Безлицыш - Андрей Олегович Рымин

молча бросается к обнаглевшему дураку. Он — мертвец. Тут, конечно, уже не до выверенных уколов в лоб. Бью Клинками крест-накрест, чтобы наверняка. Нелюдь падает окровавленным мясом. Ноги с небольшим куском таза в одну сторону, левая рука в другую, большая часть туловища с головой и со вскинутой вверх в момент броска ко мне правой рукой в третью.

— Ты!

Умирающий гахар успевает не только понять, кто его убил, но и выбросить в мою сторону уцелевшую руку. Та, мгновенно удлинившись, прыгает ко мне стремительной пикой. Мимо! Просто чудом сумел увернуться. Лишь рубаху прорвало. И всё только потому, что я ждал чего-то подобного.

А вот здесь уже увернуться никак. Порыв ветра подхватывает меня и швыряет на сложенные у стены склада ящики. Хорошо, что пустые. Развалив деревянную башню, вскакиваю на ноги.

Бежать! Гахар — уже, считай, труп, но, подыхая, он запросто может захватить с собой в Бездну и своего убийцу. Дары действуют вплоть до последнего вздоха. В несколько прыжков я домчался до ближайшего поворота и юркнул за угол.

Фух… Дело сделано. Я прикончил его! Прикончил гахара! Как бы не были они сильны и умны, а против моих Клинков не попрёшь. Брон не даст соврать. А уж, сколько раз умирали те четверо на Воде…

Жаль, конечно, что не вышло его заколоть. Рассечённого Клинками не выдашь за жертву обычных убийц. Отступника будут искать. Если город закроют, как то было с Полеском, меня запросто могут поймать. И никакая Личина мне здесь не поможет. Придётся бежать из Петрова. Ну и ладно. Займусь пока запершимся в своей крепи на острове ростовщиком, а как всё поутихнет, вернусь в город другим человеком и начну всё с начала.

Ну, как он там? Сдох уже? Перед уходом надо будет прибраться. Кровь смоет ливень, который продолжает гудеть, а останки гахара засуну в какую-нибудь из пустых старых бочек. Пока запах подскажет складским, что там спрятан «клад», пройдёт день-другой. Спокойно успею наведаться к Фёкле и, предупредив бабку, что я выселяюсь, сдёрнуть из города. Осторожно выглядываю из-за угла…

Йок! И этот туда же! Отрубленная рука нелюдя успела вернуться на место, а верхняя часть гахара уже подползает к нижней. Жемчужина! Сейчас половинки срастутся. Этого нельзя допустить!

Призываю Невидимость и бросаюсь к не желающей подыхать твари. Всё понятно. Этот нелюдь — один из тех гадов, которые прошли Быстрой дорогой Вилоров на Сушь. Их приконченный Ло главарь раздал своим командирам отобранные у Брата Ольмо жемчужины. Я же знал, что Леона собрала вокруг себя самых сильных. Я мог догадаться. Но ничего, эту ошибку ещё можно исправить. Изрублю тварь в капусту! Пусть попробует попасть в меня даром, когда его руки разлетятся по лужам.

Что⁈ Почему я опять лечу прочь, сдутый ветром? Шум дождя не позволит услышать шаги. Дождь… Какой же я идиот! Разбивающиеся о меня струи воды позволяют увидеть мой силуэт. Только зря дар просрал.

В этот раз у меня на пути нет, ни ящиков, ни каких-то иных преград. Пролетев дюжину шагов, падаю в лужу. Лучше так, чем получить в грудь стремительной пикой-рукой. Мне тогда повезло — нелюдь выстрелил в меня даром из очень неудобного положения. В другой раз не промажет.

— Как ты выжил⁈ Мы же убили тебя! Выходи, Ло! Мальчишка со всеми своими дарами тебе не поможет!

И Невидимость тоже. Пока не закончится ливень, от неё проку нет. И йок с ней! Так справлюсь! Я невольно подставил Ло. Эта тварь должна сдохнуть! Снова бросаюсь к гахару. Пусть бьёт своей пикой. В той ведь тоже всего сажень длины. Попытаюсь срубить её.

Да сколько же можно⁈ Снова лечу по проулку. Когда у него этот ветер закончится? Что там было у Глума? Как помню, наш Ветродуй из Подгнилья умел, либо разом весь дар одним мощным потоком спустить, либо разбить отведённое ему на дутьё время на несколько порций, как я делаю это с Клинками. Нелюдь выбрал второе. Опять валюсь в лужу. Проулок давно превратился в ручей.

Ох, ёженьки… Он уже на ногах! Опоздал… В руке нелюдя нож. Причём, нож метательный. Руки-пики? Да он меня и без всякого дара прикончит. Тут всего про сажень уже речь не идёт. Знаю я, как они эти штуки швыряют. Назад!

Еле-еле успел юркнуть за угол. Просвистело над ухом. Резко выглянул — и тут же обратно. Этот нож у него ни единственный. В руке гада уже блестит новый. Китя, Китя, кого ты обманываешь? Ты не выстоишь против гахара. Даже с Клинками. У урода свои дары. И не факт, что ты все их знаешь. Выход только один. Лучше сейчас отступить, чем погибнуть в неравном бою. Нелюдь думает, что во мне сидит Ло. Он не сбежит из Петрова — по любому будет искать колдуна. Мы ещё встретимся с ним, и тогда я закончу начатое. Второй жемчужины гахару взять негде.

Приняв решение, я бросился прочь со всех ног. Хорошо, что мальчишка, которого я себе представил в той булочной, длинноногий и крепкий — бежать могу быстро. Пролетел по проулку стрелой и опять нырнул за угол. Быстрее! Быстрее!

— Дерись, Ло! Личина тебя не спасёт!

Во орёт. Даже шум дождя перекрикивает. Кстати, тот и не думает утихать — льёт стеной. Ещё поворот. И ещё. Скоро на улицу выскочу. Гахар мчится за мной. Не висит на хвосте, но две дюжины шагов — ерунда. Оторваться никак. Вот народ удивится, когда невидимка, очерченный струями ливня, побежит мимо них. Или сбросить её? Всё равно дар скоро закончится. Секунд десять осталось.

Улица… Люди… Которые прячутся под козырьками-навесами… Есть! Придумал! Ведь так и я могу спрятаться! Не от дождя. От гахара.

Завернув за очередной поворот, нашёл взглядом место, где край крыши склада наиболее сильно выступает вперёд, нависая узким козырьком над стеной, и бросился туда. Подлетел, вжался в стену спиной, замер. Жду.

Три быстрых секунды — и преследующий меня нелюдь выскочил из-за поворота. До выхода на улицу тут всего-ничего. Не видящий меня гахар уверен, что я уже покинул проулок. Ох, как мчит гад! От такого шустряка йока с два бы я убежал. Когда дело касается Ло, эти уроды мгновенно забывают о своей собственной безопасности. Он бы гнал меня через город, наплевав на прохожих. И точно догнал бы.

Давай, давай… Есть! Мне даже не пришлось выдавать себя взмахами рук. В тот миг, когда гахар поравнялся с местом, где я прятался от него под