Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

– Асура… – тихо окликнул Вэй Лу, – что случилось?

Шумный медленный вздох послужил красноречивым ответом. Вэй Лу не понял, чего именно следовало бояться, однако он стойко ощутил близость надвигающейся опасности. Невольно отступив, он продолжал смотреть в спину Асуры, с трудом удерживаясь от набегающих панических мыслей. Он слишком много раз думал о том страшном событии, постоянно обманываясь надеждой, что под покровительством Асуры ему ничего не угрожает. Но именно сейчас, когда сама судьба посылала Вэй Лу страшные знамения, он чувствовал себя смертником, которого грозились вот-вот толкнуть в бездну.

– Пока ничего не случилось, – с отягощающей будничностью произнёс Асура. – Я… я не знаю, что сейчас сказать.

Перед глазами пронеслась встреча с Синь Юем, а следом за ней яркие образы из сна. Из… другой жизни, других событий, которые он когда-то пережил. От понимания, из-за чего могла опуститься столь тяготящая атмосфера, у Вэй Лу схлынули краски с лица и закружилась голова.

– Неважно. Просто верь мне. Я сдержу своё слово. Но нам нужно вернуться.

Асура двинулся вперёд, а Вэй Лу застыл, так и не найдя смелости вырваться из оков оцепенения. В полумраке теней он смотрел в спину Асуры, который, пройдя пару шагов, остановился. Выждав мучительную паузу, он обернулся, и Вэй Лу едва не поддался слабости в коленях, встретив спокойный взгляд Асуры. Спокойный и в то же время терзающийся сомнением.

Они наблюдали друг за другом в полумраке, без лишних слов осознав всю глубину проблемы. Словно за краткий миг они сбросили милые образы двух близких людей, вернувшись в суровую реальность, где их разделяла невидимая пропасть. Они снова стали адептом духовной школы и тёмным заклинателем, которому дали крышу над головой и пропитание только для одной цели: чтобы взрастить, словно скот на убой.

Вэй Лу лишь по обрывкам воспоминаний и разговору с Синь Юем догадывался, с чем ему предстояло столкнуться. Он хотел, чтобы всё это оказалось лишь ошибкой, недоразумением, однако поведение Асуры не оставляло шансов на отступление.

– Не веришь мне, да?

Произнесённые с грустью слова глубоко ранили сердце Вэй Лу. Он почувствовал себя предателем, отвергающим дорогого человека. И в то же время страх неизвестности, страх за свою жизнь обездвижил его, не позволяя двинуться с места. Где-то в уголке сознания шептала мысль: угроза нависла не только над ним, но и над Вэй Учэнь. И в то же время он с пугающей ясностью осознавал, что находился за пределами не только духовной школы, но и принадлежащего ей района.

Не на территории Тайян. Вне стен. На свободе.

Единственная преграда – это Асура.

«Скажи, что это неправда… скажи, что я ошибаюсь», – мысленно взмолился Вэй Лу.

Время, по ощущениям, остановило свой ход, дышать стало трудно. Вэй Лу смотрел на Асуру, но не видел его. Он никак не мог понять, куда делся тот светлый образ, почему он вдруг обернулся тьмой. Он хотел думать, что произошло недопонимание, что дело не в нём, что из-за переживаний ему везде мерещился обман. Однако Асура выглядел так, словно разделял страх Вэй Лу.

Обернувшись, он выждал пугающе долгое мгновение. Вэй Лу смотрел на него так, словно голыми руками пытался удержать трескающееся драгоценное стекло. С леденящим душу скрежетом трещина за трещиной что-то звонко хрустело в груди, царапая плоть невидимыми осколками.

– Вэй Лу, – протянув руку, Асура обратился к нему непривычно мягким и успокаивающим тоном. Каким он обычно разговаривал с ним, находясь наедине, проявляя заботу. – Я смогу тебя защитить. Но тебе нужно пойти со мной.

Вэй Лу уронил взгляд к протянутой руке, но будто видел перед собой ядовитую змею. Сердце начинало стучать ещё быстрее.

– Что тебе приказали сделать? – упавшим голосом спросил Вэй Лу.

Асура не изменился в лице, продолжая смотреть на Вэй Лу с внимательностью охотника, встретившего опасного хищника, – глаза в глаза. Вэй Лу потряхивало от волнения, однако он не переставал с вызовом и нарастающей угрозой ожидать ответа: загнанная птица перевернёт и колесницу[41].

Только вот спокойствие Асуры тоже не заставило себя долго ждать, он прищурился и в смятении принялся буравить Вэй Лу долгим взглядом. Не мог понять, как тот догадался о содержании приказа, почему тот реагировал столь бурно, хотя ничего не должен был знать.

– Вэй…

– Что? – перебил его Вэй Лу. – Что за приказ?

Собравшись ответить, Асура успел лишь открыть рот, как со стороны духовной школы донёсся грохот. Небо оставалось всё таким же тёмным, значит, это точно был не взрыв в привычном его понимании. Но стоило Вэй Лу подумать об этом, как парный талисман обжёг его грудь пульсацией тёмной энергии.

По телу пробежали колючие мурашки, а кровь схлынула с лица.

Вэй Учэнь…

Отринув раздумья, Вэй Лу бросился к тропе, но не успел сделать и пары шагов, как Асура преградил ему дорогу. Меч выскользнул из ножен и угрожающе упёрся в его грудь блестящим остриём.

– Стой, – велел Асура. – Стой… не иди.

В голове металась паника, Вэй Лу в откровенном негодовании уставился на лезвие, сверкающее в лучах лунного света. Тишину позднего вечера заполнили встревоженные голоса, послышался звук колокола, оповещающий о беде. Вэй Лу не понимал и в то же время понимал, что происходит.

– Асура… – Ему казалось, что минувшие месяцы обернулись сладким сном и теперь он проснулся посреди кошмара. От переизбытка эмоций Вэй Лу не удалось прочувствовать злость в полной красе. Всё, что он ощущал, – это отчаянное желание отрицать действительность. – Значит… с самого начала? Вы видели в нас расходный материал с самого начала?

Нахмурившись, Асура потупил взгляд, но, несмотря на тень грусти, его рука не дрогнула, твёрдо держа оружие.

– С самого начала – да. Но потом я… Ты…

Вэй Лу застыл, словно на него обрушилась небесная кара, испепеляющая душу сотней молнией. С самого начала?.. Значит, их с Вэй Учэнь действительно привели в духовную школу Тайян как расходный материал для сращивания Разлома? И ладно если бы Асура получил приказ только сейчас или недавно, но он с самого начала руководствовался пониманием, что Вэй Лу всего лишь жертва. Вспоминая все их совместные моменты, когда Асура умело сближался с ним, давил морально, подкупал – таинственностью, деньгами, заботой, – а также умело манипулировал и заставлял хвататься за него как за единственное спасение, Вэй Лу почувствовал себя опозорившимся наивным глупцом.

«Никому не доверяй», – говорила Вэй Учэнь.

«Асура только на людях прилежен», – не раз упоминал Синь Юй.

И что делал Вэй Лу? Привязывался, позволял оплетать себя путами доверия и