Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко

— Мы не сталкивались со слугами Сумрака, очищенными или загрязнёнными. Они могут держать дистанцию, ибо сомневаются в наших добрых намерениях.

Или же Альхирет мог избавиться от них в первую очередь, чтобы те не попытались внезапно помешать его планам. Об этом варианте Галахад тактично промолчал, но все прекрасно его представляли. По крайней мере, души ключевых слуг обычно накрепко привязаны к вечному замку, всерьёз их искалечить — задача нетривиальная. Альхирет хитёр на выдумку, но он торопился, следовательно, вряд ли заморочился слишком уж сильно.

В любом случае, проверить стоило. И если уж хоть сколько присматривать за Пенелопой в Сумраке, то присматривать лично, пока есть такая возможность.

— Вы готовы к походу, Нелли?

— Готова как никогда, Вик. А прекрасный рыцарь отправится с нами?

Я еле удержался от незаслуженной Галахадом усмешки. Пенелопа не видела его без шлема, а галантный великан в самом деле излучал мощнейшее обаяние одним своим видом. Губа, как говорится, не дура.

Мой авалонский брат отвесил ей лёгкий поклон, чем заставил девушку слегка зардеться.

— Не в первую очередь, леди Пенелопа. Сейчас вы занимаете моё место в очереди подкреплений, так что в случае тишины я выдвинусь за вами не позже трёх часов спустя. Но с появлением лорда Виктора дела должны наладиться весьма скоро.

Хотел бы я верить в себя так, как верят мои союзники.

Главное, для чего Рудольф собирал в трапезной столько мастеров Полуночи — первое обсуждение его большого плана. Альхирет наследил, в прошлом и настоящем, но после трёпки, полученной от драконов, вряд ли вылезет на свет в ближайшее время. Может случиться так, что его подтолкнёт жгучее чувство долга по отношению к Шар'Готу, может, попытается заново подчинить Пенелопу, может сложиться ещё десяток сценариев, при которых он наследит снова, чем здорово облегчит нам задачу. Но гораздо более вероятный вариант — наш враг затаится, чтобы экстренно зализать обугленные раны, а в его отсутствие неприятности начнёт доставлять Наблюдатель. Они оба выбрали путь служения чудовищу, пожирающему великую паутину, хоть и с разными мотивами. Их обоюдная ненависть этому отнюдь не мешала.

Альхирета нельзя было упустить. Нельзя было дать ему оклематься. И мы приняли решение объединёнными силами творцов Полуночи создать новый ключевой артефакт, способный проложить путь прямиком в логово врага. Опирающийся не только на магию, но и технологию — для этого были нужны Адель и Хагга. Закалённый в драконьей кузне и проверенный Арчибальдом, настроенный Литой, Кас и Зури с помощью всех найденных улик. Портал для охоты на Знающих, идея которого сложилась у Рудольфа много столетий назад, но тогда не могла получить воплощения. До наступления наших непростых времён.

На данный момент деталей не хватало — но недостающая информация могла обнаружиться у Мелинды и Анны. Либо же Альхирет всё-таки клюнет на приманку Пенелопы, хотя лично я надеялся на обратное. Девушка и так настрадалась, но рвалась в бой за свой замок — не хотелось бы, чтобы ей пришлось так же яростно биться за свой разум. Даже если это качественно ускорит события.

Сумрак лежал перед нами, живой, но глубоко поражённый собственным недугом. Вот так, не успел очистить до конца Полночь, а уже добровольно принимаюсь за другие вечные замки. Надо будет загладить вину по возвращению.

Глава тринадцатая

Статуя выглядела так, словно стояла здесь со времён Мастера. Ну или как минимум лорда Элдрика фон Дэммерхайна, первого из «законных» хозяев Сумрака. Она изображала могучего воина в архаичном доспехе, опирающегося на не менее архаичный боевой топор. Со временем мрамор потускнел, истёрся, отдельные элементы брони откололись, а сам воин лишился левого уха и нескольких пальцев. Но в полумраке коридора его фигура всё равно внушала уважение, словно он сторожил развилку несколько тысячелетий кряду, и ни разу не отпросился со службы.

Хотя почему «словно»? Буквально сторожил, и продолжал до сих пор.

Я остановился на почтительном расстоянии от статуи — но достаточном для того, чтобы Пенелопа могла прицелиться. Миниатюрный арбалетный болт, длиной с мою ладонь, почти бесшумно пронёсся в воздухе и с лёгким звеньком застрял между мраморными складками брони. Сюрреалистичная картина, если не знать контекста.

— Он точно из этих…

— Заступников. Точно, Вик, доверьтесь мне.

Спустя пару секунд слова хозяйки Сумрака подтвердились — могучая статуя пошевелилась и шагнула с пьедестала, поудобнее перехватывая своё мраморное оружие. Каменное лицо не проявляло эмоций, глазные яблоки не шевельнулись, чтобы получше разглядеть визитёров, но было понятно, что нас изучают. Слегка помедлив, воин опустился на одно колено и склонил голову.

— Этот немного заторможенный, — сказала Пенелопа, выйдя вперёд и ласково погладив статую по мраморному шлему. — Старенький уже, хоть и целый. А есть и такие, от которых головы отвалились, одна рука осталась, а они в бой рвутся.

— За нами поспеет?

— Вряд ли. Оставим его тут, а если с ним что-то случится, Тотенбунд даст знать.

Я уже замечал, что Сумрак здорово напоминал Полночь, и это было вовсе не удивительно. Похожая тематика, настроение и цвета — я бы ни за что не перепутал, но человек несведущий — запросто. Но в одном аспекте этот замок гораздо сильнее походил на «старшего брата» Полуночи — Полдень. Они фактически делили на двоих свою охрану загрязнённых областей, состоящую из пустых стражей — оживших доспехов. Обычно те сражались не хуже дуллаханов, но по сути своей относились к замысловатым магическим конструктам, а не заклятой нежити. Статуи-заступники также присутствовали как в Полудне, так и Сумраке, пусть и в разных весовых категориях.

Насколько я знал, Мелинда почти не использовала пустых стражей в очищенных областях, больше полагаясь на живых профессионалов. Но Пенелопе выбирать не приходилось — она пользовалась единственной доступной ей возможностью для очищения замка. У юной хозяйки имелись задатки великого мага, но без обучения пользы от них было немного. Зато имелся Тотенбунд — небольшой ручной арбалет, позволяющий «переманивать» рядовых врагов.

Можно сказать, что пока я в Полуночи проходил замысловатую метроидванию, Пенелопа фон Дэммерхайн мучилась со стратегией в реальном времени.

Знаковое оружие Сумрака в его текущей форме преимущественно работало как инструмент контроля, отправляя под знамёна Пенелопы заметную часть местных агрессивных теней. Причём это была не промывка мозгов, а скорее очищение в миниатюре, напоминание стражам о старых обязательствах. Способ не самый надёжный даже в границах вечного замка — некоторые тени были слишком упрямы, чтобы подчиниться, другие изначально не служили Сумраку. И всё же, даже сейчас, когда мы старались не задерживаться, наш тыл