Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

Глаза элвинг вспыхнули. Карш был уже рядом и подхватил обмякшее тело Марага. Лишь после Ашри обернулась. Из песка, отдалённо напоминающего очертания тела, торчал кинжал караванщика.

– Он просто растворился, – не веря своим глазам, проговорил Карш.

– Не все они из крови и плоти, – элвинг закусила губу, развернулась и метким ударом стальных лепестков обратила в песок тень, висевшую на загривке Сварга.

Кайрин заклокотал и в два прыжка очутился рядом с Ашри. Девчонка подхватила кинжал и, укрывшись за крылом кайрина, скользнула в сторону. Лезвие, казалось, лишь слегка коснулось шеи разбойника, но вот он уже медленно оседает, обильно орошая кровью песок.

– Но некоторые точно тхару, – хищно улыбнулась наёмница.

– Храните боги Ваэллу Ыргыха и советы его, – прошептал Карш, удерживая Марага.

Тени сползались, всё плотнее смыкая кольцо. Сварг прикрывал, орудуя клювом, хвостом, крыльями и когтями. Зверь и элвинг стали единым целым, понимая друг друга без слов. Но, как бы ни завораживала эта пляска смерти, время было роскошью. И цена промедления была слишком велика.

– Где же этот гвар! – выкрикнул караванщик и свистнул.

Запоздало Карш понял, что «этот гвар» не его любимая Пеструха. Перехватил стонущего Марага, и, пригибаясь, рванул к Золотинке. Что-то было не так. Гвар плясал и бил землю копытами.

– Только змеиного гнезда не хватало! – прорычал Карш и осторожно опустил Марага на песок.

Ему нужен был этот зверь. Звёздный гвар Орта. Единственный из оставшихся в караване. Нужна его спина, чтобы положить Марага, ноги, чтобы нести к спасительным Гиблым пескам, и сумка, в которой лежат ормы, без которых не подобрать к секретам Цави.

Никакой змеи. Но гвар обезумел: брыкался, вставал на дыбы, лягался. Такой вмиг проломит голову даже своему хозяину.

– Куфы тебя дери, – выругался Карш, пытаясь поймать повод, и как мог мягче добавил: – Тихо, красавица, тихо.

Гвар встал на дыбы, закинул голову и издал трубный рёв. Карш попятился, но интуиция и тут не подвела: успел оглянуться в тот момент, как ваймар занёс над ним меч. Нет, это были не ваймар, это были наёмники иного рода. Нижняя часть лица скрыта маской, тёмная одежда пестрит вязью горящих символов.

Карш оказался между клинком и копытами беснующейся скотины. Вот так расклад! Свет звёзд скользнул по изогнутому лезвию в руках врага. Карш потянулся к поясу, но кинжала там не было.

– Мэй мор шаан! – выкрикнул убийца.

Но в тот момент, когда Карш решил, что проиграл эту партию шархи, тьма спустилась с неба. Мгновение, и тело убийцы замерло, выгнулось дугой, одежда на груди и животе расползлась, обнажая огромный окровавленный коготь. Сварг вонзил костяное жало, поднял врага над песком и, размахнувшись, откинул в сторону. Через зияющую дыру в теле нападающего Карш увидел звёзды. Ночное небо было всё так же безмятежно. Ему не было дела до возни смертных.

Сварг разорвал ещё одну тень, и Карш в очередной раз поблагодарил Ыргыха и всех богов, которых смог вспомнить, что это чудовище на его стороне.

– Скорее, – Карш обернулся на голос элвинг. – Подними однорогого.

Глаза элвинг горели лиловым огнём. Карш подхватил Марага. И увидел, как Ашри пошла к Золотинке.

– Она взбесилась, – крикнул караванщик девушке. – Оставь её!

– Она нам нужна, – прошипела Ашри, уворачиваясь от копыт Золотинки.

Элвинг ловко ухватилась за ремень, державший седло и тюки, запрыгнула на спину гвара. И даже когда зверь встал на дыбы, сохранила равновесие и ухватилась за короткую гриву. Животное заревело, но тут же обмякло. Пылающие страхом глаза погасли, хвост опустился, и Золотинка замерла.

Ашри, свесившись, поймала повод и направила животное к Каршу:

– Привяжи его, – она кивнула на Марага. – И сам садись в седло.

У Карша было много вопросов, но время для них ещё придёт. Он закинул Марага, уселся позади него и ударил в янтарные бока так сильно, что гвар сорвался с места и понёсся в густую ночь – к Гиблым пескам.

Что-то изменилось. Ветер больше не обдувал лицо, и звёзды не плясали. Под копытами гвара сверкало серебро. По правую сторону бил хвостом по песку кайрин. Ни одной тени вокруг. Карш посмотрел на Ашри. Элвинг стояла рядом, но из её глаз не летели искры. Она убрала ладонь с шеи гвара:

– Держи, – Ашри протянула кинжал Отца. – И спасибо.

Было тихо. Будто и не было бойни. Но нет. На кайрине багровые пятна, а на седле перед ним стонет Мараг. Нападения прекратились. Однако Карш чувствовал их взгляды: прямо сейчас тени следили за ними. И действительно, там, где песок менял цвет, рассыпанными бусинами ожерелья стояли зловещие силуэты. Бездвижные, застывшие, ждущие.

– Их слишком много, – зло прошипела Ашри.

– Почему они не преследуют нас?

– Не могут. Не знаю, кто они или что. Но в белый песок им путь заказан. И лунный металл им не по нраву, – Ашри кивнула на кинжал Дхару.

– Откуда ты знала, что они не пойдут за нами в Гиблые пески?

– Я не знала, – криво усмехнулась Ашри. – Но если им просто нужна наша смерть, то такой исход их тоже устроит.

– Они знают, что мы вернёмся.

– Прежде Орму поцелует мой зад! – сплюнула на песок Ашри и оттёрла губу, размазывая кровь по лицу.

Карш не нашёлся, что ответить на такое непочтительное отношение к самому могущественному из смертных Мэйтару.

– У тебя есть карта? – спросила элвинг.

Карш достал карту, протянул Ашри. Та расправила её, покрутила, ткнула пальцем.

– Это что? Что за чёрная точка, посреди Гиблых песков?

– Камни, – припомнил Карш. – Отец говорил, руины, но сам я там не бывал.

– Камни – это тень, руины – это «драконы». Неплохо. – Ашри свернула карту и припечатала её к груди Карша. – Переждём день, а там посмотрим.

Карш передёрнул плечами, прогоняя холод. Гиблое место. Ни один караван не заходил так далеко от Кромки.

– И как мы вернёмся к Кромке?

– Никак, – Ашри пожала плечами. – Пройдём напрямую и выйдем к Варме, или к Туманнику, или ещё куда, куда сможем выйти. Это же не пески безмолвия, чтобы тянулись бесконечно. Тем более ты же караванщик, вот и поведёшь. А мы тебя будем защищать. По мере сил и возможностей.

Карш хотел возразить, но глядя на Марага и цепь силуэтов, передумал. Выбора у них и правда не было:

– Отец говорил, что Гиблые пески поют и пропускают тех, кто умеет их слушать. Пока песок поёт справа или слева – дорога безопасна.

– Вот и славно! Надеюсь, у тебя с музыкой и слухом порядок, – натянуто улыбнулась Ашри, похлопывая по окарине и забираясь на Сварга. – Я пока даже на четыре дырки не могу освоить, а говорят, их и двенадцать бывает. Три кварты! Да у меня пальцев меньше!

Ехали в тишине, изо всех сил вслушиваясь в ночь, но пустыня молчала. Зато Мараг стонал невыносимо, так, что сердце разорвалось.

– Его надо осмотреть, – не выдержал Карш и остановил Золотинку.

– Нам