Чужая душа — товар штучный - Zutae

— Что, маг, амулет заинтересовал? Хочешь такой же?

— Просто смотрю, — осторожно ответил Алексей, останавливаясь на безопасном расстоянии.

— Смотри, — оборотень усмехнулся, поглаживая амулет. — Это коготь моего деда. Он был вожаком стаи, пока люди не убили его. Теперь он со мной. Силу даёт и память о нём.

— Помогает?

— Помогает не забывать, кто я есть. — Варг сплюнул на плиты. — А ты чего шляешься? Экзамен завтра, а ты по коридорам шастаешь, вместо того чтобы зубрить.

— Готовлюсь, — Алексей пожал плечами. — Книги читаю, тренируюсь. Сегодня последний день перед экзаменом, надо размяться.

— Книги, — оборотень хмыкнул. — Много ваши книги стоят, когда волки приходят. Я вот читать не умею, а живу.

— Наверное, поэтому и живёшь, что читать не умеешь, — раздался насмешливый голос сзади.

Алексей обернулся. К ним подходил Лаэртэль — эльф с острыми ушами и плавными, почти танцующими движениями. Одет он был в изумрудный плащ, а на поясе висел тонкий кинжал, украшенный самоцветами.

— Лаэртэль, — процедил Варг, и его глаза на миг вспыхнули жёлтым. — Не лезь, эльф. Не твоего ума дело.

— Не лезу, — эльф улыбнулся холодно, но в улыбке не было тепла. — Просто мимо шёл. А ты, Девятый, — он перевёл взгляд на Алексея, и тот почувствовал лёгкое ментальное касание, — молодец, что учишься. Книги — это хорошо. Но на экзамене покажи практику. Теория у нас у всех есть, а вот огонь зажечь может не всякий.

— Покажу, — пообещал Алексей, незаметно ставя ментальный блок. — Постараюсь.

— Ну-ну, — эльф кивнул и пошёл дальше, даже не взглянув на Варга, словно того не существовало.

Оборотень проводил его взглядом и сплюнул на плиты:

— Эльфы... все такие. Думают, что они лучше всех, потому что уши длинные.

— А ты что думаешь? — спросил Алексей, провожая Лаэртэля взглядом.

— Я думаю, что на войне все равны. — Варг развернулся и пошёл в другую сторону, бросив через плечо: — Удачи на экзамене, раб. Пригодится. Может, увидимся на севере.

Алексей остался один. Он посмотрел на водяные часы у входа в главный корпус — до платного урока у Карима оставалось полчаса. Можно было не спешить.

Он пошёл через внутренний двор, обходя лужи и камни, и думал о том, как по-разному устроены люди и нелюди. Каждый со своими тараканами, каждый со своей правдой. Джинны, эльфы, оборотни, люди — все они здесь, в этой академии, пытаются выжить, готовятся к войне, и каждый по-своему прав.

А мне повезло, — подумал он. — Атлантская кровь дала мне гибкость, а ментальные тренировки с Рашидом открыли память. Теперь я запоминаю всё: каждое движение, каждую ошибку, каждое заклинание. Осталось только не растерять это на экзамене.

Он свернул к полигону, где через полчаса должна была начаться его последняя платная тренировка перед экзаменом.

Полигон был уже полон.

Человек десять учеников разминались в тени навеса, обсуждая предстоящий экзамен. Кто-то отрабатывал заклинания на манекенах, выжигая на них руны, кто-то просто сидел на скамьях, перелистывая конспекты и нервно кусая губы.

— Девятый! — крикнул кто-то из знакомых. — Иди к нам, тут обсуждают, какие вопросы могут быть!

Алексей махнул рукой, но подходить не стал. У него были свои планы, и обсуждение с такими же нервными учениками могло только сбить настрой.

Инструктор Гаданфар аль-Хадид, маг четвёртого ранга, уже ждал его у дальнего щита. Он сидел на низкой скамье, попивая чай из медной кружки, и лениво наблюдал за учениками, но в его глазах читалась привычная внимательность.

— Явился, — кивнул он, увидев Алексея. — Садись, чай будешь? Последний перед экзаменом.

— Не откажусь.

Гаданфар плеснул из чайника в пиалу. Чай был обжигающе горячий, с мятой и чем-то терпким — может, чабрецом, может, ещё какой травой, бодрящей и проясняющей мысли.

— Завтра экзамен, — сказал Гаданфар, не глядя на Алексея, а глядя куда-то в сторону полигона. — Волнуешься?

— Волнуюсь.

— Правильно. Кто не волнуется, тот или глуп, или мёртв. — Гаданфар отхлебнул чай, обжигаясь, но не подавая вида. — Давай, показывай, что умеешь. Я должен знать, на что ты способен, чтобы сказать, готов ты или нет.

Алексей поставил пиалу, вышел на середину площадки, прикрыл глаза, сосредоточился.

Иллюзии.

Рядом с ним возник двойник. Не мутный силуэт, как месяц назад, а почти точная копия — черты лица, одежда, даже тень, даже лёгкое мерцание ауры. Двойник простоял шесть секунд, потом растаял, не оставив следа.

— Неплохо, — сказал Карим. — Очень даже неплохо. Дальше.

Алексей выдохнул, поднял руку. В ладони вспыхнул огненный сгусток. Он покрутил его, меняя размер от горошины до кулака, поиграл цветом — от красного до синего. Потом резким движением отправил в стоящий в стороне щит. Сгусток врезался в дерево, оставив чёрное, дымящееся пятно с оплавленными краями.

Воздушный толчок он сделал почти без подготовки — просто махнул рукой, и Гаданфар, сидевшего в десяти шагах, ощутимо качнуло назад, едва не сбив с лавки.

— Осторожнее, — проворчал Гаданфар, поправляя сползшую чалму. — Я же не враг, чуть с лавки не слетел.

— Извините, — улыбнулся Алексей.

— Ничего. Продолжай.

Огненная стрела вырвалась из пальцев, пробила щит насквозь и ушла в небо, оставив за собой шлейф искр. Алексей пошатнулся — стрела сожрала много маны, но он устоял.

— На экзамене так не рискуй, — посоветовал Гаданфар, одобрительно кивая. — Покажи то, в чём уверен на все сто. Магистры любят стабильность, а не выпендрёж.

Ментальный блок. Гаданфар попытался ментально «ткнуть» Алексея и наткнулся на глухую стену, от которой его мысль отскочила, как мяч.

— О! — удивился он, и в его глазах мелькнуло уважение. — А это хорошо. Второй ранг не пробьёт точно. Третий — пока не знаю, но прогресс огромный. Кто тебя учил?

— Рашид. И ещё дед Умар немного.

— Передай обоим, что они молодцы. — Гаданфар кивнул. — Дальше.

Руны. Ослепление, Страх, Тишина — Алексей выплёскивал их одну за другой, почти не глядя, на автомате. Руки уже запомнили движения на уровне рефлексов, и каждое заклинание ложилось точно в цель — в чучело, стоящее