Магия льда для мастеров - Нинель Мягкова

По мне, безопаснее всего сослать отморозка в дальние поместья, где он по легенде и пребывал все это время. Но решать, конечно, господину Эйсгему.

Словно услышав мои мысли, на пороге комнаты нарисовался владелец особняка. Постоял, осматривая композицию, оценил мою сдержанность.

— Брат… — позвал он тихонько.

Но Ингвар услышал. Вздрогнул всем телом, отпустил меня и с трудом повернул голову на звук.

— И правда, семь лет, — прошептал он, оценив разницу во внешности с тем, что помнил до попадания в заморозку. — Как ты справлялся без меня?

Быстрый взгляд в мою сторону, и снова на близнеца. Дозволено ли малолетке присутствовать при столь личном разговоре? Я поднялась, не уверенная, что нужна в этот момент. Но Иварр положил руку мне на плечо, удерживая на месте.

— С трудом, — честно признался он, садясь прямо на кровать, в изножье. — Не представляешь, как я рад, что ты вернулся.

— Но клятва еще на месте. — Ингвар положил ладонь на свою грудь, и над кожей проступили светящиеся символы.

— Ого, как интересно. Можно взглянуть? — оживилась я.

Ничего не могу с собой поделать. Обожаю разбираться в местных плетениях. И расковыривать их до основы. Иногда такие хитрые попадаются — загляденье!

Глава 16

Далеко не все заклинания выглядели произведениями искусства. Но старинные, сохранившиеся с былых времен - определенно. И клятва верности трону была явно из их числа.

Иварр поспешно кивнул. Его брат помедлил, но руку убрал, открывая мне доступ к сияющей на его коже схеме. Я подцепила активированное заклинание, не позволяя ему раствориться, и принялась копировать, чтобы позже в спокойной обстановке разобрать на составляющие.

Мужчины затаили дыхание, наблюдая за моими действиями. Если они рассчитывали на чудо, то зря. Мне пришлось их разочаровать:

— Слишком давнее, въелось в ауру. Отделить будет сложно и болезненно. И скорее всего, это отразится на резерве.

— Но возможно? — уцепился за мою оговорку Иварр. Его брат только смотрел недоверчиво, переводя взгляд с меня на близнеца. Не понимал, с какой стати столько доверия словам какой-то пигалицы.

— Возможно все. Но что-то лишь единожды, — криво усмехнулась я. — Не думаю, что господин Эйсгем-младший готов остаться магическим инвалидом.

Упомянутый господин дернулся, силясь отползти от меня по постели как можно дальше.

— Не хотелось бы, — процедил он.

— Ну, значит, пока не трогаем, — жизнерадостно согласилась я. — В идеале, конечно, надо бы расторгнуть договор, тогда оно само растворится. Но если нет —придется подумать как следует. Покрутить варианты. Не переживайте, без стопроцентной уверенности я ни символа не сотру.

— И на том спасибо, — проворчал Ингвар и уставился на брата осуждающе. — Кто она такая вообще? Почему ты ей до такой степени доверяешь?

— Сирота. Маг воды.

— Валькирия — чуть не добавила я, но вовремя осеклась. — С большими амбициями и далеко идущими планами.

— Я хотел сказать юное и талантливое дарование, но так даже лучше, — хмыкнул господин Эйсгем. — Госпожа Кристель. Без фамилии, верно?

— Да, я свой нынешний род не слишком уважаю, — передернула я плечами от воспоминания. — Скажем так, неизбежное зло, от которого собираюсь избавиться как можно скорее.

— В смысле истребить? — К чести младшего близнеца, в его голосе не было ужаса. Скорее, интерес естествоиспытателя.

— В смысле отказаться и основать свой. Но одно другого не исключает.

— До меня дошли слухи. Сочувствую. Надеюсь, мой коллега сумел тебе помочь, — заметил старший.

Я открыла было рот, чтобы спросить о личности коллеги, но, подумав, закрыла обратно. Сама выясню, если понадобится.

— Кристель, значит, — прищурился младший. — Сильная магичка, раз сумела обратить на себя внимание Иварра. Умная, образованная. Как-то перебор для сироты, не находишь? Чему тебя могли научить в приюте? Накопители заряжать?

Тут он попал в точку. Больше там особо ничему не учили.

— Считаете меня шпионом? — безмятежно улыбнулась я, бросив мимолетный взгляд на Хозяина льда. Тот и бровью не повел. Я достаточно успела себя проявить, чтобы не возбуждать в нем глупых подозрений. А вот за доверие младшего близнеца еще придется побороться. — Чьим именно, не подскажете? И какой им с меня прок, если знаний и умений у меня больше, чем у вас обоих вместе взятых? Смысл тратить все это богатство на банальную слежку?

И я слегка театральным жестом обвела себя рукой. Братья переглянулись.

— Она всегда такая скромная? — уточнил Ингвар.

— Обычно нет. Госпожа Кристель знает себе цену, — ухмыльнулся Иварр с некоторой гордостью. Будто лично меня породил, воспитал и обучил. — Советую с ней дружить, ей и впрямь есть чем с нами поделиться в плане знаний.

— Откуда? — младший брат уставился на меня, не скрывая скепсиса и сомнений.

Я молча и красноречиво высунула язык. У каждого свои секреты.

Проведя полную диагностику и как следует запечатлев в памяти узор магического подчинения, я оставила братьев одних. Им все же нужно время пообщаться и заново узнать друг друга. А еще поругаться, разумеется. Ведь в душе старшего господина Эйсгема накопилось достаточно обиды на своевольного близнеца, в одиночку решившего переломить ход событий, а в итоге вляпавшегося в неприятности на долгие семь лет. Выливать все на голову идиоту рано, он только в себя пришел, но профилактический втык не помешает. Чтоб больше не лез никуда без ведома родных.

Мои покои тем временем успели прибрать, постель застелить, а в шкафу невероятным образом откуда-то образовалась одежда, которой у меня точно прежде не было. Роскошные шубы, накидки и шали, а еще платья —немного старомодные и чуть мне великоватые в стратегических местах, но совершенно новые, ни разу не ношеные. Наследство от матушки и бабушки господина Эйсгема.

За что мне такая честь, неясно, но догадки мне не понравились. Гадать я не люблю, потому перешла в гостиную секретаря и с удобством устроилась в кресле, поджидая хозяина дома, чтобы задать вопросы в лоб.

Иварр при виде меня вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Выглядел он расстроенным и взъерошенным. Видно, успел с братом капитально поссориться. Меня даже совесть слегка кольнула — и так по бедняге катком проехались, а еще я добавлю, но здоровый эгоизм перевесил. В конце концов, я