Империя Розы: сначала спасём вас, потом уже поработим - Тим Темный

Торчвик медленно пришел в себя. Он судорожно дернул плечами, скривившись от боли в обожженной правой кисти, и часто заморгал, пытаясь сфокусировать мутный взгляд на окружающем пространстве.

— Какая… отвратительная вентиляция, — прохрипел он, сплевывая на пол сгусток вязкой слюны с металлическим привкусом. — Если вы собирались сдать меня инспекторам из департамента полиции, то явно свернули не в тот переулок, девочки. Местные камеры предварительного заключения выглядят куда более презентабельно.

В десяти шагах от него стояла Пенни Полендина. Андроид замерла в строевой стойке «вольно», держа руки за спиной. Ее оптические сенсоры ровно светились изумрудным светом, непрерывно фиксируя пульс, давление и микросокращения мимических мышц допрашиваемого с выводом телеметрии на мой закрытый терминал.

Вайсс и Янг контролировали внешний гермозатвор коллектора. Блейк сидела на ящике с боеприпасами в тени несущей колонны, сжимая в руках клинок «Гэмбол Шрауд» и не спуская с вора тяжелого, немигающего взгляда.

Я сделала три неспешных шага вперед, выйдя из сумрака в круг белого света.

На мне не было капюшона. Мое лицо было абсолютно открыто. Ни тени эмоций, ни малейшего признака детской бравады или гнева — лишь расчетливая, хирургическая сосредоточенность.

— Полиция Вейла не получит тебя, Роман, — мой голос прозвучал тихо, но акустика бетонного бункера придала ему плотный, давящий объем. — Официально ты утонул в заливе во время крушения прототипа боевого меха. Твои боевики из «Белого Клыка» уже дают эти показания патрулям береговой охраны. Для внешнего мира тебя больше не существует.

Торчвик нервно дернул уголком рта, пытаясь натянуть привычную маску циничного превосходства:

— О как. Значит, меня ждёт твой суд? Пятнадцатилетняя звезда Академии Бикон решила поиграть в тайного инквизитора? И что дальше, Красная Шапочка? Будешь пытать меня своей гигантской садовой косой? Разочарую: парни из синдиката «Паук» в Нижнем Вейле ломали мне пальцы дверными косяками еще до того, как ты научилась завязывать шнурки. Меня не испугать школьными страшилками.

— Физическая боль — инструмент дикарей, не умеющих ценить время, — спокойно ответила я.

Я подошла к нему вплотную и подняла правую руку.

Кончики моих пальцев в черной перчатке мягко коснулись его висков.

Торчвик попытался отшатнуться, но невидимый телекинетический захват мгновенно зафиксировал его череп, заставив шею одеревенеть.

*Вдох. Погружение.*

Я не стала выбивать признания угрозами. Я применила ситхскую технику прямого зондирования разума — ментальное препарирование, взламывающее синаптические связи без учета сопротивления жертвы.

Мое сознание ворвалось в его память тяжелым клином концентрированной Тьмы.

Торчвик захлебнулся собственным криком. Его тело выгнулось дугой, вены на шее вздулись до предела, а зрачки сузились в крошечные точки. Все его криминальные блоки, психологические барьеры и воровские уловки сминались, словно тонкая жестяная банка под гусеницей танка.

Перед моим мысленным взором за долю секунды развернулись терабайты его зрительных и слуховых воспоминаний за последние шесть месяцев:

**Логистическая сеть:** Схемы подпольных туннелей заброшенного шахтерского сектора «Гора Гленн», ведущих прямо под фундамент жилых кварталов Вейла. Именно туда боевики «Белого Клыка» свозили сотни тонн украденного Праха, готовя грандиозную детонацию, способную обрушить центральные магистрали города и впустить стаи Гримм сквозь разломы.

**Иерархия ячеек:** Имя лейтенанта «Белого Клыка» — массивного фавна с бензопилой, контролирующего перевалочные пункты в промзоне.

**Конечный заказчик:** Образ высокой женщины с хищными янтарными глазами, в облегающем темно-красном платье с золотыми рунами из Праха Огня, пахнущей пеплом и расплавленным стеклом. Ее имя в памяти Торчвика отдавалось паническим, животным ужасом.

*Синдер Фолл.*

И главное — детали ее генерального плана на предстоящий Фестиваль Вайтла.

Торчвик был лишь расходным материалом, приманкой для отвлечения внимания Озпина и городской стражи. Истинная цель Синдер находилась не на складах в доках.

Она готовила проникновение в закрытые архивы Башни Трансляции, чтобы внедрить специализированный вирус прямо в программное ядро кросс-континентальной сети «Амити». Вирус должен был перехватить управление всей армейской техникой Атласа во время показательных боев на турнире, стравить Королевства между собой через прямую трансляцию паники и обрушить мировой индекс стабильности, вызвав колоссальный всплеск негативных эмоций для привлечения древних левиафанов Гримм.

Но на самом дне воспоминаний Торчвика лежал еще один фрагмент.

Разговор в темной комнате особняка на окраине города, состоявшийся две недели назад. Голос Синдер, обращающийся к двум ее подручным — иллюзионистке Ниополитан и наемнику Меркьюри Блэку:

— «…Старик Озпин держит главную реликвию под школой. Но ключ к ее хранилищу — не в его кабинете. Дева Осени еще дышит в подземном бункере под амфитеатром. Ее силы разделены, но когда начнется турнир, мы заберем оставшуюся половину. И тогда стены Бикона падут первыми».

*«Дева Осени. Хранилище под Академией. Древняя магия первородных стихий, которую Озпин прячет в тайном бункере»*.

Я резко разорвала ментальный контакт и отступила на шаг.

Торчвик без сил обмяк на стуле, тяжело и хрипло хватая ртом воздух. По его подбородку текла тонкая струйка слюны, а глаза смотрели в пол с выражением абсолютной опустошенности. Человек, считавший себя гениальным кукловодом преступного мира, осознал, что все его тайны были вывернуты наизнанку за несколько секунд.

— Ты… ты чудовище… — прохрипел он, не поднимая головы. — Она сожжет тебя заживо… Она сожжет весь этот чертов город дотла…

— Синдер Фолл сгорит сама, когда придет время, — холодно ответила я, вытирая пальцы платком.

Я повернулась к Блейк.

— Блейк, — мой голос заставил ее вздрогнуть. — Твои сородичи из «Белого Клыка» заложили тонны Праха в подземных коллекторах Горы Гленн. Они намерены взорвать перекрытия и пустить Гримм на гражданские кварталы нижнего города, чтобы стереть людей с лица земли.

Лицо Белладонны побелело до цвета мела:

— Нет… Это безумие! Адам не мог пойти на такое… Там же живут тысячи невинных, в том числе семьи фавнов в трущобах!

— Таурус давно перестал считать жертвы, — отрезала я. — Для него вы все — лишь топливо для его больной войны. Но мы не позволим этому случиться. Мы используем их склады для вооружения наших собственных резервов.

Я повернулась к Пенни:

— Объект Торчвик переходит под твой круглосуточный надзор. Запереть его