Дело о проклятом мече - Лариса Куницына

— Он увидел маленькую летнюю лисичку, слегка облезлую и серенькую. С тощим хвостиком. Никому и в голову не придёт, что она — это я, такой высокий и красивый.

— И рыжий, — наконец, усмехнулся Марк.

— Скажу по секрету, я всегда завидовал лисам-огнёвкам!

Третья смерть

Проснувшись, Марк какое-то время лежал в темноте, прислушиваясь и боясь снова услышать отчаянный стук в дверь. Потом он поднялся и зажёг на столе свечу. Было тихо. Он понятия не имел, наступило ли тёмное утро или ещё ночь. Спать больше не хотелось, и он присел к столу. Ему снова вспомнились слова Клемана, что здесь теперь каждую ночь кого-то убивают. Он надеялся, что в этот раз ничего такого не случилось, по крайней мере, пока никто не принёс ему эту страшную весть.

Потом явился Эдам, замёрзший и слегка напуганный. Марк вдруг подумал, что в этом замке для парня просто пройти из казармы в донжон по крепостной стене, чтоб принести сеньору воду для умывания, является подвигом. Но вдвоём, наверно, было не так страшно, потому что вслед за алкорцем, торжественно несущим кувшин и полотенце, плелся заспанный Шарль с тазом под мышкой. Умываясь, Марк думал, что уже чувствует неприятный зуд под плотной одеждой, которую не снимал несколько дней. Когда-то для него это было привычным, но ведь тогда он либо странствовал по дорогам, не имея крыши над головой, либо находился на войне. А теперь в доме графа Эмберлейна он даже не может снять эти тряпки, чтоб обтереться влажным полотенцем, потому что чертовски холодно даже в спальне. И ему ещё пришлось снова надеть эту тяжёлую кирасу, которую, зевая, навешивали на него оруженосцы.

Лис снова до последнего момента сидел под одеялом и с недовольным видом таращился из темноты, прожигая Марка своими жёлтыми сердитыми зрачками. Он тоже хотел домой, к мягким диванам, жарким каминам и хорошо приготовленной вкусной еде, но на этот раз хотя бы не изводил Марка своим привычным утренним ворчанием.

К завтраку они спустились в трапезную и застали там Эмберлейна, скучающего в компании де Валона и Амориса. Увидев Марка, он бросился к нему.

— Знаете, господин граф, у нас случилось нечто странное! В замке видели лису. Понятия не имею, как она пробралась сюда, учитывая, что ворота не открывали уже несколько дней. Она, наверно, жила на хозяйственном дворе и ела мышей, но вчера стащила из курятника цыплёнка, прямо на глазах у птичницы. Та закричала на неё и хотела уже бросить ковш для зерна, но эта бестия ускользнула вместе с добычей. А после этого её видели здесь, в донжоне. Я уже объявил своим людям, что тот, кто принесёт мне её хвост, получит награду в десять серебряных! Вы тоже можете поучаствовать в охоте, но для вас приз будет куда более ценным! Что скажете об охотничьем арбалете с золочёными накладками?

— Вряд ли у меня появится желание выслеживать здесь какую-то лису, — улыбнулся Марк.

— И то верно, — рассмеялся Сигвальд. — А вот Ролан не прочь попробовать! Верно, кузен?

— Я поймаю для тебя этого зверя и вытряхну из шкуры, — пообещал де Валон.

— Только будьте осторожны, — недовольно проворчал Джин Хо, с нетерпением взглянув на накрытый стол. — Лисы кусаются.

— Её зубы против моего меча! — воскликнул молодой рыцарь.

— Наконец вы нашли для себя достойного противника, — съязвил лис и, не обратив внимания на вспыхнувшего обидой рыцаря, спросил: — Кого ждём?

— Барона Меридока, — ответил Сигвальд. — Я уже послал за ним.

— Понятно, — разочарованно протянул Джин Хо, а потом подошёл и, взяв с блюда кусок сыра, сунул его в рот.

Вскоре в главном зале послышались торопливые шаги, но это был не барон. В трапезную вбежал слуга и замер с округлившимися от ужаса глазами.

— Ну, что уставился, болван? — недовольно проворчал граф. — Где Меридок?

— Он… мёртв… — испуганно проблеял парень.

Барона Меридока убили прямо в постели. Он лежал на спине на широкой кровати под пыльным балдахином, и его лицо было спокойно, будто он всё ещё спал. Толстое одеяло было откинуто, и на его груди, по грубой ткани гамбизона — подбитой волосом куртки, которую он носил под доспехом, расплывалось тёмное пятно.

Марк невольно осмотрелся, по привычке пытаясь составить представление о месте преступления. Это были просторные сводчатые покои, состоявшие из двух комнат, хорошо обставленные, но такие же холодные, как и другие помещения в этом замке. Камина здесь также не было, но в стороне на скамеечке стояла круглая закрытая жаровня с длинной ручкой, какими обычно грели постель.

— Я хочу знать, кто убил моего отца? — раздался звенящий девичий голос, и Марк обернулся, чтоб взглянуть на Эланор, стоявшую у кровати в окружении четырёх рыцарей-северян, высоких, светловолосых, с длинными, спускающимися почти до груди усами, облаченных в пластинчатые панцири, надетые поверх кольчуг. Они сумрачно смотрели на собравшихся в комнате, словно только ожидали приказа, чтоб ринуться в бой и отомстить за своего господина.

Эланор была бледна, как полотно, но спокойна и решительна. Она сурово взглянула на Эмберлейна и отчеканила:

— В этот раз тебе не удастся уклониться от расследования, как ты сделал после смертей Абланкура и Берена! Я требую ответа, Сигвальд! Я хочу, чтоб убийца моего отца был найден и наказан, и не приму никаких отговорок вроде сказок о призраках! Ты слышишь меня? Если ты не выдашь мне преступника и не представишь доказательств его вины, то именно тебя я обвиню перед всеми в убийстве моего отца! Я объявлю тебя кровным врагом и буду мстить! И к этой мести присоединятся все наши родичи и союзники! Земля будет гореть у тебя под ногами!

— Успокойся, Эланор, — произнёс де Валон, бросив тревожный взгляд на обиженно насупившегося кузена, — зачем обвинять невиновных…

— Невиновных? — воскликнула она. — Нет, даже если не он убил отца, он виновен в его смерти, потому что не смог защитить своего гостя под собственным кровом! Более того, он не предпринял никаких мер, чтоб схватить убийцу после того, как два его гостя были убиты его же мечом! Но мой отец — это не бедный рыцарь, за которого некому вступиться! Мой отец — барон Меридок, лендлорд и глава рода! Он прибыл сюда по приглашению Сигвальда, он предупреждал вчера, что будут ещё смерти! И