Кодекс Магических Зверей III - Александр Сергеевич Сорокин

виднелись два длинных, слегка изогнутых клыка, похожих на сабли. Уши короткие, плотно прижатые к черепу, но я заметил, как они едва заметно двигались, ловя каждый звук. Лапы широкие, с огромными подушечками, заканчивались когтями, которые даже в спокойном состоянии впивались в песок, оставляя глубокие борозды. Хвост, толстый у основания и сужающийся к концу, медленно ходил из стороны в сторону, как маятник, отсчитывающий секунды до броска. Система назвала его Золотым Клинкозубом.

На другой стороне поля вышел его соперник — коренастый парень в зелёной мантии с капюшоном. Рядом с ним, тяжело переступая с лапы на лапу, возвышался зверь, напоминавший гигантского барсука. Тело, покрытое грубой шерстью бурого цвета, было приземистым, но невероятно мощным. Широкая грудная клетка выступала вперёд, огромная голова с плоским лбом и маленькими, глубоко посаженными глазами, сидела на короткой шее. Из постоянно приоткрытой пасти свисали толстые нити слюны, а челюсти, казалось, могли перекусить стальной прут, но главным оружием зверя были его короткие, несоразмерно массивные передние лапы с когтями, похожими на изогнутые кирки. Система назвала его Железношёрстным рудокопом.

— Бой! — голос мужчины в чёрной мантии прокатился над ареной.

Клинкозуб рванул вперёд с бешенной скоростью, оставив после себя лишь золотую вспышку. Рудокоп, напротив, не двинулся с места, а лишь слегка присел, вонзившись когтями передних лап в песок.

Клинкозуб атаковал с фланга, пытаясь зайти за спину, но рудокоп развернулся с неожиданной для его габаритов резкостью и взметнул лапу в воздух. Клинкозуб в последний момент ушёл в сторону, и когти рудокопа лишь скользнули по его боку, вырвав клок серой шерсти.

— Увернулся! — крикнул кто-то сзади. — Ах, чёрт, чуть-чуть!

Трибуны взревели. Кто-то разочарованно выругался, кто-то, наоборот, закричал от восторга, но все как один подались вперёд, ловя каждое движение. Женщина в соседнем ряду прижала ладони к щекам, её глаза расширились, а губы беззвучно зашевелились. Мужчина с бородой вскочил с места, сжав кулаки, и что-то выкрикнул, но его слова утонули в общем гуле.

Клинкозуб снова бросился в атаку. Он кружил вокруг рудокопа, нанося удары с разных сторон, и в последний момент ускользая от атак противника. Его когти оставляли на боках рудокопа неглубокие, но кровоточащие царапины.

— Он его достал! — заорал кто-то с нижних рядов.

Другой голос выкрикнул:

— Да что ему эта царапина? Смотри, как он его сейчас!

Азарт накалялся, воздух будто звенел от напряжения.

Рудокоп же, казалось, не замечал боли. Он лишь тяжело перекатывался с лапы на лапу, встречая каждую атаку ударом своих лап-кирок. Песок взлетал фонтанами, оставляя на поле глубокие воронки.

— Давай! Сделай его! — заорал толстяк справа от меня с безумным огнём в глазах.

В какой-то момент клинкозуб замешкался. Рудокоп, словно только этого и ждал, бросился вперёд. Его лапа обрушилась на спину противника, и когти вонзились в плоть.

Трибуны ахнули. Женщина в соседнем ряду вскрикнула, зажав лицо ладонями, но тут же разжала пальцы. Толстяк справа замер с открытым ртом, и его кулак, занесённый для удара по колену, так и застыл в воздухе.

Клинкозуб издал пронзительный визг, переходящий в сдавленный рык, но не упал, а извернувшись всем телом, вцепился клыками в лапу рудокопа, и челюсти его с хрустом сомкнулись.

Рёв зверя и крики толпы слились в один сплошной гул. Кто-то визжал, кто-то орал:

— Держи! Держи, не отпускай!

Волосатый мужчина схватился за голову, а женщина в первом ряду, которую я заметил краем глаза, вскочила и замахала руками, словно сама участвовала в схватке.

Рудокоп низко взревел, заставив задрожать каменные ступени трибун. Люди, сидевшие рядом со мной, на секунду замерли, но их лица тут же исказились ещё более жадным восторгом.

— Рви! Рви его! — слышалось со всех сторон.

Рудокоп нанёс удар свободной лапой по голове клинкозуба и оглушил его. Тот разжал челюсть, и рудокоп, воспользовавшись моментом, навалился на него всей массой. Клинкозуб рухнул на песок, и рудокоп, встав над ним, занёс лапу для последнего удара.

На трибунах на миг наступила тишина, а затем тысячи глоток разом закричали и засвистели. Люди вскакивали, обнимались и потрясали кулаками. Женщина впереди вновь упала на своё место, обмахивая лицо ладонями. Волосатый мужчина тяжело опустился на скамью и лишь выдохнул: «Ну даёт…».

— Бой окончен! Победа за представителем Академии «Глубинная сталь»! — объявил мужчина в чёрной мантии.

Во время этого объявления хозяин клинкозуба подошел к зверю, упал на колени и что-то зашептал, прижимаясь лбом к окровавленной морде. Клинкозуб медленно поднял голову, тяжело и прерывисто дыша.

В этот момент на арену выбежали две группы людей. С левой стороны появилась группа в тёмно-синих куртках с эмблемой Ассоциации на груди. Их было четверо: один нёс деревянный ящик, двое держали на плечах свёрнутые носилки, четвёртый, высокий, седой мужчина, нёс туго набитую сумку.

С правой стороны выскочила вторая группа. На их серых куртках красовалась эмблема Арены Когтя. Их тоже было четверо: двое мужчин с носилками, один с ящиком, и ещё один, коренастый, с короткой стрижкой, нёс тяжёлую кожаную сумку через плечо.

Группа от Ассоциации подбежала к клинкозубу. Седой мужчина опустился на колени перед зверем, его пальцы скользнули по окровавленной шерсти. Он не говорил ни слова, лишь сосредоточенно водил руками по телу зверя, а помощники расстилали носилки и открывали ящик, доставая оттуда склянки. Седой взял одну, откупорил, понюхал и осторожно влил содержимое в пасть клинкозубу.

Группа от Арены Когтя тем временем окружила рудокопа. Коренастый мужчина с короткой стрижкой тщательно осмотрел лапу зверя, заглянул в глаза и достал из сумки склянку. Помощник открыл пасть рудокопу, и мужчина влил в неё мутноватую жидкость.

Тем временем группа Ассоциации уже уложила клинкозуба на носилки. Зверь лежал неподвижно, лишь бока тяжело вздымались, но его глаза были открыты и следили за хозяином, который сидел рядом, положив руку ему на шею. Седой лекарь что-то коротко сказал помощникам, и они подняли носилки.

Вторые носилки приготовили для рудокопа. Стоило помощникам к нему приблизиться, как зверь негромко рыкнул, но хозяин положил ладонь ему на загривок и что-то шепнул. Рудокоп успокоился и позволил перенести себя на носилки. Коренастый кивнул и мужчины подхватили их и унесли зверя.

— Быстро работают, — заметил я.

— А то, — сосед хлопнул себя по колену. — Им нужно бегло осмотреть зверя, убедиться, что он доживёт до лазарета, и освободить арену. Потом у победившего будут сутки на то, чтобы встать на ноги перед завтрашним боем.

— То есть проигравший выбывает из соревнований?

— Именно.

Вокруг меня все кричали, свистели и аплодировали. Лица людей сияли. Женщина в соседнем ряду прижимала руки к груди и