Обратный отсчет - Токацин

— Промахнулись! — он широко ухмыльнулся. — Но думал — не успею.

Гедимин хотел протянуть ему руку, но посмотрел на остывающие щитки на перчатке и подался в сторону. «Он же без брони. Ему и ста градусов хватит.»

— Шестнадцать! — Хассинельг вскинул руки с растопыренными пальцами и подхватил падающий посох. — И везде Кьюссы! Шесть зверей, один раненый.

— Сфены запомнил? — спросил Вепуат. — Идём, расскажешь. Если уж нам хватает сил, жахнем по всем разом!

В небе снова взорвался круглый камешек, за ним — ещё один.

— Разведчик! — крикнули с крыши. — Ушёл!

— Гони их в шею! — заорал в ответ Гварза, выглядывая из ангара.

— Шшесстнадцать… — прошелестело внутри цеха. — Кьюссы, видно, лишились разума. Шшто шш, у пяти городов Сссэта хватит сссил…

— Жировые ракеты, — снова раздался голос Гварзы. — Источник пламени. Летят далеко, гаснут медленно. При старании можно забросить почти вплотную. К ближайшим объектам, конечно.

— А я могу пронести в дальний лагерь, — снова влез Хассинельг. Воздух в ангаре остыл так, что стражу удалось туда зайти, и он встал посреди прохода, размахивая щёлкающим хвостом.

— Убьют, — буркнул Айзек. Гедимин удивлённо мигнул. Изо всех, кто собрался в ангаре, командир выглядел самым угрюмым — и чем дальше, тем больше мрачнел.

— Вы проложите нам путь чересс целый Ссфен? — свечение в цеху слегка пожелтело. — И этот огонь не сразу погассснет? Пусссть же будет так!

— Да, такой огонь устойчив, — подтвердил Айзек. — Его могут засыпать землёй, но — вряд ли этим будут заниматься. Сам по себе он для сааг-туула не опасен… А как вы будете действовать, выйдя из такого портала? Броня сааг-туула ведь очень жаропрочная…

— В ней тысячи щелей, — отозвался Сэта. — Их не закрывают без нужды. Любая из них — ворота для огненного шквала. А если он войдёт, броня уже не поможет.

— Огненный шквал под панцирем… — Айзек повернулся к Гедимину. — Ты имел дело с сааг-туулом. Насколько там, внутри, герметично? Жилые отсеки — их можно перекрыть при опасности?

— Чем? — буркнул Гедимин. — Там ширмы из шкурок. Хороший нагрев, тяга — и внутри будет топка. Зверю шкуру тоже прожжёт — там уже всё близко. А при таких обширных ожогах…

Он замолчал. Что-то холодное шевельнулось под рёбрами.

— То-то и оно, — Айзек потёр висок и болезненно поморщился. — Урджен! Племена всегда живут на сааг-туулах? Даже если война? Не бывает, чтобы неспособных сражаться оставляли… где-то в безопасном месте?

Урджен озадаченно дёрнул ухом.

— Оставлять? Безопасно? Без зверя? Верная смерть. Племя без зверя не живёт. Никакое.

— Значит, при успешной огненной атаке… — Айзек снова потёр висок. Его глаза почернели.

— Ты там о чём? — насторожился Гварза. Айзек развернулся к нему.

— Это будет геноцид. Без предупреждения, без возможности защититься…

Гварза ударил кулаком о кулак.

— Айзек, ты в себе⁈ Стоило у нас появиться хоть какому-то реальному шансу… А расстреливать нас с шестнадцати направлений — это как, нормально? Нас, может, предупреждали? Давали защититься?

Айзек тяжело качнул головой.

— Геноцид — это слишком.

Гварза фыркнул. Сэта и Джагулы озадаченно переглянулись. Жёлтое свечение медленно сменялось красным.

— Твои предложения, Айзек? — Гварза недобро сощурился. — Вежливо попросишь их уйти?

Айзек поморщился.

— Надо дать им хоть какой-то шанс. Последнее предупреждение. Если хотя бы часть уйдёт…

Сэта встряхнул гривой, разбрасывая искры. Заговорить он не успел — Вепуат вмешался раньше.

— Предупредить? Это чтобы наших воинов, Сэта, подставить под удар⁈ Вот спасибо, Айзек! Вот у нас много будет союзников! Вот…

— Кет, уйми его, — бросил Гварза, кладя руку Айзеку на плечо. — Хепри прав. Об атаке знать не должны. Иначе весь план в помойку.

Айзек покачал головой. Ответил он не сразу.

— Знать не должны. Но хоть что-то… Хассинельг! Ты же умеешь чертить знаки на небе?

— М-могу, — с заминкой ответил страж. На Айзека он смотрел с недоумением и опаской.

— И можешь начертить послание для Джагулов? — Айзек похлопал себя по карманам, не нашёл чего-то и махнул рукой. — В последний раз предупредить их… Так хотя бы: «Пламя… Гнев Пламени…»

Сэта с треском сцепил когти в замок.

— «Пламя в гневе. Прочь!»

Айзек благодарно кивнул.

— Чуть поправить, — деловито сказал Вепуат. — «Прочь — или погибнете!»

Гварза хмыкнул.

— Первый вариант был лучше.

— Но по нему непонятно, что будет, — возразил Вепуат. — Второй всё-таки убедительнее.

Гварза тяжело вздохнул.

— Кого вы там убеждаете? Орду кочевников? Идиотизм… Но если ты, Айзек, на этом успокоишься насчёт геноцидов…

Айзек угрюмо кивнул.

— Нужно хоть что-то. Хотя бы попробовать. Если хоть один… — не договорив, он махнул рукой.

…Из Сэта в ангаре остались пятеро, не считая Кут’тайри, — и Гедимин перестал бояться, что вёдра и поддоны расплавятся. Джагулы и Скогны собрались у разных стен одного ангара, утирая пот и негромко переговариваясь. Хассинельг, смущённо хмыкая, вышел на открытое место. Впрочем, открытых мест под куполом не было, — он, уплотнённый, нависал надо всем бетонной плитой.

— Тебе, я так понимаю, нужно окно, — Айзек указал на купол. — Широкое?

— Да хоть какой-нибудь просвет, — ответил Хассинельг, рассматривая навершие посоха. — Если ещё в правильную сторону — совсем хорошо.

Над куполом раздался строенный треск.

— Разведчик! — доложили с крыши. — Вот им нет покоя…

Айзек, хмыкнув, поднял генератор защитного поля.

— Пока спугнули — есть передышка. Вот тебе восемь окон. Видишь, где там чего?

Страж тронул растопыренными пальцами навершие и прикрыл глаза. Гедимин взялся за «окуляр Ку-унну» — и вовремя. На складках неба над соседним Сфеном проступали ярко-зелёные буквы. Сармат перевёл взгляд на живой холм, притаившийся в ущелье. На его спине среди костяных конструкций что-то зашевелилось. Погонщики и артиллерийский расчёт на виду не показывались, но чью-то руку с шестом и кончики ушей Гедимин разглядел — существо, прикрыв глаза, смотрело на небо.

— И что теперь? Будем ждать ответа? — Гварза криво ухмыльнулся. Оглянуться на него Гедимин не успел — над «холмом» взвился рой мелких предметов. Через полсекунды они взорвались над «ободранным» ущельем, чуть-чуть не долетев до основного купола. Треск раздался