Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

Ты не поверишь моим словам, но я действительно… не хочу терять тебя, – пробормотал он с озадаченным видом. – Наивным, похоже, оказался только я. Видимо, мне в любом случае придётся потерять тебя. И раз не хочешь по-хорошему, то будет по-моему.

Клинок рассёк воздух так быстро, что Вэй Лу в последний миг, наполнившись ужасом, успел отскочить назад. Только Асура не собирался его атаковать. Меч, охваченный сиянием, лёг обратным хватом в ладонь, после чего острое лезвие вспороло плоть над ключицей.

Уставившись на Асуру, выронившего меч и схватившегося за раненое плечо, Вэй Лу потрясённо захлопал ресницами. Обомлев, он в ужасе позабыл о гневе и обиде.

– Какого гуя ты творишь?!

Подскочив к Асуре, он в растерянности замешкался и придавил рану поверх его ладони. Горячая кровь липла к пальцам, наполняя воздух кислым запахом. В полумраке трудно было оценить серьёзность увечья, что только сильнее усугубило положение.

– Ты… ты…

– Вэй Лу, уходи.

– Ч-что?

– Ты ранил меня и сбежал, – жёстко констатировал Асура, не желая слушать препирательства. – Теперь, если вернёшься в Тайян, будешь наказан за нападение на адепта, и тебя ничто не спасёт.

Вэй Лу в ужасе округлил глаза. Схватив Асуру за плечи и проигнорировав, как тот скривился от боли, он потрясённо затараторил:

– Ты… ты… Зачем ты так поступил?! Зачем ты решил всё за меня?!

– Потому что теперь у тебя не осталось шанса жить спокойной жизнью. Вернёшься в Тайян – умрёшь, – прошептал упавшим голосом Асура.

Опустив голову, он тяжко перевёл дыхание. Свободная рука потянулась к Вэй Лу, но не дотянулась до плеча, а вот толчок в грудь оказался хорошо ощутим: из-за столь грубого жеста Вэй Лу отпрянул. В его глазах смешались тревога, отчаяние и отрицание, смоченные подступающими слезами.

Нет, нет, нет, нет, нет. Он же сгоряча всё это бросил, был слишком уязвлён и огорошен признанием Асуры. Вэй Лу вовсе не хотел покидать его, может, тот действительно сумеет уговорить Шо Фэна…

– Нет, подожди, нужно подумать…

– Убирайся, – выпрямившись, жёстко прервал его Асура. Взгляд обжигал холодом. – В отличие от тебя, никчёмного бездарного мальчишки, хранитель феникса Фэнхуана – ценный и уникальный заклинатель. Даже если ты наследник клана Шэнь, ты ничего не стоишь, кроме как быть заложником для подчинения барышни Шэнь.

– …

– Убирайся прочь, пока этот достопочтенный не передумал оказывать тебе милосердие.

Вэй Лу не верил ни единому слову, и, как бы болезненно они ни били по сердцу, он понимал, что всё это ложь. Ведь ложь же? Асура просто пытался заставить его уйти, так как пустыми уговорами…

– Проваливай! – повысил голос Асура и в этот раз взмахнул мечом, атакуя Вэй Лу волной духовной энергии.

Уклонившись от атаки в последний миг, Вэй Лу прокатился по земле. Голубая вспышка ударила в дерево, разбивая его в щепки. Не успел Вэй Лу осознать, что от подобной техники ему могло запросто переломать все кости, как в него полетела новая волна.

Охваченный ужасом и смятением, Вэй Лу подскочил с места и бросился во тьму, сбегая от заклинаний, мчащихся ему в спину. Треск и грохот разожгли страх, испепеляя все мысли, кроме одной: бежать, спасаться, уходить как можно дальше.

Вэй Лу лавировал между деревьями, понятия не имея, куда несётся. От отчаяния и горя, перевернувших и разодравших душу в клочья, он отдался инстинкту самосохранения. И старался не думать о том, что этой ночью он лишился места, которое только-только научился называть домом.

* * *

Оказаться под завалом Вэй Учэнь желала в последнюю очередь, и тем не менее ей хотелось верить, что высвобождение пламени феникса уничтожило адептов, пришедших по их души.

Вэй Учэнь не знала, где искать Вэй Лу, она впервые за долгие месяцы перепугалась настолько сильно, что не смогла думать ни о чём и ни о ком, кроме него. Говорили, что женщины особым образом относятся к детям, чего Вэй Учэнь никогда не понимала. Но сейчас она почувствовала себя львицей, обратившейся в свирепую ярость и готовящуюся защитить своего львёнка от любой угрозы. Она воспринимала Вэй Лу куда ближе, чем названого брата или племянника. Порой ей казалось, что она присматривала за большим ребёнком, своим ребёнком…

Она проигнорировала уговоры Синь Юя покинуть крыло лекарей. Кажется, в порыве накативших эмоций она отмахнулась и даже ударила его кулаком по лицу. Синь Юй отстал… на время. А затем начался ужас, напомнивший Вэй Учэнь события двенадцатилетней давности, когда на секту Шэнь напали светлые заклинатели. Этой ночью духовная школа Тайян превратилась в лабиринт для крыс, за которыми носились кошки.

Паника, схлестнувшаяся со страхом за Вэй Лу, вкупе с набежавшей злостью ударила по Вэй Учэнь и спровоцировала позабыть обо всех правилах. Зачерпнув тёмной ци, она высвободила пламя феникса, и последнее, что ей запомнилось, – оглушительный взрыв с яркой вспышкой, поглотивший крики людей и треск дерева. А ещё болезненный удар по спине.

– Вэй Учэнь! Эй, очнись! Поднимайся!

От похлопывания по спине и попыток Синь Юя привести её в чувства у Вэй Учэнь ещё сильнее разболелась голова. Она вяло отмахнулась, но Синь Юй расценил этот жест как просьбу о помощи и, подхватив её под руку, помог вылезти из-под обломков.

Вокруг царила разруха, демонический огонь феникса пожирал разрушенные стены и обвалившуюся крышу. К счастью, пламя не разрослось до пожара, иначе бы Синь Юй точно не подоспел бы на помощь. Хотя он и без этого выглядел паршиво: похоже, его зацепило взрывной волной.

– Вэй Лу… – Переводя тяжёлое дыхание и бессвязно бормоча, Вэй Учэнь думала только о своём племяннике. – Где?.. Где…

– Да нет его здесь! – упрямо бросил Синь Юй, уводя её прочь из разрушенной постройки. – Думаешь, он бы не прибежал в первых рядах на шум? Нам самим надо выбираться!

– Нет… Вэй Лу, он…

Резкое смещение в сторону окончательно пробудило Вэй Учэнь. Синь Юй увёл её за стену, прячась в тени здания и зажимая рот ладонью, чтобы она прекратила бормотать. Во двор, в котором некогда цвели благоухающие канны[44], а теперь сияло фиолетовое пламя, набежали адепты. Они искали тёмных заклинателей и, судя по крикам, доносящимся с разных сторон, находили их даже в самых потайных уголках. Наблюдая эту картину, Вэй Учэнь ощутила себя крабом, упавшим в кипяток[45]. Она ведь знала, что рано или поздно всё закончится чем-то подобным. Но ради Вэй Лу, ради его счастливой улыбки она закрывала глаза на опасность.

Глупая. Лучше бы Вэй Лу её возненавидел, и тогда бы ему ничего не угрожало.

– Без шума. Следуй за мной, я