С чистого листа 2029 - Alchy

Ваня сказал, что уж булку-то хлеба он в любом состоянии домой унесет потом, не забудет. Марыся встретила их с негодованием, распушилась, став чуть ли не в два раза больше, шипела и рычала. Даже на хозяина, что уж про дядю Ваню говорить. Тот, пройдя на кухню, крикнул оттуда:

— Это всё оттого, Женька, что у ей корма в обоих мисках навалено, ажно с горкой! А вот поголодала бы если, так и встречала с лаской, разбаловал рысь свою…

Жека, прибрал сайгу, сунув её прямо в чехле на уже привычное место под диваном — прошел на кухню. Тут же сполоснул руки, в сковородку плеснул масла, из холодильника достал кастрюлю с картошкой вареной, споро накрошил, на плите зашкворчало и по кухне поплыл умопомрачительный запах. Сало из морозилки вытащил, начатую ещё в прошлый раз банку с соленьями, дядя Ваня кромсал крупными кусками хлеб, помогая.

— Чо пить будем, дядя Ваня? Чего душа желает?

— Хреновуха есть ещё? — Оживился тот: — Давай её, уж больно хороша зараза, пьется легко, хоть не закусывай.

— Только она теплая, — предупредил Жека, — в комнате стоит.

— Ничего, тащи. По одной пропустим, в морозилку сунешь, чего ты как не русский, Женька, теплую водку не пил что ли?

Жека сходил за хреновухой, по пути, вспомнив, достал из кармана сверток с рыбой, показал, похваляясь. Дядя Ваня обрадовался:

— Вот это дело! Снимай картошку с плиты, чего её жарить, погрелось и будет! И разливай…

Жека разлил, выпили, закусили. Занялись чисткой чебака, который стоил денег, за него уплаченных — в меру вяленный, не пересоленный и сочный, нагулял жирок под водой за лето. На запах рыбы в кухню зашла Марыся, по хозяйски, всё ещё недовольная, но с готовностью сменить гнев на милость. В обмен на репарации, естественно, и никак иначе.

— До чего же ты меркантильная, — упрекнул её Жека, доставая из морозилки бутылку, — душу готова продать за рыбу.

Кошка села на пол и принялась гипнотизировать хозяина, вымораживая деликатес. Жека вспомнил про вкусняшки, сходил за ними, купленные убрал подальше, а ей насыпал таких же из начатой пачки, увещевая:

— Ну нельзя тебе такое, Марыся, соленое особенно, 'Дримис свои грызи…

Дядя Ваня в душу не лез, просто сидели, болтали о мелочах, Жека наконец-то наелся. После третьей стопки поднялся из-за стола:

— Уф, я наелся, дядь Вань. В ванну хочу сходить, отмокнуть. Ты не стесняйся. Наливай себе, я, как и сказал — пропускать буду. Чтоб не срубило до вечера и не накидаться лишнего, посидишь пока?

— Посижу. Ты мне только включи чего-нибудь, Женька, прежде чем уйти, на телефоне своем. Новости или занимательное чего, пока моешься.

Жека так и сделал, в ванной устроив заплыв надолго, минут на сорок. Полежал в горячей воде, даже задремав немного, потом долго и тщательно скреб себя мочалкой, словно пытаясь смыть с себя всё, что случилось этой ночью. И под душем стоял долго, то под горячими струями, то под прохладными, чувствуя, как отпускает понемногу…

Переоделся в чистое, причесался, в очередной раз напоминая себе, что пора стричься, зашел на кухню и от представшей перед ним картины не выдержал:

— Дядя Ваня, ну ё-маё! Ладно это животное, но ты-то! Взрослый человек и советский инженер!

Было от чего возмутиться — Марыся разлеглась у дяди Вани на плечах и преданно, с нежностью, размеренно ему в ухо мурлыкала, прикрыв глаза от удовольствия. А дядя Ваня сидел с пакетиком кошачьего корма в руках, зачерпнув ложкой немного и судя по позе, в какой был застигнут — намеревался попробовать

— Жалко тебе что ли, Женька, — принялся оправдываться советский инженер, — я состав прочитал, тут и мясо, и мясные субпродукты, и овощи всякие, витамины. Минеральные вещества и даже черника с клюквой! У неё рацион лучше чем у нас вместе взятых и ещё у соседей по лестничной клетке, вот и решил попробовать…

— Да я не про корм, — Жека прошел к столу, поискал глазами бутылку и не найдя, сунулся в морозилку, — ты её рыбой кормил!

— Да где там кормил-то, — стал отнекиваться дядя Ваня, понял по выражению лица Жеки, что не прокатывает и сдался, — чуть-чуть если. Но я спинку ей чистил, где соли меньше! Мне вон тоже много чего нельзя, не пить теперь что ли…

Марыся приоткрыла глаза, смотря что за сыр-бор творится и с признательностью лизнула Дядю Ваню в ухо, не переставая мурлыкать. Жека, вспомнив, что сам грешен — махнул рукой, перестав ворчать. Лишь поинтересовался:

— Как корм-то, попробовал?

— Только хотел и тут ты влетел, как оглашенный. Наливай, сейчас и попробую…

Выпили, Жека с интересом натуралиста наблюдал за тем, как дядя Ваня дегустирует Марысин корм, не выдержал — спросил:

— Ну как⁈

— Съедобно, не врут производители, — отозвался тот, сосредоточенно жуя, — пресновато немного, надо присолить и специй добавить, тогда не то что в голодный год сгодится, а и гостей не стыдно угостить…

— Не дай бог до такого дойти! — Открестился от такой перспективы Жека.

Уговорив первую бутылку — переместились в зал, прихватив закуски и достав новую бутылку. Жека включил фоном музыку, хотел вначале что-нибудь научно-познавательное, но дядя Ваня запротестовал:

— Зачем, Женька, мы отдыхаем же! Включай музыку, девок молодых, чтоб голосили задорно…

Пока в памяти, собрался на завтрашнее дежурство, помня новые вводные, что лесная экипировка не нужна пока — выложил из рюкзака спальник с поджопником. Проверил пауэрбанк — все четыре индикатора мигают, сойдет. Выходя покурить к подъезду, заметил, что уже хорошо стало, не стоит дальше гнаться за дядей Ваней, стоит притормозить. Время два часа всего, до шести досидеть и хорош, можно спать ложиться. Только будильник не забыть поставить…

Звонок мобильника, забытого на кухне — выбил из колеи, Жека даже вздрогнул от неожиданности. Прошел за ним, взглянул на экран — Гриша, взял трубку:

— Евгений! — Оглушил Гриша эмоциональным возгласом: — Я тут людей тревожу, тебе передачку собираю и выясняется, что ты на свободе! Не мог позвонить?

Жека испытал на мгновение испытал укор совести, тут же прошедший, в конце концов — Гриша его и втравил в это. Он сам всяко разно больше переживал, уже мысленно примеривая