Предотвратить Зону - Денис Бригсон

– Какой фон сейчас?

Виктор махнул рукой, и Юрий в кабине понятливо развернул счетчик Гейгера, чтоб майор смог разглядеть показания прибора.

– Сейчас восемь с половиной уже. А у карьера как будто одиннадцать было, – вспомнил Каратаев цифру на валяющемся у вагончика устройстве, когда он наконец обнаружил его.

На том конце возникла секундная пауза, полковник что-то решал.

– Значит, так, – выдал он после перерыва, – средства защиты не снимать. Направляйся на старое стрельбище, там фон нормальный должен быть, туда химики подъедут для дезактивации обмундирования. Карпов все равно там недалеко эвакуацией занимается, так что тебя он будет ждать на месте и все организует. Я его дополнительно проинструктирую. Понял меня?

– Понял, товарищ полковник, – ответил Виктор. – Есть еще один момент.

– Что еще? – спросил Шубин, явно уже намереваясь прекратить сеанс.

– Финны поднимали вертолет. В него ударили какие-то молнии, которые после импульса появились. И он упал на нашей территории.

– Черт бы их побрал, этого еще не хватало, – буркнул Шубин. – Место падения далеко? Выживших смотрели?

– От карьера в сторону развилки на «Ракиту», метров пятьсот. Там был взрыв, товарищ полковник, столб огня от баков взметнулся аж над лесом. Мы его видели.

– Ладно, по вертолету вопрос решим чуть позже. Сам давай дуй на старое стрельбище с бойцами. Остальное – по прибытии, – скомандовал начальник и пропал в эфире.

– Есть! – Виктор отключил телефон, стало немного легче. Парни, высунувшись из кабины и из-под тента в кузове, вопросительно смотрели на майора сквозь стекла противогазов.

– Едем на старое стрельбище для обработки! – крикнул он и залез в кабину.

Плавно набрав ход, машина двинулась по грунтовке вперед, аккуратно лавируя между плотными рядами карельских сосен.

Глава 6

На пути к эпицентру

Группа Каратаева по возвращении в Службу была отправлена в госпиталь на реабилитацию и дальнейший отдых, который был оформлен рапортами на десятидневный отпуск по состоянию здоровья. Виктор и трех дней не пролежал в лечебном заведении, сбежал домой. Врачи удивлялись необъяснимому явлению – у всего состава группы, попавшей под импульс и находившейся рядом с очагом, выявились незначительные последствия кратковременного радиоактивного воздействия. И только у старшего этой группы никаких следов заражения медперсоналу найти не удалось, словно его и не было вместе с подчиненными в момент извержения. Врачи удивленно смотрели на Виктора и разводили руками.

Все три дня майор пытался дозвониться до жены, но на том конце никак не реагировали на звонки. Перед госпиталем он ухитрился добраться до квартиры, где жила семья. Дверь никто не открыл. Каратаев испытывал двоякие чувства: если жена с сыном уехали из города, то это то, о чем он и просил ее, и, наверное, это хорошо; и все же было горько и тоскливо оттого, что Марина с Сережкой уехали. Добавляло печали и то, что супруга не отвечала на звонки и Виктор не знал, где именно они сейчас находятся и что с ними. Это не давало майору покоя все три долгие дня в больнице. Ночами же одолевала другая напасть.

Стоило сомкнуть глаза, как его сознание во сне отправлялось в пещеру. Перед глазами представала сфера, она выглядела истощенной и блеклой. От нее во все стороны, словно черные щупальца апокалипсиса, расходились признаки увядания окружающего пейзажа и угасания жизни. Сфера с этим боролась. Она копила в себе цветную палитру и выплескивала ее вовне, становилась безжизненной и слабой, но снова силилась набрать цветовую гамму. «Щупальца» под брызгами красочного фонтана сокращались, уменьшались в размерах и настороженно затихали. Потом снова, вздрагивая, оживали, росли и тянулись по полу пещеры дальше. Сфера постепенно проигрывала эту схватку, теряя силы с каждым новым выплеском, на конусах росли трещины. Виктор с замиранием сердца следил за этим трагическим ритуалом противостояния, интуитивно становясь на сторону добра и света. Он с прискорбием наблюдал, как черная зараза вырывается из пещеры, как распространяет свою пагубную силу на карельскую тайгу, как подкрадывается к мирному городу, где во дворах играют дети…

Каждый раз на этом месте, вырываясь из объятий странного кошмара, Каратаев ощущал острый эмоциональный дискомфорт, испытывал необъяснимые угрызения совести за дистанционную пассивность, за то, что остается стоять в стороне. Он так и валялся до утра в кровати, терзаемый мыслями и чувством непонятной вины.

Покидая госпиталь после трех тягостных суток нахождения в нем, Виктор ощущал себя разбитым. Дома он еще раз набрал на телефоне номер жены.

– Алло, – вдруг отозвалось на том конце, – привет, пап.

Каратаев аж вздрогнул от неожиданной удачи.

– Привет, Сереж. Привет, сынок. Как у тебя дела? – выпалил он.

– Нормально.

– Вы где с мамой сейчас?

– Мы у бабушки. Ты к нам приедешь?

– У бабушки?! – с явным облегчением повторил Виктор. – Здо́рово. Как бабушка поживает?

– Нормально. Пап, я хотел тебе кое-что сказать, мы с мамой…

Звонок резко оборвался, послышались гудки. Виктор попытался дозвониться еще раз, но вызов сразу отбили. На третью попытку связаться с сыном беспристрастный электронный голос ответил, что аппарат абонента находится вне зоны действия сети.

«Кода ж ты стала такой стервой, Марина?» – в сердцах подумал майор и бросил телефон на диван.

Значит, они сейчас в Голицыно, у матери супруги. В этом городе, собственно, Каратаев и познакомился с будущей женой, когда учился в пограничном институте. Вспомнился торжественный выпуск, распределение. Молодость, безграничная любовь и плещущееся в глазах молодоженов счастье, красивые мечты и грандиозные планы на жизнь. Жаль, что все это бесследно стерлось безжалостным наждаком времени и непомерных амбиций. Очень жаль, иногда до слез. Прежних отношений уже не вернуть, Виктор понял это теперь окончательно. Марина стала чужим человеком и выкинула его из своей жизни. К этому все шло уже давно. Но жизнь идет, и жить надо дальше, отпустив былое. Кто цепляется за прошлое, тот лишает себя будущего. Но в будущем Виктора, конечно же, все равно остается особое место для сына.

Несмотря на горький осадок от звонка, пришло заметное облегчение от осознания того, что с семьей все в порядке и они в безопасности. Ну хоть этот вопрос решился хорошо. Покоя не давало другое – целый спектр чувств и эмоций, навеянный неприятными снами про пещеру. Виктор поначалу боролся с противоречивыми побуждениями внутри себя, а потом резко взял и решился: приобрел в магазине недорогой китайский костюм от радиационной защиты с противогазом и счетчик Гейгера. Благо местные торгаши в свете последних событий, почуяв запах прибыли, натаскали этого барахла в город прилично. Еще купил карту местности, так как навигатор в телефоне наверняка подведет.

«Тревожный мешок» – рюкзак со всем необходимым на случай тревоги – укомплектован был всегда, Виктор лишь сделал ревизию: убрал ненужное для похода к пещере и, наоборот, добавил то, что могло понадобиться. В оружейном сейфе в квартире давно скучал карабин «Вепрь-308», купленный когда-то для охоты. Майор достал его