Мэри Лонгшир - дочь магната. - Эва Гринерс

Он вздохнул.

- Я надеялся, что время... - он развёл руками. - Что мы встретимся, и всё вернётся.

Вы так любили... И я. Хотя вы и не верите мне больше, но это так. Мы могли бы быть счастливы, Мэри. Если бы вы только смогли простить меня. Я надеялся, что лорд Реджинальд повлияет на вас - вы ведь послушная дочь, а теперь…

Я посмотрела на него внимательно.

- Роберт, - сказала я мягко, - вы можете остаться в этом доме.

Он поднял голову. Глаза были покрасневшими. Наверное, он в самом деле испытывал к Мэри искренние чувства. Что, однако, не мешало ему крутить романы с другими женщинами. Это здорово упрощало мне задачу сейчас.

- Вы гость. Вы проститесь с Реджинальдом. И будете здесь столько, сколько сочтёте нужным в ближайшие дни.

Он сделал шаг вперёд, потянув мне руку - и замер, уловив интонацию.

- А потом? - спросил он.

Я не стала тянуть.

- Потом наши пути расходятся навсегда.

Он побледнел.

- Вы… вы это серьёзно?

- Абсолютно.

- Но... - он запнулся. - Мы же... Мэри, мы можем всё исправить. Начать сначала.

- Нет, - перебила я всё так же спокойно.

Между нами повисло молчание. Я не отводила взгляда.

- Это моё окончательное решение.

Роберт медленно кивнул.

Он был обескуражен.

А я поняла, что именно моё “безвыходное” положение убедило его в том, что примирение неминуемо и состоится. Достаточно лишь сказать "простите" и сделать покаянный вид. К тому же, откуда ему было знать, что Аглае Машинистовой мужской шовинизм претил до глубины души, даже больше, чем банальная измена.

Вечером в мою спальню ворвалась тётя Шарлотта. Очевидно, Роберт уже поделился с ней подробностями нашего разговора. Она носилась по комнате, как ураган, с горящими глазами, заламывая руки.

- Мэри! - выкрикивала она, почти задыхаясь, - как ты можешь? Семья Лонгширов в таком положении: суды, скандалы, Каролина... а ты... а ты... Да ты должна быть благодарна нашему дорогому Роберту, что он берёт тебя замуж со всеми этими проблемами! Руки целовать, рук...

Я села на край кровати, наблюдая за ней. Наконец, она задохнулась на полуслове и встала напротив меня, уверенная, что крыть мне нечем.

- Дорогая тётушка, - сказала я ровно, и даже с тенью улыбки, - Если вы считаете, что за «решение проблем» нужно перестать себя уважать и продать себя тому, кто охотно покупает... - я слегка наклонила голову, как бы изучая её реакцию, - вы вправе предложить себя этому прекраснейшему, благороднейшему молодому человеку. Можете целовать ему что угодно - руки, ноги и так далее.

Она открыла рот, чтобы что-то возразить, но я ещё не закончила:

- А мне позвольте поступать так, как я считаю нужным. Шарлотта дернулась, будто хотела выкрикнуть что-то ещё, но сжала губы. Она таращилась на меня, и я чувствовала, как она ищет доводы, чтобы продолжить спор, но, видимо, поостереглась.

- Ну... что ж, - выдавила она наконец, - Как скажешь, Мэри. Конечно, решать тебе.

Я кивнула ей, улыбнувшись почти дружелюбно, и позволила себе лёгкий вздох:

- Конечно, тетушка. Добрых снов.

Она отошла к двери, медленно, осторожно, оглядываясь на меня, как бы проверяя, не собираюсь ли я помочь ей найти выход. Шарлотта тихонько закрыла за собой дверь и я осталась одна. Эта сцена оставила меня почти равнодушной и я безо всяких эмоций легла спать.

Глава 21.

Следующие два дня прошли под знаком подчеркнутой вежливости и восстановления “‘пролюбленного” доверия.

Роберт старался быть полезным. Настойчиво, последовательно, почти образцово.

Он вставал рано, пил со мной кофе, спускался к завтраку вместе со всеми, интересовался делами поместья, подолгу беседовал с управляющим, просил показать бухгалтерские книги, аккуратно, без нажима, предлагал варианты решений.

- Я не вмешиваюсь, - говорил он мягко, перелистывая бумаги. - Просто хочу понимать масштаб. Если потребуется поддержка - финансовая или юридическая – я готов.

Он произносил это спокойно, ни капли не сомневаясь, что я покапризничаю и сдамся. И именно это меня раздражало больше всего. Не сам факт помощи – тон.

Я благодарила. Коротко. Корректно. Без единого лишнего градуса тепла.

Стоило мне чуть задержать на нём взгляд, чуть мягче ответить, чем требуется по протоколу, он воспринимал это как сигнал. Его плечи расправлялись, голос становился увереннее, в нём появлялась та самая интонация человека, который уверен, что всё ещё имеет право.

Я это видела. И потому держала дистанцию.

Он играл с Фредом в саду - очень увлечённо. Учтиво целовал руку тёте Шарлотте -подчёркнуто почтительно. Терпеливо выслушивал Грету - слишком внимательно.

Даже с Бэрнсом он держался так, будто уже часть этого дома.

И дом, предатель, отзывался. Семья тянулась к нему. Он казался таким милым и лёгким. Он умел нравиться и легко входил в доверие.

Я понимала, почему Мэри потеряла голову, но знала: стоит мне допустить малейшую слабость - он не отпустит. Он решит, что всё ещё можно вернуть. Что достаточно немного времени, немного настойчивости, немного благородства – и я сдамся.

А я не собиралась сдаваться.

Вечером второго дня, когда мы остались одни в гостиной, он заговорил осторожнее, чем прежде.

- Мэри... - он сделал паузу, будто выбирал безопасную траекторию. - Я понимаю, что сейчас не время для личных разговоров. Но мы не можем вечно ходить вокруг да около.

Я подняла глаза от книги.

Вокруг чего именно, Роберт?

Он слегка улыбнулся - устало, без прежней самоуверенности

- Вокруг нас.

Я молчала. Он продолжил:

- Я вижу, что ты держишь меня на расстоянии. И, возможно, заслуженно. Но я приехал не только для того, чтобы помочь с делами. Я приехал, ещё и потому что…

- Я вижу, что ты держишь меня на расстоянии. И, возможно, заслуженно. Но я приехал не только для того, чтобы помочь с делами. Я приехал, ещё и потому что…

- он вдохнул глубже. - всё ещё считаю себя ответственным за тебя.

Вот оно. Слово «ответственным». Не «любящим». Не «желающим быть рядом».

Ответственным.

Ответственным? - переспросила я ровно.

- Да. Ты знаешь, что я могу всё уладить. Суд, долги, давление акционеров. Это вопрос времени и ресурсов. И мне кажется... - он замялся, - что нам было бы проще действовать вместе.

Вместе. Он аккуратно подвёл к главному.

Я закрыла