дракона собой от осколков ментальной атаки, осталась вполне даже здорова. Хотя, он лукавил, конечно: героическая малышка едва снова не выгорела. Везет ему нынче на женщин самоотверженных. Люся опять оказалась с сюрпризом. Какие еще она преподнесет им загадки и тайны? Менталистка, дарующая, эмпат, русалка, нагайна, химера, а может быть, даже и ламия, (сам Сатан ногу сломит в современных хитросплетениях древних рас и семей). Остановись, милая, мы не успеваем тебя изучать, наше чудо природы. Но главными героями этого эпизода были, конечно же, дети. Заклинание высшего уровня, в исполнении ведуна, да еще и ребенка, в Сумерках… Это было невероятно. Почти. И пусть даже поступок мальчишки дал им всего лишь секунды, но именно их и хватило дракону для бегства. В такой ситуации, это решение было единственно-верным для него и для всех. Посыпать голову пеплом Великий дракон из пафосных перворожденных будет после, потом. Припомнит себе все свои прегрешения и промахи: и в бой-то он не вступил, и хвост противнику показал недостойно, даже не выяснив личность преступника. И не стыдно совсем, ну ни капельки, как не старается совесть свою он пошевелить. Присев рядом с детьми, Ладон осторожно разжал пальцы мальчика, доставая из его крепких объятий Марусю. Она подрасти умудрилась немного там, в Сумерках, или ему только кажется? Красавицей вырастет. Папе на радость, мужикам остальным на погибель. Одной рукой стащил с кресла пушистую накидку. Завернув в нее спящую девочку, медленно встал, побоявшись детей разбудить, и положил свою ценную ношу Людмиле под бок. Красота, да и только. Маленький Канин тут все же проснулся: глаза приоткрыл, и злым взглядом уставился на дракона. — Почему ты вмешался? — Ладон просто не мог не спросить. — Тебе же нет дела до нас, сам сто раз говорил. Паша быстро высмотрел Люсю с Марусей, и взгляд его потеплел. С трудом разжал губы, иссохшие вдруг, и ответил — Я — светлый! — дескать, как можно его не понять? — С ними все будет в порядке? — и словно оправдываясь, отвернулся, очень тихо добавив: — пророчество хочу очень узнать. Я обещал ей помочь. Понимаете? Как не понять. Люсе если пообещаешь, выполнить нужно всегда, обязательно. Ладон кивнул, протянул руку мальчишке, помог встать. — Я тут, с ними побуду. Не беспокойтесь, если будет что нужно, — в обиду не дам. — Канин-младший едва стоял на ногах, но голос был твердый. Он говорил тоном повзрослевшего рано мужчины. И Ладонис Лефлог вдруг увидел у мальчишки во взгляде снова обретенный смысл жизни. Юный ведун внезапно и остро почувствовал себя светлым, возможно, — впервые. И теперь точно: 'В обиду не даст.'Дракон снова молча кивнул, наблюдая, как мальчик пристраивается в ногах у девчонок. Их верный сторож, охрана надежная. Тихонечко в сторону отошел, набирая быстро номер на инофоне, и поймал тут же голос встревоженного очень Корвуса — Аве, сиятельный. Я доложил уже Клавдию: у нас очень большие проблемы. — А в голосе молчаливый вопрос: что с ней, как она, где? — Аве. Спит она. Все уже дома. — Помня о возможной прослушке, дракон был осторожен в словах. Но держать несчастного Корвуса в стальных сетях неизвестности было очень жестоко. Илью Он сейчас понимал как никто. Мысли все время сползали к все тем же вопросам. Как там Марго? Как он не старался, запретить себе думать о ней постоянно не выходило никак. — Спасибо! Я… еду, возможно врачу ассистировать. Подробности напишу. И отключился. Забавная какая коллизия. Дракон усмехнулся: судьба словно смеялась над ним. О каком 'враче» шла тут речь догадаться несложно. Иначе Илья и упоминать бы не стал. Спасибо, дружище. За все последнее время Дракон словно впервые вдохнул полной грудью. Немного подумав, сиятельный развернул по периметру дома защитный магический купол и пошел кофе пить. Хватило с него на сегодня уже приключений, достаточно. И не подумает даже узнать, что там еще за «у нас очень большие проблемы.» Ничего в этом нового, все, как обычно.

19. Магическая хирургия

В отличие от гражданской краевой больницы, Военно-морской клинический госпиталь Тихоокеанского флота являл собой здание фундаментальное и представительное. С первых самых шагов от ограды, и по всему пути следования к рабочему кабинету М. В. Оркиной, Корвус не прекращал изумляться увиденному им и услышанному.

Глупости собственной изумлялся. Прежде, чем начать непростой путь «от сохи» светлой боевой магии, через лекарский минимум, да в темную некромантию, ему стоило здесь поработать, причем — рядовым санитаром.

Это была настоящая линия фронта: непрекращающейся вереницей поступающие пострадавшие, раненые, погибшие. И неважно, что мирное время и пули над головами давно не свистят. Шея, свернутая в падении с лестницы, боль приносила ни разу не меньшую, нежели боевая контузия. И пришибленные ударом молотка пальцы тоже кошмарно болят.

А какой тут был морг! Мечта всех некромантов. Тонкая материя смерти, тревожные тени свежих покойничков. Пространство для практики необъятное.

Илья так увлекся, что заплутал в коридорах, белой тенью слоняясь по отделению хирургии, от палаты к палате. А это он еще в реанимацию не пробрался!

И почему это, кстати. Совершенно забыл обо всем! Инквизитор еще, называется. Нащупав смущенную совесть, Корвус взял себя в руки и двинулся к кабинету Маргариты по батюшке Викторовны. Там (конечно же!) ее не было, а была только симпатичная санитарка, очень строго потребовавшая документы у ворона. Взамен она милостиво согласилась проводить его в операционную.

При этом, еще позвонила в охрану, и вообще вела себя так, как будто ей лично