Отморозок 9 - Андрей Владимирович Поповский

Он поднял на меня глаза, и в них загорелось что-то темное и почти суеверное.

— Картель — это совсем другое гринго. Итальянец просто убьет тебя и пойдет дальше. Картель же сделает так, что ты будешь долго молить о смерти, перед тем как подохнешь. И вся твоя родня запомнит, что нельзя связываться с людьми из Синалоа.

Я молчал, давая ему выговориться. В его словах не было преувеличения. Я и так знаю это. Знаю по рассказам Паулины, по истории из своего мира… Все, о чем мне сейчас говорит Педро — это чистая правда.

— Поверь мне, Мэйсон, — сказал он вдруг, впервые назвав меня по имени, без обычного «pinche gringo». — Картель намного опаснее, чем какие-то паршивые итальянцы. Итальянцы захотят тебя просто убить. Картель захочет, чтобы ты страдал. И они очень хорошо умеют это делать.

Он замолчал, уставившись в темноту. Шагаю к нему и кладу руку на плечо. Педро дернулся, но не отстранился. Сквозь тонкую ткань рубашки я чувствовал, как напряжены его мышцы.

— Мы с тобой повязаны, Педро, — говорю ему негромко. — Да ты это и сам знаешь. И от нас зависит жизнь тех, кто остался в горах. Твоя сестра и Паулина. Они сейчас там, и их время истекает. Нам нужно забыть все наши разногласия и дальше действовать сообща.

Педро поднял на меня глаза. В них не было ненависти, только крайняя усталость.

— Ты правда веришь, что мы найдем этот товар? — Спросил он хрипло.

— Другого выхода у нас нет, — Говорю ему. — Поэтому да. Верю. Но даже если не найдем, у меня уже есть план. Но там будем только ты и я… Без Аугусто.

Педро кивнул, потом протянул руку и неловко хлопнул меня по плечу в ответ. Жест был слегка неуклюжий, но искренний.

— Vamos (Пойду), — сказал он, отворачиваясь и снова становясь тем Педро, которого я знал — злым, дерганым, но теперь уже чуть менее чужим. — Надо помочь этим идиотам, пока они не разнесли весь гараж

Педро ушел в темноту, оставив меня одного у стеллажа. Я смотрел ему вслед, и в голове крутилась одна мысль: мы, кажется, только что нашли общий язык. Нет, друзьями мы не стали. Между нами навсегда кровь Хулио. Но, может быть, мы наконец, стали настоящими союзниками.

* * *

В салоне «Линкольна» было тихо и прохладно. Кондиционер тихо шелестел, отсекая жару снаружи. Томазо сидел на заднем сиденье, откинувшись на спинку, и задумчиво смотрел в окно на уродливые очертания складов, уплывающие в вдаль.

Алонзо, его телохранитель и по совместительству водитель, вел машину плавно, без рывков. Он знал, что после таких встреч боссу нужно время, чтобы переварить полученную информацию. Наконец Томазо заговорил.

— Этот Педро… — произнес он задумчиво, доставая из пачки сигарету, но пока не прикуривая. — Ты видел его глаза, Алонзо?

— Он смотрел на нас как на врагов, — коротко ответил тот, не оборачиваясь. — Нормальная реакция.

— Нет. — Томазо, наконец, щелкнул зажигалкой, дал сигарете загореться. Потом он затянулся и выпустил струйку дыма в потолок. — Взгляд у него был не просто враждебный. Он был больше испуганный. Но он боялся не нас. Ты заметил, как он смотрел на того, второго? На Аугусто

Алонзо молча кивнул, хотя Томазо этого не видел.

— Он своим взглядом как бы спрашивал у Агусто разрешения. Как собака, которая ждет команды хозяина. И когда Аугусто ему чуть указал глазами, Педро сразу закрылся. Этот парень знает больше, чем говорит. Гораздо больше. Он мог бы рассказать нам о беглеце, если бы захотел. Но его держит страх. И страх этот не перед нами. — продолжил Томазо.

— Перед Аугусто? — спросил Алонзо.

— Перед тем, кто за ним стоит. — Томазо помолчал, глядя на огни встречных машин. — Мексиканцы… Они устроены иначе, Алонзо. У них все завязано на кровь, на кланы, на территорию. И на страх. Они умеют внушать такой ужас, какой нам и не снился. Педро живет с этим страхом с детства.

— Тогда зачем мы вообще приезжали? — в голосе Алонзо проскользнуло недоумение. — Если они молчат как рыбы?

— Затем, чтобы они знали, — Томазо посмотрел на водителя в зеркало заднего вида. — Чтобы они знали, что мы ищем этого ублюдка. Что мы здесь. И что мы готовы заплатить. Рано или поздно, Алонзо, даже самый верный пес начинает думать о своей шкуре, и если ему предложить достаточно сочных костей, он может сменить хозяина. Или, если ему показать, что его нынешние хозяева могут проиграть, это тоже может развязать его язык

— Думаете, они нас боятся меньше, чем картеля?

Томазо самодовольно усмехнулся.

— Конечно, картеля они боятся больше. Это их реальность. Но у нас есть одно преимущество. Мы не хотим их убивать. Мы хотим купить то, что они знают. Или, — он сделал паузу, — сделать так, чтобы им было выгоднее говорить с нами, чем молчать

— Как?

— Игнасио. — Томазо вновь стряхнул пепел с сигареты. — Он теперь заправляет в порту и во всем Уилмингтоне. Сейчас эти типы залезли на территорию, которую Игнасио уже считает своей. Игнасио обязательно атакует, чтобы показать там кто хозяин. А мы будем рядом. Когда станет совсем жарко, мы предложим глупышке Педро защиту в обмен на информацию.

Алонзо обдумал сказанное.

— Рискованно. Игнасио может просто пристрелить Педро раньше, чем мы успеем его вытащить.

— Не пристрелит, — Томазо покачал головой. — Он хочет не просто его смерти, он хочет, чтобы Педро страдал. Месть — это целый процесс, мой друг. Игнасио будет тянуть время и наслаждаться. У нас будет шанс подойти.

— Это очень умно босс. — Алонзо почтительно кивнул.

— Организуй людей. Самых лучших. Пусть пасут этот гараж круглосуточно. Мексиканцы будут там копаться, пока не найдут то, что ищут. Или пока не поймут, что искать там уже нечего. Мы должны знать каждый их шаг. Особенно этого… — Томазо задумался, вспоминая имя. — Аугусто. Он среди них явно главный.

Машина выехала на шоссе.

— Сделаем так, — подвел итог Томазо, затушив сигарету. — Игнасио пусть давит на захватчиков, а наши люди пусть следят за всеми. Если повезет, то в начинающейся заварушке мы выйдем к цели. И тогда… — он улыбнулся, но улыбка вышла холодной. — Тогда мы поговорим с этим русским по-настоящему.

Он откинулся на спинку и закрыл глаза. Водитель прибавил газу, уводя «Линкольн» дальше от промышленной части города.

* * *

Солнце клонится к закату, заливая предгорья Сьерра-Мадре мягким золотистым светом. Сад вокруг большого двухэтажного каменного дома дона Альберто радует глаз своей ухоженностью. Несколько пальм,