Мэри Лонгшир - дочь магната. - Эва Гринерс

- Роберт, - произнесла я спокойно, - если вы хотите помочь - помогайте. В рамках гостеприимства и приличий. Но не связывайте это с нами.

Он нахмурился.

- Ты действительно хочешь пройти через всё это одна?

- Я не одна.

Он понял, что речь не о людях в доме. И это его задело.

- Ты ведь знаешь, что я предлагал не только помощь. Я готов взять на себя всё.

Включая формальности. Если потребуется.

Формальности.

Фиктивный брак. Союз ради спасения фамилии. Респектабельная сделка.

Я уже думала об этом. В первый день - мельком. Чисто рационально. Если бы он был просто инструментом решения проблем. Если бы между нами не было прошлого. Если бы он не смотрел на меня так, словно ждет возвращения.

Но именно поэтому - нет.

Стоит мне согласиться на формальность - он превратит её в шанс. А шанс требование. А требование - в право.

- Нет, Роберт, - сказала я тихо, но твёрдо. - Я не намерена превращать брак в бухгалтерскую операцию. Ни фиктивную, ни настоящую.

Он побледнел едва заметно.

- Значит, всё окончательно?

Я выдержала его взгляд.

- Да.

В комнате стало тихо. Только часы на камине отбивали секунды - размеренно, безжалостно.

Он кивнул, медленно.

- Тогда позволь хотя бы быть полезным. Без условий.

- В качестве гостя, - в который раз уточнила я.

Он сжал губы, но кивнул снова.

- В качестве гостя.

И в этот момент я окончательно закрыла для себя вопрос о браке с ним - любом. Ни ради удобства, ни ради спасения фамилии, ни даже (!!) ради спокойствия тёти Шарлотты.

В дверь постучали.

Войдите.

На пороге появился Сэнд Джон с папкой в руках, поздоровался коротко. Без лишних поклонов, без вступлений. Он уже давно понял: я ценю содержание, а не форму.

Я подняла ладонь, останавливая Роберта на полуслове.

- Продолжим позже.

Сэнд Джон прошёл к столу, раскрыл папку.

Свечной завод.

Он не смотрел на Роберта. Доклад был адресован мне.

- После перехода на прямые закупки воска у кентских хозяйств себестоимость снизилась на двенадцать процентов. Посредников исключили полностью.

Контракты подписаны на полгода вперёд с фиксированной ценой.

Я кивнула.

- Производство декоративных свечей остановлено. Складские — остатки распродаются через приходские лавки с дисконтом. Основной объём теперь -хозяйственные и корабельные партии. Оборот быстрее, хранение минимальное.

- Итог? - спросила я.

- Завод покрывает собственные издержки. Мы ещё не в чистой прибыли, но отрицательного баланса больше нет.

В кабинете повисла короткая тишина.

Роберт оторвался от окна.

- Покрывает издержки... - повторил он, будто оценивая формулировку.

Я не дала ему развить мысль.

- Дальше.

- Мукомольный завод на восточном участке. Пересмотрены договоры аренды.

Отсрочки платежей отменены. Просрочки за два месяца погашены полностью. Мы отказались от дальних перевозок - работаем в пределах графства. Транспортные расходы сократились на треть.

- Увидим, - спокойно ответила я.

- Земельные участки. Часть простаивающих земель сданы в долгосрочную аренду с обязательством мелиорации за счёт арендаторов. Неперспективные участки реализованы малыми лотами. Денежный поток стабилизирован.

Он закрыл папку.

- Впервые за два года мы можем строить квартальный прогноз без чрезвычайных займов.

Я позволила себе лёгкую улыбку.

- Сэнд Джон, мне нравится, как мы с вами выстраиваем систему. Четко, без лишней суеты. Продолжайте в том же духе. Я очень вами довольна.

Он едва заметно улыбнулся в ответ.

- Благодарю, миледи.

Я видела краем глаза, как Роберт смотрит то на него, то на меня. В его взгляде читалось нечто среднее между удивлением и... раздражением. Он явно не ожидал увидеть меня в роли делового человека. К тому же, делающего успехи и грамотные финансовые шаги.

- Кроме того, - добавил Сэнд Джон, - я договорился о предварительной встрече в суде. Переговоры с адвокатом мисс Вэнс назначены на послезавтра.

- Хорошо. Я надеюсь, на данном этапе моё присутствие не требуется?

- Нет леди Мэри. Я выслушаю их позицию и изложу вам суть без лишних подробностей.

- Прекрасно. И уточните, пожалуйста, точную дату прибытия тела сэра Реджинальда. Мне нужна точная дата.

Разумеется.

Он поклонился и вышел.

Дверь закрылась.

Я медленно сложила руки на столе.

Роберт сделал шаг ко мне.

- Ты впечатляешь, - произнёс он после паузы. - Я не знал, что дела уже настолько структурированы.

- Они ещё не структурированы, - спокойно ответила я. - Просто приводятся в порядок. Пока что мы занимаемся исправлением самых грубых ошибок.

Он посмотрел на меня внимательно, почти изучающе.

- Ты не говорила, что настолько сама этим занимаешься.

Я подняла бровь.

- Ты не спрашивал.

Он тихо выдохнул.

- Я хотел помочь.

«И до сих пор хочешь перехватить инициативу», - подумала я.

Вслух же сказала ровно:

- Помощь бывает разной, Роберт. Иногда она выражается в том, чтобы не мешать отлаженному процессу.

Его губы дрогнули. Он явно не привык к тому, чтобы его ставили в позицию наблюдателя.

Я перевела взгляд на бумаги.

Про себя я думала: скорее бы уже прибыло тело. Скорее бы мы провели похороны.

Закрыли этот страшный, тягучий этап. И тогда у меня появится законный повод попрощаться с Робертом - без скандала, без лишних объяснений.

Его присутствие начинало тяготить меня не на шутку.

Глава 22.

Записку от Джона Бланта принесли ранним утром, когда я разбирала бумаги в кабинете. Он сообщал, что со вчерашнего дня в городе. Просит позволения увидеться.

Я перечитала дважды - не потому, что не поняла смысл, а потому что позволила себе лишнюю секунду слабости. А затем быстро написала ответ, назначая встречу на сегодняшний вечер. Лицо старалась держать непроницаемым - Роберт, как обычно, отирался рядом - в данный момент листал что-то у книжного шкафа. Но пальцы мои, складывая записку, всё же дрогнули.

Однако, с Джоном увидеться мы не успели - тело Реджинальда доставили раньше.

Может, потому что я ждала этого так напряженно, но звуки доложили мне об этом прежде, чем вошел Бэрнс - скрип колёс автомобиля, суета и повышенные голоса слуг в холле. Я встала прежде, чем ко мне постучали:

- Леди Мэри... - голос дворецкого был особенно ровным. - Прибыли.

Вот и всё. Я кивнула и вышла

Во дворе стояла тёмная машина. Лак блестел холодно. Двое мужчин в чёрном уже открывали задние дверцы. Движения точные, отработанные, без суеты.

Я подошла ближе.

Фред стоял на ступенях. Спина прямая. Подбородок