Министр товарища Сталина 3 - Ал Коруд

«Вызвали в ЦК» значит, попросили подъехать на Старую площадь, или «пригласили приехать в аппарат ЦК» — по сути одно и то же. Подобный знак равенства между понятиями «ЦК» и «аппарат ЦК» отражал реальную ситуацию, когда существование ЦК как партийного представительного органа во многом формально, а деятельность аппарата ЦК в значительной мере определяла ситуацию и в партии, и в стране в целом.

И самое сложное для меня в теле Брежнева было подчинить этот аппарат. Для начала навести порядок с помощью гениального партаппаратчика Черненко, а затем и более жёсткими методами. И то вряд ли даже Машерову удалось полностью подчинить его. Это — партия в партии, отголосок любой из существующих бюрократических машин. Только эта ещё и с претензией на истину. Сколько вреда нанесли некоторые секретари или начальники отделов — даже трудно вообразить. Вспомним хотя бы Андропова и Отто Куусинена. Последнего я хотел сразу же пришибить, затем задумался. А не стоит такого хмыря, который, по его выражению, за свою жизнь «менял шкуру, как змея, семь раз». Семь раз менялись его взгляды. В школьные годы он набожен, много молился, часто ходил в церковь. В Хельсинкском университете он сбросил «шкуру верующего», стал патриотом и националистом… Затем всерьёз заинтересовался судьбой рабочих, стал политиком, членом социал-демократической партии. Его избрали в парламент. Когда в 1918 году в Финляндии вспыхнула революция, он превратился в марксиста, в страстного сторонника мировой революции. Позднее он убедил Сталина в том, что мировую революцию можно совершить только вооружённым путём'.

И что интересно — ведь он прежде всего мыслитель, теоретик марксизма. И в этом качестве в 1930-е годы стал автором теории «красного милитаризма», которая мало-помалу усвоена и принята советским руководством. Вероятно, в самом кратком и афористичном виде теория «красного милитаризма» Куусинена выражена в этом отрывке из художественного фильма «Великий гражданин» 1939 года.

Эх, лет через двадцать, после хорошей войны, выйти да взглянуть на Советский Союз республик этак из тридцати-сорока — чёрт его знает, как хорошо!'

И ведь действительно, социальные перемены в Восточной Европе оказались в 1940-е годы достигнуты не путём традиционной революции, как в России 1917 года, а благодаря победам Красной Армии или же красных партизан. Как такой теории не понравиться Вождю? Что он говорил напрямую, и правильно говорил.

— Русская революция произошла спонтанно, царизм к ней не готов. Недальновидное русское правительство отрицало всякую вероятность революции. Может показаться странным, но в тот момент революционеры и сами не верили в осуществление их цели — и меньше всех Ленин… Но теперь дело обстоит иначе. Капиталистические правительства знают о коммунистической угрозе и без стеснения используют все способы, чтобы в зародыше задушить революцию. Правительства преследуют коммунистические партии, имеющие хорошо обученные кадры: во всех странах Европы тюрьмы набиты коммунистами. На заводах и везде, где есть рабочие и служащие, коммунистов увольняют. Или третируют коммунистическую прессу, партийную пропаганду всячески стараются задушить. В таких условиях подготовка революции едва ли возможна. Сейчас он в ЦК и далее особой роли в официальной истории вроде бы не сыграл. Но Куусинен сыграл значительную роль как минимум в одной теоретической новации времён Хрущёва: в замене обозначения СССР как диктатуры пролетариата на «общенародное государство». То есть голова на месте есть и думает далеко.

Так что по моему хотению мы сосватали его Молотову в Информбюро. Пусть занимается своим непосредственным делом — гадит буржуазии.

Но вернёмся к нашим баранам: Секретариат ЦК ВКП(б), избранный 18 марта 1946 года на пленуме ЦК ВКП(б), состоял из:

— Жданов Андрей Андреевич. Вот он сидит передо мной — живой и относительно здоровый.

— Кузнецов Алексей Александрович. «Погиб при невыясненных обстоятельствах».

— Маленков Георгий Максимилианович — освобождён от обязанностей секретаря опросом 6 мая 1946 года.

— Попов Георгий Михайлович — мой контакт.

— Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович.

— Патоличев Николай Семёнович — освобождён от обязанностей секретаря опросом 24 мая 1947 года.

— 24 мая 1947 года опросом избран секретарём ЦК ВКП(б) Суслов Михаил Андреевич. С ним я успел побеседовать и произвёл на него впечатление. Но мутный тип — и здесь, и в будущем.

— 1 июля 1948 года опросом избраны секретарями ЦК ВКП(б):

— Маленков Георгий Максимилианович — вернулся в высшее руководство после кратковременной опалы.

— Пономаренко Пантелеймон Кондратьевич — от этого типа нужно избавиться. Пономаренко считался человеком Маленкова, так как женат на сестре его жены Голубцовой.

— Андрей Александрович, вы не думали, что все члены секретариата достойны такой высокой должности?

Жданов знал, какое ведомство я представляю, потому разом подобрался.

— Говори, не стесняйся.

— Я скажу, а ты сможешь получить у Хозяина разрешение? Потому что действовать нужно немедля.

Главный идеолог партии морщится. Он мне должен, а я ещё ни разу ни о чём не просил. Похоже, пришла пора отдавать долги.

— Называй фамилии. Я обязательно передам.

— Пономаренко Пантелеймон Кондратьевич — за поведение, несовместимое со званием коммуниста. С этим мнением согласен товарищ Мехлис.

Вижу ошалевшие глаза Жданова, затем принятие и согласие. Этот деятель идёт первым у меня в списке. Черед Микояна, Кагановича, Булганина и Маленкова ещё придёт. Пантелеймон Пономаренко являлся не формальным, а реальным руководителем Белоруссии, возглавляя одновременно правительство и ЦК республики. Соответственно, и масштабы самоснабжения у него, как выяснила проверка Министерства госконтроля, начавшаяся в июле 1946 года, оказались совершенно иными.

Контролёры прибыли в Минск, чтобы проверить состояние дел в Белглавснабе. Эта организация распределяла получаемые республикой материальные ценности, в том числе трофеи и товары, произведённые в советской оккупационной зоне Германии и отправляемые в СССР по репарациям в качестве компенсации за ущерб, нанесённый во время войны. Кроме того, Белглавснаб отвечал за распределение помощи, поступавшей по линии ЮНРРА (UNRRA — United Nations Relief And Rehabilitation Administration; Администрация помощи и восстановления ООН).

Результаты проверки состояния дел на складах Белглавснаба, о которых министр госконтроля Лев Мехлис доложил Сталину, оказались удручающими: материалы и оборудование, которые Белоруссия получала в первоочередном порядке, гнили и приходили в негодность:

«Проверкой складского хозяйства и выборочной инвентаризацией товароматериальных ценностей, хранящихся на центральной базе Белглавснаба в г. Минске, установлено, что начальником Белглавснаба Смирновым А. Н. и руководством центральной базы игнорируются элементарные правила учёта и хранения государственного имущества. Во дворе центральной базы под открытым небом хранятся 957 ящиков с деталями и 1914 совершенно неукрытых единиц энергетического, станочного, сельскохозяйственного и другого трофейного оборудования, 10 802