Обратный отсчет - Токацин

— Минус пушка, — бросил Вепуат, досадливо щурясь. — Целится он, мать-пробирка… Знает, что видим, — нет, всё равно…

— Разведка, — вздохнул Айзек. — Проверяют наш обзор и дальнобойность. Мне вот меньше всего хочется воевать, но как отогнать их миром…

Джагул коротко рявкнул.

— Восемь племён? Миром⁈ Что, у вас так делалось⁈

Гедимин обошёл его и направился к душевой. «Вода,» — повторял он про себя, отгоняя назойливые и очень неприятные мысли. «Нам нужна вода. Пища есть. На сколько хватит субстрата? А у местных — терпения для осады? „Сивертсены“ — сколько они продержатся? Суток четверо, пятеро, — до частичной мутации?»

Сквозь лязг и скрежет подгоняемых и соединяемых деталей звуки из-за стены были не слышны. Гедимин закрепил «магнит» над скважиной, дёрнул маятник, — пластина отсекателя закачалась, обрубленные куски водяного столба с шумом упали в патрубки, наполняя цистерны. Сармат обернулся и встретился взглядом с Хассинельгом. Тот расшнуровал тёплые накидки, верхнюю скинул и завязал вокруг пояса; шапка болталась на ремешках, свисая через плечо и угрожая оторваться.

— Мастер Дим-мин, — страж нервно оскалился. — Тебя там ищут. Они все пришли.

Из «окон»-лючков горячего цеха било пламя. Даже открытые настежь ворота не могли его остудить. Гедимин сунулся в «шлюзовую камеру». Тут же его с двух сторон схватили за плечи и втолкнули внутрь — и он едва не врезался в стоящего на пороге Айзека.

— Кьюссы, — хмуро сказал тот, глядя на полтора десятка вооружённых Сэта. Их рэссеновые панцири ещё не накалились докрасна, но жаром от них тянуло.

— Жёлтая орда, часть чёрной… и Кьюссы лично, — Айзек криво ухмыльнулся. — Холм обложен по всему периметру. Очень неприятно. Тем более — нас едва не оставили без воды… Гедимин, что-нибудь получилось поправить?

— Вода есть, — буркнул сармат, подозрительно щурясь на Сэта. Хотелось прикрыть глаза тёмным щитком. «Такая толпа, с оружием… похоже, не одна толпа, а пять разных. Вон те цацки — они повторяются…»

— Город Пламени в осаде, — один из Сэта склонил голову, и его грива поднялась высоким красным костром. — И не жжёт огней, не зовёт Шакху на помощь. Потом скажут — мы, приняв дары Пламени, бросили его в беде. И все пятнадцать богов проклянут нас. Я, молния Шакхи, пришёл. Говори, вождь Айсек. Все воины Шакхи под твоей рукой.

— Куттуш ждёт твоего слова, — обронил другой Сэта. Остальные зашипели.

— Теккех и Хафси, — ещё двое двинулись вперёд. — Мы приведём всех. Кьюссы ответят за святотатство!

Гедимин ошалело мигнул, оглянулся на Айзека, — тот потрясённо качал головой.

— В Аса’ане тоже есть воины, — сказал ещё один Сэта, прикрывая ладонью раскалённую докрасна шею. — Кьюссы говорили нам о мире. Клялись в дружбе. В дни Воздуха мы открыли бы им ворота… Ашшшхса! Говори, вождь Айсек. Где Джагулы? Где их видели?

— Мы можем пройти волной огня вокруг холма, — сказал пришелец из Теккеха. — Ничто не спасётся.

Гедимин наконец перестал мигать и досадливо хмыкнул.

— Попусту плавить снег?

— Погоди, — Айзек положил руку ему на плечо. — Вожди Сэта… Мы благодарны вам. Но ваше оружие, снаряжение… Там ведь живые крепости!

Пламя ударило в потолок.

— Мы видели Джагулов, вождь Айсек, — отозвался кто-то из пылающих расплывающихся силуэтов. — И они нас тоже. Это они нас боятся. Не мы их. Это Кьюссы приходят с подарками. Не мы к ним. Они давно не видели, что такое огонь. Но они вспомнят.

— Против существ, выживающих под металлическим ливнем… — Гедимин говорил тихо, но его услышали. Огненный столб, ещё сохраняющий гуманоидные черты, расплылся в шар, стремительно белея. В лицо сармату ударил жар. Верхняя обшивка зашипела, испаряясь.

— Heta! — поперёк ангара встало защитное поле. В наступившей тишине на пол упала капля расплава. Сэта, вернувшийся в гуманоидную форму, низко склонил голову.

— Прошу прощения, мастер Хеттийиррн. Мы пришли не для того, чтобы вредить…

— Наглядно, — пробормотал Гедимин, сверяясь с сигма-сканером. «Если такой шквал накроет лагерь внезапно, пока звери не закупорили броню, да с разных направлений…» — он невольно поёжился. «Я бы тоже не враждовал с живой плазмой.»

— Я вижу, что вы сильны, — Айзек склонил голову. — Сейчас — уймите свой жар. Я покажу вам карту округи. Часть врагов мы видим…

За спиной Гедимина кто-то рявкнул.

— Сэта не знают ваших карт! — мимо Гедимина по полу прокатился мешок с камнями. — Покажи им на этом! Если огонь уймётся, я войду и покажу сам!

— Урджен? — Айзек повернулся к двери. — Выжди немного. Тут слишком жарко. Сейчас, с холма, мы видим пять зверей. Они в соседних Сфенах, ближе не суются. Но кто ждёт за следующим разломом, не видно даже нам.

— А я могу посмотреть, — напомнил о себе Хассинельг, сунувшись в ангар и тут же отпрянув.

— Иди, — кивнул ему Айзек. — Вот теперь — пора. Осторо…

Страж растаял в воздухе. Гедимин покосился на мигнувший дозиметр — и растерянно уставился на экран. График интенсивности излучения выгибался плавными волнами. Реактор «фонил» на четверть кьюгена; слабая рябь «штатной» пульсации была еле-еле видна.

— Реактор! — выдохнул сармат. Айзек, раскладывающий по полу Джагульскую «карту», кивнул, не оборачиваясь.

— Он давно так. С самого обстрела. Повреждений не нашёл. Поговорить не вышло.

«Реактор…» — Гедимин стиснул зубы. «Если они там хоть что-то задели…»

— А ведь это тоже оружие, — вполголоса заметил Гварза, подходя к Айзеку. — До сих пор не задействованное.

— «Элидген» — не оружие! — вскинулся Гедимин. Вепуат, схватив его за плечо, оттащил в сторону и развернул к себе. Его глаза тускло светились.

— Сэта пришли! — прошептал он, показывая сармату жест превосходства. — Мы их даже не звали! Никто твой реактор не тронет. Не успеет.

Гедимин криво ухмыльнулся. Перед глазами вставал распухающий шар плазмы, поглощающий какие-то силуэты. «Температура и объём при численности… паровые взрывы… фактор внезапности… Какова начальная масса?.. Почти как „Гельт“ — только без заражения…»

— Ваши стрелы отпугнули их, — донёсся из ангара потрескивающий голос. — Они отошли далеко, но смотрят внимательно. Огненный шквал накроет их, но в пути истратит силы. Если же они успеют поднять встречный…

Гедимин мигнул. «О чём они там?»

На гравий мешком