Мастер Темного Пути. Том 1 - Мосян Тунсю

Должно быть, в его тело кто-то вселился!

В душе Вэй Усяня бушевала настоящая буря.

Вдруг Лань Ванцзи приподнялся. Вэй Усянь решил, что терпение его наконец-таки иссякло, и воспрянул духом. Но он не ожидал, что Лань Ванцзи просто взмахнёт рукой… и погасит свет.

Изящество и легкомыслие

Глава 13

Позже Вэй Усянь рассудил так: если уж доискиваться до причины, почему их с Лань Ванцзи отношения не сложились, то, пожалуй, следует начать с того дня, когда он в возрасте пятнадцати лет вместе с Цзян Чэном приехал на три месяца в клан Гусу Лань на учёбу.

Был в этом клане один повсеместно уважаемый старейшина по имени Лань Цижэнь. Прочие семьи совершенствующихся отмечали три особых свойства его характера: косность, упрямство и умение в строгости взрастить выдающихся учеников. Из-за первых двух его сторонились и даже втайне питали неприязнь, однако из-за последнего многие чуть ли не из кожи вон лезли, чтобы отправить к нему своих отпрысков набираться ума-разума. Именно под его началом выучилось немало видных молодых совершенствующихся клана Лань. Да оставить тут на год-два собаку – и та наловчится выглядеть приличным человеком, во всяком случае манер поднаберётся. Не счесть родителей, что обливались слезами восторга, встречая с учёбы своих сыновей.

– Разве я ещё не наловчился выглядеть приличным человеком? – заметил Вэй Усянь по этому поводу.

Цзян Чэн как в воду глядел:

– Ты абсолютно точно станешь позорным пятном на его репутации.

В тот год в Облачные Глубины съехалось немало молодых господ из самых разных семей: всех постигать науку отправили родители, очарованные славой, что окружала клан Гусу Лань. Юношам было лет по пятнадцать-шестнадцать, не больше. Последователи разных кланов зачастую поддерживали между собой связи: не сказать, что водили тесную дружбу, но, по крайней мере, знали друг друга понаслышке или в лицо. Всем было известно, что Вэй Усянь, хоть и не носит фамилию Цзян, приходится сыном почившему другу Цзян Фэнмяня, главы клана Юньмэн Цзян. К тому же Вэй Усянь считался лучшим учеником клана, и в приёмной семье к нему относились как к родному. Вдобавок ко всему молодых людей в отличие от старшего поколения не слишком заботили происхождение и кровные узы, а потому они быстро сдружились и, не успев перекинуться даже парой фраз, без церемоний стали звать друг друга братьями.

– А в этой вашей Лотосовой Пристани намного веселее, чем здесь? – поинтересовался кто-то.

– Веселее, не веселее – смотря как развлекаться. Но правил уж точно поменьше будет, да и вставать в такую рань нет нужды, – со смешком ответил Вэй Усянь.

В Облачных Глубинах принимались за дела в час Кролика, а отправлялись отдыхать в час Свиньи, и ни малейших задержек не допускалось.

– Во сколько вы там встаёте? И чем занимаетесь?

– Он-то? – фыркнул Цзян Чэн. – Просыпается в час Змеи[25] и ложится в час Быка[26], а как продерёт глаза, вместо тренировок с мечом и медитаций плавает на лодке, собирает семена лотосов да охотится на фазанов.

– Сколько бы я их ни ловил, всё равно остаюсь первым учеником! – возразил Вэй Усянь.

– В следующем году обязательно поеду на учёбу в Юньмэн! И никто меня не остановит! – воскликнул один из юношей.

– Никто и не будет. Твой старший брат просто ноги тебе переломает, и все дела, – опустили его с небес на землю.

Юноша вмиг приуныл. Был это Не Хуайсан, второй молодой господин семьи Не. Имя его старшего брата Не Минцзюэ, человека твёрдого и решительного, знал весь мир совершенствующихся. Родились они от разных матерей, но отношения между ними оставались тёплыми. В вопросах обучения Не Минцзюэ был весьма строг и проявлял к успехам младшего брата особо пристальное внимание. Не Хуайсан, конечно, его уважал, но очень боялся, когда тот заводил разговор об учёбе.

– Вообще-то, в Гусу тоже довольно занятно, – продолжил Вэй Усянь.

– Братец Вэй, послушай-ка мой сердечный совет, – прервал его Не Хуайсан. – Облачные Глубины – это тебе не Лотосовая Пристань. Раз ты теперь в Гусу, запомни: есть тут один человек – так вот, не вздумай его задевать.

– И кто это? Лань Цижэнь? – заинтересовался Вэй Усянь.

– Нет же, не старикан. Его любимый ученик, Лань Чжань, – с ним-то и нужно держать ухо востро, – ответил Не Хуайсан.

– Тот самый Лань Чжань, один из Двух Нефритов клана Лань? Лань Ванцзи? – уточнил Вэй Усянь.

Сыновья главы клана Лань – Лань Хуань и Лань Чжань – издавна слыли Двумя Нефритами. Едва братьям минуло четырнадцать, старшее поколение прочих кланов сочло их за образец для подражания и принялось сравнивать с ними детей из собственных семей. Среди сверстников эти двое занимали видное положение – неудивительно, что слава о них гремела далеко за пределами клана.

– А ты знаешь другого? – спросил Не Хуайсан. – Конечно, тот самый. Подумать только: не старше нас, а в нём ни молодости, ни жизни! Узколобый сухарь! Вылитый дядя, если не хуже.

– О-о-о, – протянул Вэй Усянь и снова уточнил: – Такой изящный юноша, да?

– Где ты в клане Лань неизящных видел? Людей с неправильными чертами лица они и в ученики-то не берут. Попробуй найди хоть одного с обычной внешностью – потом покажешь, – усмехнулся Цзян Чэн.

– Особо изящный, – подчеркнул Вэй Усянь и покачал головой. – С ног до головы в белом, на лбу повязка, за спиной серебристый меч. Весь такой утончённый… правда, ходит с каменным лицом, будто на похоронах.

– Точно, он самый! – подтвердил Не Хуайсан, а потом, помолчав, продолжил: – Хотя последние дни он провёл в уединённой медитации. Ты же прибыл вчера. Когда успел его увидеть?

– Этой ночью.

– Этой но… Этой ночью?! – опешил Цзян Чэн. – В Облачных Глубинах запрещено разгуливать после отбоя – где же ты его увидел? И почему я ничего не знаю?

– Там, – указал Вэй Усянь.

«Там» высилась огромная стена. На такое даже ответить было нечего.

У Цзян Чэна голова пошла кругом. Стиснув зубы, он процедил:

– Едва приехал – уже нашёл себе приключений! Как так-то?

– Да как-как, – ухмыльнулся Вэй Усянь. – Помнишь, мы проезжали винную лавку с вывеской «Улыбка императора»? Так вот, вчера мне не спалось, я всё ворочался да крутился, ну и не стерпел: спустился в городок, а потом вернулся обратно с парочкой сосудов. В Юньмэне подобного вина не попробуешь.

– И где оно? – спросил Цзян Чэн.

– Не успел я перелезть через стену – даже одной ногой ещё на эту сторону не ступил, – тут он меня и застукал, – ответил Вэй Усянь.