Песнь Перна - Энн Маккефри

которым можно лишь с моря. Теперь, когда Алеми учил его управляться с парусом, Эльгион надеялся, что вскоре сумеет осилить эту задачу сам. Он ничуть не сомневался, что Янус не одобрит поисков ящериц, и не хотел впутывать Алеми в дело, которое может навлечь на его голову гнев отца. Парню и так несладко со сломанной ногой.

Однажды ясным солнечным утром Эльгион решил проверить, готов ли он осуществить свой замысел. Он отпустил детишек пораньше, потом разыскал Алеми и предложил ему устроить испытание – несмотря на ясную погоду, море было довольно бурное. Молодой моряк рассмеялся и, взглянув на облака, заявил, что к полудню море успокоится, но тем не менее согласился.

Эльгион выпросил на кухне большой пакет с булочками и рыбными колобками, и они отправились в путь. Алеми уже бодро передвигался по суше, опираясь на костыль, и был несказанно рад любому предлогу выйти в море.

Как только они покинули бухту, надежно защищенную полукружием скал, ялик стал добычей ветра и бокового течения. Сидя на корме, Алеми не обращал внимания на обрушивающиеся на лодку брызги, когда их то подбрасывало на гребень волны, то кидало вниз, и играл роль молчаливого пассажира. Арфист же в одиночку сражался с румпелем и парусом, стараясь удержать лодку на курсе, который задал Алеми. Моряк уловил перемену ветра на несколько мгновений раньше Эльгиона, но, надо отдать ему должное как учителю, арфист отстал совсем не намного.

– Ветер стихает.

Алеми кивнул и надвинул шапку на другое ухо, приспосабливаясь к новому направлению ветра. Теперь, когда ветер едва надувал парус, они плыли, увлекаемые вперед глубинным течением.

– Что-то я проголодался, – объявил Алеми, когда с подветренной стороны из моря возникли кряжистые сизые отроги Драконьих камней.

Эльгион вытравил шкот, Алеми спустил парус и с привычной сноровкой намотал его на гик. По его указанию арфист закрепил румпель так, чтобы течение само влекло ялик вдоль берега.

– Почему-то на море, – с набитым ртом промычал Алеми, – еда всегда кажется вкуснее.

Эльгион только кивнул – он тоже отдал должное рыбным колобкам, хотя, отметил арфист про себя, нельзя сказать, чтобы он особенно перетрудился: всего-то держался за руль да время от времени перекладывал парус.

– Вообще-то, на море не так уж часто удается перекусить, – продолжал Алеми. – Мне не приходилось рассиживаться вот так с тех самых пор, как я подрос и меня приставили к сетям.

Он потянулся и невольно поморщился, потревожив сломанную ногу. Внезапно он залез в приделанный к борту ящичек и извлек оттуда леску, крючок и сушеного червяка.

– Очень кстати, – с довольной улыбкой произнес он.

– Не можешь сидеть сложа руки?

– Еще чего! Чтобы Янус потом зудел о пустой трате времени?

Алеми ловко привязал крючок к леске и наживил его.

– Вот так. Тебе тоже не мешало бы научиться. Или мастер-арфист не велит вам осваивать другие ремесла?

– Напротив, мастер Робинтон всегда говорит: чем больше знаешь и умеешь, тем лучше.

Алеми согласно кивнул, не сводя глаз с течения.

– Он прав. И то, что мы посылаем парней на воспитание в другие Морские холды, не решает вопрос, ведь правда?

Ловким движением юноша забросил леску – ее быстро отнесло от дрейфующей лодки, и она затонула.

Эльгион, старательно подражая моряку, бросил леску и уселся рядом с Алеми ждать результата.

– А что здесь ловится?

Алеми пренебрежительно поморщился:

– Скорее всего, ничего. Прилив в самом разгаре, течение сильное, да еще и солнце прямо над головой. Лучше всего клюет утром – если, конечно, не считать Падения.

– Так вот почему ты ловишь на сушеного червя – потому что он похож на Нить? – При мысли о коварных Нитях у арфиста мурашки пробежали по коже.

– Верно угадал.

В лодке воцарилось молчание – обычный спутник рыболовов.

– В лучшем случае желтохвостка, – изрек наконец Алеми в ответ на вопрос, о котором задавший его Эльгион уже и думать забыл. – Желтохвостка или вконец оголодавший голован – этот сожрет что угодно.

– Голован? Отличная закуска!

– Леска не выдержит. Слишком он тяжелый.

– Жаль.

Течение неодолимо увлекало их по направлению к Драконьим камням. И хотя Эльгиону очень хотелось завести разговор о скалах и их обитателях, он не знал, с чего начать. Наконец, когда арфист почти решился заговорить, Алеми огляделся по сторонам. От ближайшего утеса их отделяло расстояние не больше семи длин дракона. Волны мирно плескались о подножие скал, то обнажая зазубренные вершины подводных камней, то закручиваясь водоворотами. Алеми развернул парус и взялся за шкот.

– Нужно отойти подальше. Как бы не налететь на подводный камень. Когда прилив поднимается, течение может затянуть лодку слишком близко. Если будешь плавать здесь один – а скоро это будет тебе по плечу, – старайся держаться на безопасном расстоянии.

– Мальчишки говорили, будто ты как-то видел здесь файров, – вырвалось у Эльгиона прежде, чем он успел подумать.

Алеми смерил арфиста долгим задумчивым взглядом:

– Скажем так: я не могу вообразить, кто бы еще это мог быть. Не птицы – слишком малы, слишком стремительны, слишком увертливы. А уж файры это были или нет… – Он рассмеялся и пожал плечами, показывая, что и сам не особо верит в свою догадку.

– А что, если я скажу тебе, что они существуют на самом деле? Что Ф’нору, всаднику бронзового Кант’а, удалось запечатлеть королеву файров на Южном, а после него в этом преуспели еще шестеро всадников? Что Вейрам нужны новые кладки и меня попросили поискать на побережье?

Алеми недоверчиво уставился на арфиста, ялик заплясал на встречной волне.

– Запомни: теперь нужно круто переложить руль на левый борт. Да не сюда, влево!

Они благополучно миновали грозные Драконьи камни и продолжили прерванную беседу.

– А ты сумел бы запечатлеть файра?

Хотя голос у Алеми звучал недоверчиво, в глазах вспыхнул жадный огонек, и Эльгион понял: у него появился союзник. Арфист охотно выложил юноше все, что знал сам.

– Так вот почему так редко можно встретить взрослого файра, вот почему они так хитро избегают любых ловушек! – рассмеялся Алеми, качая головой. – Как подумаю о давних временах…

– Вот-вот, – широко улыбнулся Эльгион, вспоминая, как мальчишкой старался изобрести безотказную ловушку.

– Значит, наша задача – обследовать песчаные бухты?

– Это предложил Н’тон: поискать в песчаных бухтах, в малодоступных местах – словом, там, куда не смогли добраться вездесущие мальчишки. Здесь полно укромных местечек, где королева файров могла бы спрятать свою кладку.

– Только не в этот Оборот – приливы слишком высоки.

– Должны же быть бухты, где полоса песка достаточно широка. – Возражения Алеми начинали действовать арфисту на нервы.

Моряк кивком приказал Эльгиону поменяться с ним местами и стал ловко лавировать против ветра.

– Я встречал