Песнь Перна - Энн Маккефри

Над ней сверкнули золотом две королевы и с ними – Крепыш, Нырок, Лентяй, Кривляка и Рыжик. Обе королевы что-то озабоченно лопотали, а самцы, к удивлению Менолли, теперь летали впереди и довольно высоко, так что совсем ей не мешали. Девочка продолжала бежать.

Одолев подъем, Менолли совсем выбилась из сил, так что пришлось перейти на шаг. Она побрела, прижимая ладонь к боку, но все же ни на миг не останавливаясь. Драконьи камни на горизонте чуть выросли, но все еще были слишком далеко. Менолли бросила взгляд через плечо, и вспышки изрыгаемого драконами пламени подсказали ей, что Нити подступают.

Она снова прибавила скорость. Над головой у нее неслись две золотые королевы, и, как ни странно, в них девочка чувствовала какую-то защиту. Внезапно у нее открылось второе дыхание, ей казалось, что она может мчаться так вечно. Вот только бы бежать побыстрее, чтобы Нити ее не догнали… Она не сводила глаз с Драконьих камней, боясь оглянуться назад: от такого жуткого зрелища ноги того и гляди подкосятся!

Менолли старалась держаться как можно ближе к краю обрыва: ведь однажды она уже сорвалась с утеса – и ничего, жива. Придется рискнуть еще раз, если останется единственный выход – залезть в воду.

Она бежала, поглядывая то на Драконьи камни, то на землю под ногами. Вдруг в воздухе что-то просвистело, испуганно заверещали файры, и небо закрыла тень. Менолли упала на землю, инстинктивно прикрыв руками голову, и сжалась, ожидая жгучих укусов Нитей. Откуда-то пахнуло огненным камнем, по спине пробежал теплый ветер.

– Вставай скорее, дурья башка! Да пошевеливайся – нас вот-вот накроет!

Не веря своим ушам, Менолли подняла взгляд – и встретилась с переливчатыми глазами коричневого дракона. Он склонил голову к плечу и настойчиво заворчал.

– Лезь сюда! – крикнул всадник.

Бросив испуганный взгляд на огненные вспышки в небе и стремительно наступающую шеренгу драконов, Менолли не заставила себя долго упрашивать. Она поднялась и, ухватившись за протянутую руку и свисающий конец летной упряжи, подтянулась и взобралась коричневому на шею, позади всадника.

– Держись за меня, да покрепче. И ничего не бойся. Мы полетим в Бенден через Промежуток. Будет темно и холодно, но помни – я рядом.

Спасена! А ведь она уже совсем отчаялась! Менолли была так потрясена, что лишилась дара речи.

А коричневый дракон стремительно шагнул к краю обрыва, ринулся вниз и, раскинув крылья, взмыл в вышину. Менолли прижало к кожаной куртке спасителя, дыхание перехватило. Краем глаза она увидела своих файров, тщетно пытающихся не отстать, – и тут дракон нырнул в Промежуток.

Пот застыл у нее на лице, невыносимый холод сковал тело, заледенил ободранные ступни. Менолли почувствовала: еще миг – и она задохнется. Девочка судорожно ухватилась за плечи всадника – и не почувствовала ни его, ни дракона под собой!

И тут крошечной частью рассудка, устоявшей перед леденящим ужасом, девочка поняла истинный смысл учебной баллады. Его подсказал пережитый страх.

Мгновение – и все вернулось: зрение, слух, осязание, дыхание. Они спускались с умопомрачительной высоты, плавно кружа над Бенден-Вейром. Как ни велик был Полукруглый, обитель драконов и всадников оказалась несравнимо больше. Даже необъятная гавань Полукруглого Морского холда свободно уместилась бы в Чаше огромного Вейра.

Пока дракон снижался, Менолли успела разглядеть огромные Звездные Камни и знаменитый Глаз-Камень, предсказывающий время, когда Алая Звезда начинает свое роковое Прохождение. Рядом со скалами она увидела сторожевого дракона, услышала, как он приветственно затрубил, встречая собрата. В горле коричневого раздался гулкий рокот – он ответил на приветствие. Когда они спустились еще ниже, девочка заметила на дне Чаши Вейра нескольких драконов, а рядом – группу людей. Вот и ступени, ведущие в покои королевы, а поодаль – зияющий вход на площадку Рождений. Да, Бенден оказался еще огромнее, чем она ожидала. Коричневый приземлился неподалеку от других драконов, и Менолли поняла: они получили ожоги в бою с Нитями и теперь их раны врачуют. Наполовину сложив крылья, коричневый изогнул шею и выжидательно взглянул на седоков.

– Можешь ослабить свою мертвую хватку, парень, – добродушно усмехнувшись, сказал коричневый всадник, расстегивая боевую упряжь.

Сбивчиво извинившись, Менолли убрала руки.

– Как мне тебя благодарить? Если бы не ты, меня бы накрыли Нити.

– Кто же выпустил тебя из холда перед самым Падением?

– Нужно было наловить клешнезубов, мы вышли еще на рассвете.

Кажется, всадник удовольствовался этим торопливым объяснением, но если он захочет узнать подробности… Менолли никак не могла припомнить название ближайшего к Полукруглому холда со стороны Нерата.

– Слезай, парень. Мне пора догонять свое крыло.

Вот уже второй раз он называет ее парнем!

– А ты здорово бегаешь! Не собираешься стать скороходом в своем холде?

Коричневый всадник подтолкнул Менолли вперед, и она съехала с плеча дракона, как с горки. Но едва ноги коснулись земли, как она чуть не лишилась сознания от боли и вцепилась в переднюю лапу дракона, чтобы не упасть. Он ткнулся носом ей в плечо и сочувственно загудел.

– Брант’ говорит, что ты ранен? – Всадник соскочил следом за ней.

– Не могу ступить на ноги!

Сгоряча Менолли и не заметила, что от сапог остался один верх, а ступни изодраны в кровь.

– Вот оно что! Ну-ка погоди…

Он поймал девочку за руку и привычным движением перекинул через плечо. Шагая к входу в Нижние пещеры, всадник велел кому-то принести горшок с холодильным бальзамом. Очнулась Менолли уже на стуле, в ушах громко стучала кровь. Кто-то подставил скамеечку, чтобы она могла положить на нее израненные ноги, а со всех сторон уже сбегались женщины.

– Фелина, Манора! – оглушительно взревел коричневый всадник. – Скорее сюда!

– Нет, вы только взгляните на его ноги – сбиты до живого мяса!

– Послушай, Т’гран, где ты его…

– Увидел, как он старается обогнать Нити неподалеку от Нерата. И, можете себе представить, это ему почти удалось!

– Ценой собственных ног! Манора, пойди-ка сюда на минутку!

– Что сначала – вымыть ему ноги или…

– Нет, сначала дайте ему вашего сока, – предложил Т’гран. – А сапоги придется разрезать.

Кто-то поднес к губам Менолли кружку, уговаривая выпить все до дна. В желудке у нее с утра не было ничего, кроме нескольких листков салата, поэтому сонное зелье подействовало мгновенно, и лица столпившихся вокруг женщин расплылись в тумане.

– Клянусь небом, эти моряки совсем рехнулись, болтаются невесть где в разгар Падения!

Менолли показалось, что она узнала голос Маноры.

– За сегодняшний день это уже второй.

В следующий миг голоса слились в неразличимый гул. Девочке никак не удавалось сладить со зрением. Ей казалось, что она парит на расстоянии вытянутой руки от земли.