Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс

— Приятно слышать. Не помню, чтобы кто-то из моих предыдущих соперников говорил мне в лицо нечто подобное. Обычно они старались атаковать исподтишка, — усмехнулся я.

— А чего вы ожидали? Угроз? Зловещих намёков? Предложения отступиться в обмен на что-нибудь?

— Примерно, — не стал скрывать я.

— Уж простите, ваша светлость, но я никогда не любил грязные игры. К тому же я слишком дорожу тем, что построил, чтобы рисковать этим. Кроме того, в борьбе с незаконными методами против князя, магистра и любимца императора у меня нет ни единого шанса. Зато в честной — есть, — улыбнулся Феликс Самуилович.

Я смотрел на него и понимал не только то, что он прав, но и ещё кое-что.

Я привык к врагам вроде Белозёрова или Вяземского — людям, которые бьют исподтишка, подставляют, распускают слухи. С такими при всей их опасности было в каком-то смысле просто. Они нарушали правила, а значит, их можно было на этом поймать и уничтожить их же оружием.

Ракитин будет действовать строго в рамках закона, вежливо и открыто. И победить его получится только одним способом — оказавшись объективно лучше, а не хитрее и не жёстче.

А это, признаться, непростая задача. Потому что передо мной и правда опытный целитель и предприниматель с сильными связями.

— Мне пора отправляться. Всего доброго, ваша светлость. Пусть победит тот, кто нужнее Гильдии, — граф протянул мне руку.

— До встречи, Феликс Самуилович, — ответил я, пожав ему руку.

Я смотрел ему вслед и думал о том, что приобрёл самого неудобного противника в своей жизни.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Три недели спустя

За это время я успел выяснить главную истину княжеской должности: власть — это на девяносто процентов бумаги, на девять процентов совещания и только на один процент то самое величественное правление, которое описывают в книгах.

Первым делом я занялся ревизией всех дел и документов.

Я не стал верить ни одному отчёту, который мне подсунули при вступлении в должность. Привлёк Некрасова с его юристами, нанял независимую аудиторскую контору из Томска, специально не местную, и посадил их разбирать все бумаги.

Результаты оказались… познавательными.

— Итак, ваша светлость, — Некрасов разложил передо мной три папки. — Начну с хорошего. Казна в целом в порядке, основной резервный фонд на месте. Недостаток бюджета имеется, но это поправимо.

— Тогда давайте перейдём к плохому.

— А плохого много, — вздохнул юрист. — Первое. Дорожный фонд княжества за последние два года освоил четыре миллиарда. Реально построено и отремонтировано дорог примерно на три. Разница ушла подрядчикам, две трети которых — фирмы, связанные с чиновниками департамента.

— Имена есть?

— Есть. И документы тоже.

— Передайте в СБИ.

Некрасов приподнял бровь.

— Ваша светлость, там фигурируют люди, которые сейчас работают в вашей администрации. Директор департамента, два начальника отделов…

— Тем более. Вячеслав Андреевич, за воровство из княжеской казны я буду жестоко наказывать, и мне плевать на связи, родственников и вообще на что бы то ни было, — тоном, не терпящим возражений, объяснил я.

— Понял. Тогда идём дальше. Ситуация с медициной отвратительная, ваша светлость. Из сорока двух районных больниц княжества восемь фактически не работают. Ещё двенадцать работают, но оборудование не обновлялось уже лет пятнадцать. Есть дефицит целителей, не меньше сорока человек, — продолжил Некрасов.

Вот это меня задело всерьёз.

— Им не хватает финансирования? — уточнил я.

— Финансирование есть. Оно просто не доходит. Деньги идут в областной медицинский департамент, а оттуда распределяются, скажем так, неравномерно. Городские клиники получают всё, районные — остатки.

— Тогда меняем схему распределения средств. Готовьте указ. Финансирование районных больниц — отдельной строкой, напрямую из княжеского бюджета, минуя департамент, — немедленно решил я.

— Это вызовет сопротивление городских больниц…

— Разумеется, вызовет, — усмехнулся я.

Третьей проблемой оказалась энергетика — две из четырёх магических подстанций работали на пределе и требовали модернизации. Четвёртая проблема — преступность, которая увеличилась почти на двадцать процентов за время выборов. Политическая неразбериха, атака триады и прочие события последних месяцев пагубно сказались на обстановке в княжестве.

Работы было море. И я довольно быстро понял, что в одиночку мне с ними не справиться.

Нужен был человек, на которого я могу положиться безоговорочно.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

— Ты серьёзно? — Дмитрий отставил чашку.

— Абсолютно.

— Юра, я не чиновник. Я в этом ничего не понимаю.

— Ты примерно то же самое говорил, когда я предложил тебе управлять «Аргентумом» и другими нашими проектами в Новосибирске. И что теперь? Дела идут лучше, чем мы представляли, — улыбнулся я.

— Но княжество — это совсем другой масштаб…

— Отец, послушай. Мне нужен человек, который возьмёт на себя всю хозяйственную часть княжества. Имущество, земли, закупки, бюджеты департаментов. Человек, который умеет считать деньги и которому я доверяю абсолютно. Я не знаю никого, кто подходил бы лучше тебя, —заверил я, глядя Дмитрию в глаза.

Дмитрий помолчал, поправил очки и спросил:

— А как же «Аргентум» и всё остальное?

— У «Аргентума» есть директор, на плантациях рулит Гордеев, в остальных местах тоже есть управляющие. Дадим им чуть больше полномочий, вот и всё. На крайний случай, вызовем на помощь Альберта из Петербурга, — произнёс я.

Дмитрий долго молчал, барабаня пальцами по столу.

— Хорошо, — наконец, сказал он. — Договорились. Но при одном условии!

— Я слушаю.

— Ты не будешь лезть мне под руку. Если я управляющий княжеским хозяйством — я управляющий. Не мальчик, который бегает за одобрением по каждому вопросу, — неожиданно твёрдо произнёс Дмитрий.

Я лишь кивнул.

— Договорились.

Дмитрий улыбнулся, крепко пожал мою руку и вдруг покачал головой.

— Знаешь, чему я больше всего удивляюсь? Не тому, что ты стал князем. А тому, что мой сын нанимает меня на работу.

— Я тебя не нанимаю, а прошу помочь.

— Ну, если просишь, — усмехнулся Дмитрий, — тогда я просто не имею права отказать.

Вечером ко мне в кабинет явился Шрам. Мы заранее договаривались о встрече, потому что он собирался рассказать нечто важное. А если начальник службы безопасности хочет поговорить о чём-то наедине и отказывается сообщать информацию по телефону — значит, это действительно важно.

— Добрый вечер, ваша светлость, — сказал он, войдя.

— Добрый, Богдан. Был бы рад поболтать, но сам понимаешь, в