С чистого листа 2029 - Alchy

— На стрессе, я Гриша, из головы совсем вылетело. Так обрадовался, что все обошлось, что быстрей домой…

— Ты бухаешь там что ли? — Догадался Гриша.

— Децл, мне на дежурство ещё завтра, так что до шести посижу и хорош.

— Евгений, я тогда заскочу по нашим делам? — Гриша в своем репертуаре, тон деловой: — Два блока же готовы? Вот их заберу и сразу раскидаемся по деньгам.

— Давай, — согласился Жека, — только не тяни, я скоро спать…

— Захватить чего, Евгений? Я тоже сегодня стресс снимаю, если честно, с тобой рад буду продолжить.

— Всё есть, забей, давай, жду…

Вернулся в зал, дяде Ване сказал, что сейчас Гриша заскочит, тот засопел, сделал вид, что домой собирается, забубнил:

— Ну, раз лишний…

— Сиди! Какой ты лишний, дядя Ваня, не собирай…

Гриша оказался пунктуальным, минут через двадцать уже домофон трезвонил. Жека сходил, открыл дверь, встретил, объяснил что не один. Гриша вручил пакет:

— Я помню, что не надо, но это так, от души и мелочь, в сравнение с тем, что ты для меня вчера сделал. Убери, там конины хорошей батл и шоколада немного, джентльменский набор, бабоукладчик. Сейчас не буду денег предлагать, просто помни, что в любой момент можешь обратиться, хорошо?

— Замётано. — Коротко ответил Жека, пакет закинул на шкаф, обменялись рукопожатием и повел Гришу с дядей Ваней знакомить.

Знакомить было не надо, как оказалось. Жека смутно помнил, что дядя Ваня что-то упоминал про родителей Гриши, а тут выяснилось, что и лично знают друг друга. Едва выпили по одной за встречу, как Гриша обратился с просьбой о небольшом косметическом ремонте. В коридоре, там уже, по словам Гриши — прибрано, но надо обои переклеить и зашпаклевать стенку частично. Рядились недолго, сторговались и Гриша уже к Жеке обратился:

— Давай системники сразу в сумки уберу, долго не буду сидеть, мне ещё с ними до дому чапать…

Жека его понял, помог затолкать блоки в баул, прошли на кухню, где Гриша протянул ему стопку купюр:

— Тут сто восемьдесят, считая твои комплектующие и работу. Цена не окончательная, как реализую — ещё подкину, что получится наварить, годно?

— Годно. — Жека не пересчитывая, сунул деньги в карман, решив про то, как их легализовать, потом спросит, по трезвяне: — У тебя со своими сейчас проблем не будет из-за этого Сивого?

— Нет-нет, не парься, — замотал головой Гриша, — эта пехота самодеятельностью занялась, причем в крысу, уже всё порешали…

Гриша не стал засиживаться, выпил «стременную», ещё раз уточнил у дяди Вани, когда того ждать с инструментам — засобирался. Жека вышел его проводить, на пороге спросил:

— А чего девчонки, Гриш, как?

— А никак, Евгений, — Гриша натянул ботинки, взял сумки, покачался с носка на пятку, собираясь с мыслями. — других найдем. Ленка с утра заявила, что в жопу этот город и нас, таких красивых, Настя рядом стояла и гривой кивала. Сумки забрали, сказали что лучше в Кундравы свои вернутся и свалили в общагу… Хоп!

— На связи, ага. — Жека запер за ним дверь и вернулся в зал, к дяде Ване.

Тот, заметив Жекино настроение — тоже не стал засиживатся. Сказал отдыхать и отсыпаться, прихватил недопитую бутылку, аргументировав тем, что кое-кому на работу завтра, в отличие от честного пенсионера и, пошатываясь, ушел.

Жека, уже изрядно пьяный, ещё и расстроенный тем, что так начавшееся хорошо знакомство закончилось ничем — решил спать лечь, философски заметив: «Где-то убыло, где-то прибыло, главное, что на свободе…» Прибрал деньги, поискал Марысю, и «кис-кис» её выманивая, и даже ещё вкусняшек ей подсыпал в латку — бесполезно. Загасилась где-то и не желала ни в какую вылазить.

— Ну и хрен с вами со всеми!

Жека сдернул плед и рухнул на диван, никаких мыслей в голове не было, как он и хотел. Только пьяная муть плескалась, убаюкивая. Перед тем, как окончательно провалится в сон, подумалось, что сайга под диваном в чехле, надо бы достать…

Глава 11

11.

'Если ты хочешь любить,

Ты должен забыться, а лучше забыть,

Я плАчу тогда, когда надо платить,

Я плачУ тому, кого легче бы было убить…

Ожоги на коже, убитые снегом дома,

У меня был брат, он сошел с ума,

Была сестра, её съели тоже.

Я остался один,

Среди пахнущих копотью стен…

Среди воя дежурных сирен…

Я солдат супергорода,

Бесполезный, бессменный,

Безумный солдат супергорода,

Бессловесный, безумный, бессменный солдат,

Я воюю, пока виноват…'

Новолуние

С утра Жека вспомнил слова Наташи о том, что они в золотом миллиарде живут, полностью согласившись с её утверждением. «А вода-то какая вкусная из-под крана! И хоть залейся…» — Внутрь уже не лезло; сунул голову под кран. Постоял так, пока не заломило виски от холода, тогда только от раковины отошел, вытираясь кухонным полотенцем.

На фоне легкой похмельной паники (хорошо, что в меру пил) несколько раз проверил готовность к дежурству, заварил чаю покрепче в термос, пытаясь уйти от мыслей, чем же всё-таки кончится эта эпопея с убийством двух урок. Вчерашняя эйфория от освобождения отпустила, а в голове стояли слова Карася о том, что следствие ещё не закончено…

Вышел из дома пораньше, на свежем воздухе постоять и покурить, и едва свернул со двора вверх, к остановке, заметил всполохи проблескового маячка на перекрестке. Патрульная ГИБДД стоит, росгвардия и гражданская машина, контролируют перекресток. Сам подошел, представился:

— Тера, на дежурство иду, сейчас старший подберёт на остановке.

Полез в карман за удостоверением, но ему махнули рукой: не до тебя. Ни одной машины проезжающей, улица как вымерла, гражданских не видно. Перешел на другую сторону — и вовремя: Галямовский «китаец» показался. Вначале тормознул у поста, потом к Жеке подъехал. Сразу на заднее запрыгнул, не успел дверь за собой захлопнуть, как Галям тронулся. Старший сержант повернулся к Жеке, мазнул глазами и снова всё внимание на дорогу, спросил:

— Ты как, готов? Видок не очень…

— Нормально, — Жека то же самое мог сказать про Галяма, напряженный он сегодня какой-то и дерганный, — вчера немного накатил, без фанатизма, уже в норме.

— В