Искатель 19 - Сергей Шиленко

Но всё это великолепие меркло по сравнению с крыльями. Распахнутые за спиной, они закруглялись сверху и изящно сужались к основанию, настоящий шедевр безумного художника, смешавшего все оттенки в невероятные гипнотические узоры. Они казались настолько полупрозрачными в лучах пробивающегося сквозь листву света, что было непонятно, как они вообще способны выдержать её вес.

— Какой красавец! — тихо выдохнула Лили, стоящая рядом со мной, в её глазах блестели слёзы умиления. — Он такой же очаровательный, как Пётр и Розалина! Какой прелестный малыш!

Я вздрогнул, вынырнув из оцепенения, и наконец перевёл взгляд на сына. На вид месяцев десять, и он действительно был прекрасен. Унаследовав золотисто-карамельную кожу, он всё же отличался от своей матери. Если в Энелии горели тёплые цвета утренней зари, то волосы, глаза и крошечные крылышки малыша переливались бархатными оттенками багрового и фиолетового заката. Он прижимался к материнской груди и смотрел на нас огромными блестящими глазами, полными живого любопытства.

— Нолан, — просияла Энелия, и голос её зазвенел чисто и радостно. — Благословленный самой Серафией, — она нежно провела пальцем по пухлой щёчке младенца. — Наш сын.

Я сделал шаг вперёд, горло перехватило. Осторожно обняв Энелию за плечи, вдохнул её пьянящий аромат, концентрат мёда, мускуса и летних цветов, и, наклонившись, поцеловал Нолана в тёплую макушку.

— Он идеален, — хрипло произнёс я, не в силах оторвать от малыша глаз.

— Разумеется, ведь это мы его создали, — Энелия подняла на меня сияющий взгляд. Её пухлые губы соблазнительно приоткрылись, притягивая, как магнит.

Я не стал сопротивляться своему желанию, наклонился и мягко поцеловал её, на мгновение почувствовав податливость влажных губ и жар дыхания, от которого по спине пробежала приятная дрожь.

— Рад снова видеть тебя, Энелия, — тихо сказал я, нехотя отстраняясь. — И счастлив наконец-то познакомиться с нашим сыном.

— Хочешь подержать его? — девушка-бабочка чуть отстранила Нолана от себя, протягивая его мне.

Я взял сына так осторожно, словно принимал из её рук величайший, но самый хрупкий артефакт в этом мире. Осторожно перехватив малыша, прижал его к груди.

— Привет, — пробормотал я, и губы сами собой расплылись в глупой улыбке.

Нолан насторожённо моргнул, разглядывая моё лицо и явно соображая, что это за огромный незнакомый мужик вдруг взял его на руки.

— Привет, боец, — добавил ещё мягче. — Меня зовут Артём, и я твой папа.

Пока нянчился с сыном, Лили и Корё подошли ближе, заворожённо разглядывая младенца.

Пора было брать инициативу в свои руки и знакомить девочек.

— Энелия, познакомься, это Лили, моя жена, а это Кору, моя спутница и соратница.

Девушка-бабочка просияла, глядя на мою куниду.

— Ты так прекрасна! — искренне восхитилась она, потянувшись и легонько коснувшись серебристых волос Лили. — Серафия щедро благословила тебя.

Затем её взгляд переместился на Кору. Энелия чуть склонила голову набок, её антенны мелко дрогнули.

— А ты… — она слегка нахмурилась, словно прислушиваясь к скрытым магическим потокам. — На тебе иллюзия.

Я внутренне подобрался. Система «свой-чужой» в этом мире работала по своим жёстким правилам, и я не знал, как мирные фарфала отреагируют на орка.

Глава 13

Шагнув ближе, понизил голос, чтобы нас не услышали посторонние:

— Кору — красный орк. Мы не хотели вызывать панику среди местных. Сама понимаешь, какая репутация у её сородичей.

К моему огромному облегчению на лице Энелии отразилось лишь лёгкое удивление, но ни капли страха или отторжения.

— У Карлотты при вашем знакомстве не возникло с этим проблем, к тому же она твоя подруга, — спокойно произнесла она. — Я доверяю тебе, Артём, и ей здесь рады такой, какая она есть на самом деле.

Кору неуверенно переступила с ноги на ногу, ей явно надоело скрываться под чужой личиной. Она тяжело вздохнула, открыла интерфейс и деактивировала кольцо. Воздух вокруг неё пошел рябью, иллюзия осыпалась искрами.

Раздались испуганные ахи, женщины фарфала рефлекторно отшатнулись от нас. Кору стала выше почти на полметра, нависнув над хрупкими бабочками мощной, литой фигурой воительницы. Её алая кожа ярко контрастировала с нежной зеленью Древа.

Я на всякий случай перенёс вес на носки, готовый гасить панику в зародыше, если кто-то начнёт кричать, но паники не случилось.

— Какая потрясающая кожа! — с искренним восторгом произнесла одна из женщин фарфала, стоявшая неподалёку. — Я никогда не видела у орков такой красивый насыщенный цвет.

Кору, явно не ожидавшая комплимента, смущённо кашлянула и провела массивными пальцами по своему красному предплечью.

— Спасибо. В моём племени это тоже считалось редкостью и признаком силы.

Внезапно над нашими головами раздался шум рассекаемого крыльями воздуха, и белоснежная фигура рухнула сверху чуть ли нам не на головы, затормозив в самое последнее мгновение.

— О, супер, ты их нашла! — жизнерадостно прочирикала Карлотта, складывая крылья. — И даже быстрее меня, хотя летать вообще-то умею я!

Энелия плавно склонила голову в поклоне.

— Приветствую посланницу Ангела, — произнесла она. — Рада снова видеть тебя.

Карлотта звонко хлопнула себя по лбу миниатюрной ладошкой.

— Ой, ну точно! Энелия, сестра Леона, самая красивая из всех бабочек! Это же тебя я должна была искать! И как я могла забыть⁈

Я скептически выгнул бровь, разглядывая это пернатое недоразумение.

— Серьёзно? Ты забыла имя сестры своего друга, которую искала?

Женщины фарфала вокруг нас лишь по-доброму заулыбались.

— Карлотта слишком… скажем так, энергичная и немного легкомысленная, — рассмеялась Энелия. — Она ведь гарпия, и единственное в этом мире, что движется быстрее её крыльев, это её язычок.

— Вот именно поэтому Ангел Красоты и назначила меня главной встречающей! — ничуть не смутившись, гордо выдала Карлотта, забавно выпятив грудь. — Ну и ещё потому, что я ослепительно-прекрасна, конечно же!

— И такая скромная! — не удержался я от сарказма.

Впрочем, хвасталась она не зря, хрупкая и юркая, Карлотта вполне могла соперничать в привлекательности с самой Энелией.

— Да, я скромность во плоти! — радостно подхватила гарпия. — А ещё очень дружелюбная, и обожаю свою работу.

Леон, стоявший всё это время чуть в стороне, тихо усмехнулся.

— Да ей просто нравиться встречать новых девчонок, чтобы первой с ними пообниматься.

— Звучит так, будто это что-то плохое, — Карлотта