Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

Искра страха потухла и упала в глубокий колодец сокрытого. Мир снова стал прежним. Разум прояснился и Карш подумал, могут ли эти сны быть увечной памятью из его детства? Ведь не может быть, чтоб не осталось ничего. Разве не бывает, что в конце сна он видит яркий свет и стоящего в его лучах тхару? А может, сны – это иносказание начала его истории? Что до Отца, он не знал жизни и потерянным духом блуждал в коридорах Дартау. Или же чреда символов, ставшая загадкой, как записи Отца? Тайные ларцы имеют два дна. А кто есть тхару, если не сундук с секретами?

«Каждый из нас история и ключ к её пониманию» – голос Дхару прошелестел у самого уха, и Карш почувствовал, как Отец хитро улыбнулся…

Ущелье вильнуло и выплюнуло Карша на свет, так внезапно, что караванщик зажмурился.

Морозная долина открылась перед ним зелёным ковром, с яркими вспышками цветов, хрустальным водопадом, бьющим в округлую чашу белого камня. Гуляющие без страха козлики, мирно пощипывающие траву. И запах. Так пахнет безмятежность и покой.

– Тут и правда чудесно, – голос сверху озвучил мысли Карша.

Прикрыв глаза, Карш глянул вверх. На каменном выступе развалился кайрин, а рядом с ним устроилась Ашри.

– Там слева ступени, – крикнула элвинг.

Карш поднялся на утёс, подошёл к краю и некоторое время молча смотрел на раскинувшуюся идиллию.

– Странное дело, – караванщик глянул на Ашри. – Так сложно подобрать слова, чтобы выразить восторг.

– А иногда и вовсе невозможно, – согласилась элвинг и махнула рукой на камень. – Когда-то это было важное место. Выбитые линии образуют символ. Похоже на звезду.

Взгляд Карша скользил по камню, а палец – по рельефу медальона в кармане. Лучи звезды…

– Этому символу много сотен оборотов, – сказала Ашри.

– Неужели они такие древние? – задумчиво спросил Карш.

Ашри махнула рукой вдаль долины, караванщик проследил за её жестом.

– Там развалины. Похоже на колонны Тирха. А Тирха хранил тайны с самого рождения Мэйтару.

Девчонка была права. Развалины даже в посмертии сохранили величие. Осколки Эпохи Легенд. Когда мастера могли говорить с камнем, и под их словом он принимал любую форму. Как Обитель Хранителей Интару или остатки башни Чайки, уходящие в бездну имольского озера белые плиты-ступени или старые храмы Аббарра. Следы Древних.

– Уже осмотрела? – поддразнивая наёмницу, спросил Карш. – И вычистила?

Ашри повела плечами:

– Если задержимся на день, то осмотрю.

– Боюсь, что нет, – покачал головой Карш.

– Тогда оставлю до следующего раза. – Ашри зевнула. – Кстати, пора бы подкрепиться.

– А чем ты его кормишь? – Карш кивнул на кайрина, а тот в ответ зыркнул холодным голубым глазом.

– Мясом, – улыбнулась Ашри. – Можно сырым. Можно в гваре, если есть лишний.

– Сперва пусть белые пески зацветут, – хмыкнул Карш.

– Так уже цветут! – засмеялась девчонка, показывая на долину.

Карш не ответил. Что-то в очертании долины было знакомым. Словно протяни руку, и ускользающее воспоминание удастся поймать за хвост…

– Ну, нет так нет. – Ашри взглянула на небо, перевела взгляд на ставшие янтарными белые скалы. – Скоро начнёт темнеть. Уверен, что необходимо идти обратно в ночь?

Карш моргнул, сбрасывая наваждение. Он знал, что это опасное решение, но находиться в Ахране было ещё опаснее. Почему? Он не мог ответить, он просто чувствовал это «рогами». А своей интуиции он доверял.

– Надо идти, – ответил Карш, удержав вздох. – По пути загляни в «Льдянку», заберём Марага, прихватим снеди в дорогу…

– А чем там кормят? – в глазах элвинг зажглись огоньки.

– «Льдянка» – единственное место в Мэйтару, где подают жареных подземных змеев с грибами фурку и наливают ледяное вино из сумеречных ягод. – Ашри выжидающе смотрела, явно ожидая продолжения. – Есть скальные змеи, фаршированные рубленым мясом горных козлов цукцук, ореховая заправка и пирог из сыра и трав. Ну и кварта ледяных десертов.

– Мороженное? – облизнулась Ашри.

– Мороженое, – подтвердил Карш.

Ашри посмотрела на него долгим взглядом ярких фиолетовых глаз с осколками розовых огоньков и зрачками крестиками. Караванщик ощутил холодок на спине.

– Твой гвар всё не увезёт, – хитро оскалилась Ашри и метнулась вниз по ступеням, выкрикивая на ходу. – Пока ты тащишься обратно, мы со Сваргом успеем перехватить пару пирожков!

Сварг захлопал крыльями, потянулся, махнув хвостом нарочито так, что чуть не смахнул караванщика с каменного выступа, и, издав рёв, в два прыжка очутился рядом с элвинг. Мгновение – и оба скрылись в ущелье.

– Выпендрёжники, – улыбнулся караванщик, качая головой, и перевёл взгляд на руины, задумчиво поглаживая в кармане рельеф звезды. – Много сотен оборотов, значит…

Когда Карш добрался до «Льдянки», Ашри и её зверюга уже сидели под пологом. То, как был втиснут стол и единственный стул (который и занимала элвинг), а мешки сдвинуты, намекало, что место было спешно организовано после того, как Ашри вознамерилась протащить кайрина внутрь.

Сам трактир (если халупу на краю пустыни без привычных дорог и трактов можно было назвать трактиром) – более чем скромное по меркам Мэйтару, но роскошное по ахранским двухэтажное здание. Стены выбелены, над дверью вывеска, сложенная из пластинок холодовика и изображающая на острие букв сосульки. Черепица на крыше топорщится, имитируя или вздыбленную шерсть на загривке кошки или же острые клыки Энхар. Из чердачного окна выглядывала любопытная мордочка малыша, а рядом – голова ушастой шаати. Ребёнок, завидев караванщика, радостно замахал руками, и Карш подумал, что, может, это один из тех, которым он сегодня раздавал сладости.

Карш помахал в ответ и подошёл к столу, за которым, в окружении пустых тарелок, восседала элвинг. В её руках было нечто, напоминающее местный пещерный гриб, изрядно обкусанный со всех сторон. Девчонка, нахмурив брови, впивалась в него зубами и отдирала куски. Кайрин лежал рядом и с не меньшим упоением приканчивал тушку козлика. Парочка так была увлечена едой, что не замечала (или игнорировала) зевак, выглядывающих из всевозможных укрытий, и их головы напоминали грозди рассыпанных ягод.

– А ты быстра на расправу! – Карш допускал, что в мире есть вещи, не подвластные разуму, и одной из них была вместительность живота этой девчонки. – Я думал, что поедим в пути.

– Ага, – проглотив очередной кусок, ответила элвинг. – Пока ты был в пути из долины сюда, мы и поели.

Карш снова покосился на кайрина, перемалывающего в клювопасти копыта козлика.

– Ни рожек, ни ножек, – выдохнул караванщик. – А где Мараг?

– Не бойся, твоих гваров мы не успели съесть. Вон они, – Ашри кивнула в сторону, где в тени дремали Золотинка, Дымка и Краснопёрка. – Мы за ними присматриваем, пока однорогий пошёл спустить пару монет на какие-то безделушки. Но за обед платить всё равно тебе, – улыбка расползлась от уха до уха элвинг. – Вот ему. Тому, что прячется. Он нас не пустил внутрь. – Ашри покрутила гриб, который никак ей не поддавался, и дёрнула ушами. – Но,