Великий Кузнец - 5 - Анри Олл

Он откинулся в кресле, давая мне осознать сказанное.

— Хотя, есть оговорка, — продолжил он. — Он также может расти и в месте захоронения могущественных древних монстров, к примеру: драконов. Или там, где пало и сгнило древнее магическое дерево, вроде сердца леса или духа рощи. Их кости, остатки плоти, пропитанные магией, или даже гнилая, но насыщенная силой кора также являются невероятно ценными алхимическими ингредиентами. Ещё это может быть какая-то редкая могущественная реликвия, что дала, как вариант, течь. Так что твой гриб — это либо знак несметного богатства под ногами, либо, в любом случае, указатель на могущественный источник маны.

Это была поразительная новость. Лес, который я считал просто опасной, но в целом обычной территорией, где можно раздобыть хвороста с травой, ягодой и дичью, внезапно предстал в новом свете: как потенциальная сокровищница или гробница древней силы. Мысленно я уже видел те тёмные, синеватые огоньки в ночи, целую скрытую полянку в расщелине под старым дубом. Это было не просто красивое зрелище: это была карта сокровищ с сияющей отметкой «X».

Не раздумывая, я аккуратно завернул грибы обратно в тряпицу и протянул свёрток Элиасу.

— Берите, все, что принёс. В качестве благодарности за информацию.

Элиас взял свёрток, его пальцы сжали ткань почти с благоговением.

— Благодарю, Яр. Это… более чем щедро. — Он положил грибы в ящик стола и посмотрел на меня с предельной серьёзностью. — Но слушай, и слушай внимательно. Я обещаю тебе: никому не скажу о твоей находке ни единому живому существу. А ты… ты должен позаботиться о том, чтобы об этом знало, как можно меньше людей. Идеально — никто, кроме тебя, меня и, возможно, тех, кому ты безгранично доверяешь и чья жизнь связана с твоей. Иначе… иначе уже завтра, как только слухи достигнут ушей жаждущих, весь тот лес, каждое дерево, каждый куст будут выкорчеваны и перевёрнуты вверх дном. Артели рудокопов, банды искателей сокровищ, наёмники могущественных покровителей, авантюристы, дворяне, принцы и принцессы, да боги, все сойдут с ума и ломанутся в лес!

Глава 19

Лунная печаль

Дорога обратно на хутор прошла в размышлениях. Гракх, неподвижный, как каменное изваяние на облучке, лишь изредка поворачивал голову, следя за дорогой. Книга, лежавшая в моей сумке, будто излучала собственное, едва уловимое тепло: тепло знаний. Мысли о синих огоньках в лесной чаще теперь обрели совершенно иную окраску: это был не просто красивый природный феномен, а знак, таящий в себе либо невероятные возможности, либо смертельную опасность. Я мысленно представлял себе ту полянку, её расположение, пытаясь прикинуть, насколько глубоко под ней могут залегать те самые мифические металлы или покоиться останки древнего чудовища.

К обеду я был уже дома. Повозка, скрипя, въехала во двор, Буря, почуяв конюшню, сама направилась к водопою и кормушке. Гракх молча принялся отпрягать её, его движения были удивительно ловкими для таких огромных, покрытых чешуёй рук. Я же, сняв сумку, направился в дом.

Внутри пахло горячим хлебом, томлёной в печи репой с мясом и душистыми травами. Аня уже накрывала на стол в просторной кухне-столовой. Свет, проникая через окна, ложился на грубый, но добротно сбитый дубовый стол, на миски и кружки. Сергей прислонился к косяку двери, ведущей во двор.

— Вернулся, — просто сказала Аня, поставив на стол глиняный горшок с тушёным кроличьим мясом (видимо её добыча). Её каштановые волосы, заплетённые в привычную тугую косу, блестели на свету, а на щеках играл здоровый румянец от печного жара.

Мы сели за стол. Еда была как обычно простой, но сытной и вкусной: свежий, ещё тёплый хлеб с хрустящей корочкой, густая каша с кусками мяса и кореньями, квашеная капуста с клюквой. Пока мы ели, я в общих чертах рассказал Ане о визите к Элиасу, подробно остановившись на грибах.

— Эти синие «огоньки», — начал я, отламывая кусок хлеба, — не просто светящиеся грибы. Элиас упомянул одно из их названий: «Лунная печаль». Они обладают сильными магическими свойствами.

Аня слушала внимательно, перестав есть, её карие глаза были прикованы к моему лицу.

— Но самое главное, — продолжал я, понизив голос, хотя кроме нас в комнате были только верные Сергей и Гракх, ну может ещё фелид за окном, — об их существовании, и особенно о месте, где я их нашел, не должен знать. Мой учитель предупредил: если слухи просочатся, то наш лес превратится в перекопанное поле битвы: искатели сокровищ, наёмники, алхимики, дворяне — все сойдут с ума в погоне за тем, что эти грибы могут дать. Наша безопасность, безопасность хутора, будет под огромным вопросом, да и, если честно, хотелось бы оставить себе столь ценную находку.

Аня медленно кивнула, её взгляд стал серьёзным и взрослым. Она понимала: сама видела, до чего может довести жадность и слухи, на примере сгоревшей кузни отца и нападения бандитов.

— Ясно, — сказала она твёрдо. — Значит, молчок. Только мы и Элиас.

— Да, — подтвердил я. — На всякий случай я дам приказ Гракху и Сергею, хотя они, думаю, и так не станут болтать.

Сергей, услышав своё имя, насторожил уши, внимательно глянул на меня. Я кивнул ему.

— Сергей, Гракх, — обратился я к ним обоим. — Синие светящиеся грибы в нашем лесу — наша общая тайна: ни с кем о них не разговаривайте, ни слова в присутствие посторонних. Понятно?

Волкочеловек кивнул единожды, коротко и ясно. Гракх, доедавший свою порцию, лишь хрипло крякнул в знак согласия, его гребень на затылке слегка приподнялся.

После обеда, когда миски были убраны, а на столе остались лишь кружки с остывающим чаем из лесных трав, я достал из сумки ту самую книгу, подаренную Элиасом. Переплёт из тёмно-синей кожи был прохладным и слегка шершавым на ощупь, серебряные звёзды и полумесяцы отливали в свете дня. Я раскрыл её на закладке, которую сделал ещё в повозке.

— Посмотри, — сказал я, пододвигая книгу к Ане. — мой учитель дал её: это подробное руководство и просто хорошая книга по микологии. И здесь, — я перелистнул несколько страниц с красивыми, но уже знакомыми иллюстрациями обычных съедобных и ядовитых грибов, — есть целый раздел про «Лунную печаль».

Мы склонились над книгой вместе. Страницы пахли старой