Предотвратить Зону - Денис Бригсон

Виктор, колеблясь, посмотрел на деда и все же решился ему сообщить о странных явлениях, которые ему довелось повстречать по дороге на дачи. Тот сидел и с удовлетворением слушал рассказ майора, в глазах читался живой интерес.

– Да-а. Дела, едрить-мадрить, – выдохнул восторженно старик.

– Еще раньше другая аномальная вещь случилась, – продолжал Виктор, – рюкзак в воронке закрутило, а потом и бойцов двух…

– Живые?

– Кто?

– Бойцы твои, – сказал дед, – живые?

– Конечно, живые, – удивился вопросу майор, – просто помогли им выбраться из этой круговерти.

– «Круговерть» и есть, – согласно кивнул дед. И, увидев вопрос на лице гостя, поспешил объяснить: – Аномалия такая была… или есть еще, оказывается. Захватит человека и раскручивает, как в центрифуге, пока того не разорвет на части. А после питается его соком, пока всего не высосет – не отпустит.

Виктор судорожно сглотнул подступивший к горлу комок.

– На ваше счастье, значит, та аномалия еще слаба была, иначе б быть беде, – продолжал поучительно дед. – А машиной ты на «пружину» наехал, вот и подкинула она тебя. Хорошо еще не на десяток метров. Тоже несильной оказалась или силы еще не накопила, поддала тебе под капот и разрядилась. С веткой – это ты хорошо придумал, сам увидел, как она последнюю энергию отдала. Вот накидать бы туда не шишек с иголками, а что потяжелее, и чтоб она игралась с этим не выплевывая, тогда б и видно «пружину» было, и вроде как не опасная будет.

– Откуда ты все знаешь-то про это, отец? – поразился осведомленности старика Виктор. – Встречал их тоже?

– Было дело.

– Здесь, на дачах? – удивленно встрепенулся майор.

– Нет, – выдохнул дед. – Далеко отсюда.

Каратаеву показалось, что былое умиление хозяина дома от рассказов о встреченных Виктором аномалиях немного улетучилось с последним вопросом. В глазах старика проявилась ностальгия по тому, что было когда-то так значимо в его жизни.

– Расскажи, отец, – осторожно попросил майор.

– Да что ты все «отец» да «отец»! – взвинтился неожиданно старик и встал. – Других слов, что ли, нет?

Виктор растерянно отодвинулся на стуле:

– А как мне тебя называть-то? Скажи.

– Рыбаком меня зови, – раздраженно ответил дед, – раз такое дело.

– Просто рыбаком? – негодующе спросил Виктор. – Имя, может, скажешь свое?

– А что тебе мое имя даст? Рыбак, и все тут.

Старик снова сел за стол, внимательно посмотрел на обескураженного гостя и уже спокойнее произнес:

– Я могу рассказать тебе, что происходит. Но сначала мне надо знать, зачем ты пришел сюда.

– Баш на баш? – выпрямился Виктор. Впечатление дед производил весьма положительное, балаболом и трепачом отнюдь не казался. Но больше всего соблазняла майора непонятная компетентность рыбака в происходящих аномальных событиях. Словно прежде он уже переживал подобное и имел необходимые знания и опыт. А значит, мог объяснить и помочь. И Виктор решил раскрыться: – Хорошо, согласен. Только непонятно, отец, почему ты так прячешь свое имя?

– А вот это я тебе потом расскажу, – упирался дед.

Виктор поведал ему о странной находке в пещере, о двух импульсах, о всплеске радиации, из-за которой эвакуировали население и изолировали значительную территорию. Ночное виде́ние существа с большими металлическими глазами предпочел сокрыть, чтобы старик не посчитал его умалишенным. А вот беспокоивший его последнее время сон описал очень детально.

– Значит, зовет тебя она, – промолвил рыбак.

– Кто зовет? – недоуменно спросил майор.

– Та штука в пещере, – прищурясь, отхлебнул ухи из кружки старик. – Нужен ты ей зачем-то, вот и зовет.

Каратаев задумался на минуту, потом бросил взгляд на рыбака:

– Странно ты сон растолковал, отец.

Тот вытер бороду и усмехнулся:

– Ты просил рассказать, а я сомневался. Теперь, наоборот, уверен, что должен рассказать тебе. Не знаю, вроде и бальзамом мне на сердце твой рассказ, скрывать не буду, но не к добру все это. Было похожее уже. Только далеко отсюда.

– И ты там был, – осенило Виктора. – Вот откуда ты все это знаешь.

– Ага, – кивнул рыбак. – И здесь узнаю́ признаки той Зоны.

– Ты про Чернобыльскую? – оторопев от аналогии с известной зоной отчуждения, спросил майор.

– Именно, – воодушевленно улыбнулся старик и вмиг погрустнел. – Только схлопнулась она в одночасье. Была – и нет. Словно надоедливого жучка враз прихлопнули. А теперь вот здесь похожее начинается.

– Так ты сталкерил? – изумленно спросил Каратаев, все больше проникаясь симпатией к старику.

Дед вздохнул и мечтательно улыбнулся:

– А Рыбак – прозвище мое.

– Я думал, ты – рыбак, потому что…

– И это тоже, – ухмыльнулся дед. – Но это уже потом, в большом мире. А в Зоне я – Рыбак, с большой буквы, едрить-мадрить, – рассмеялся старик столь удачно высказанной параллели. – А у тебя вот есть прозвище?

– Позывной, что ли?

– Да нет, – отмахнулся хозяин дома. – То, что ты из вояк, я сразу понял. Прозвище, – повторил дед. – В школе, может, как обзывали?

Виктор задумался, пытаясь вспомнить, и пожал плечами:

– Ну, Каратаем и звали.

– Каратаем? – насупился Рыбак. – Странное прозвище.

– По фамилии прозвали, всем по фамилии клички в детстве давали.

– Не. Не пойдет, – сказал старик и задумался. – Знаешь, в той Зоне ведь ни имя, ни фамилию свою никто и не говорил тогда, оставляли их здесь, вместе с прошлой жизнью. Там прозвище говорило все за человека – кто он такой и чего сто́ит. Заслужить его надо было. А имя – это так: родители обозвали грудное дитя, ничего в жизни не смыслящее, и живи потом с ним до смерти, подходит оно тебе или нет. Поэтому имени-то не спросил твоего, да и своего не сказал.

А ведь действительно, старик не только не назвал своего, но до сих пор даже не поинтересовался, как зовут гостя.

– Виктор я, – пробормотал майор. – Это я так, для справки. И долго ты по той Зоне ходил?

– Достаточно, – язвительно сказал старик, – чтоб не замечать здесь твоей радиации. Я ведь тоже порывался сходить к тому карьеру, о котором ты рассказал, – вдруг выпалил Рыбак. – Только что-то не пустило меня туда.

– Что не пустило? – изумился майор.

– Не знаю точно, – ответил старик. – Но я остро ощутил, что дальше мне идти не позволят.

Виктор вспомнил опять про странное существо, обладающее неизвестными способностями и даром предсказания. Может, оно помешало Рыбаку? А потом вдруг встрепенулся и полез в карман.

– Вот же еще, – сказал он, выкладывая из кармана на стол сиреневый минерал, – нашел в карьере возле пещеры.

Рыбак сгрудил седые брови и внимательно рассматривал лежащий перед ним кристалл, предусмотрительно не притрагиваясь к неизвестному прозрачному камушку:

– Никогда прежде такой не видел. И что в нем особенного, кроме красивого вида?

Виктор рассказал о выявленном свойстве минерала нейтрализовать радиацию. Рыбак удивленно поднял глаза, аккуратно взял камень со стола и задумчиво повертел в руке.

– Хорош, – резюмировал старик. – От какого уровня радиации он защищает?

– Сложно сказать, – произнес майор, – но при четырех микрозивертах он обнулял ее полностью. Да и после второго импульса, когда до одиннадцати значение подскочило, у меня не обнаружили никаких следов радиации.

– Добротный артефакт, – не скрывая уважения к минералу, восхищался Рыбак. – На бриллиант похож. На сколько ж каратов