На страже мира - Илона Эндрюс

– Как Иггдрасиль, – сказал Джордж.

– Да, как он.

– Что такое Иггдрасиль? – поинтересовался Джек.

– Священное дерево древних скандинавов, – ответил Джордж. – Оно простирается на все девять миров их мифологии.

– Проблема в том, что мы не можем контролировать направление ветвей, – сказала я. – Мы знаем, когда гостиница протягивается в определенный мир, и иногда можем в него перейти, но ее невозможно заставить пустить ветвь в какое-то определенное место. Большинство гостиниц инстинктивно тянутся к Баха-чару. Обычно это первый мир, который нам открывается. Мы не знаем почему. Иногда говорят, что семя самой первой гостиницы было привезено к нам из Баха-чара и что все ее потомки инстинктивно стремятся к связи со своей родиной. Подобно тому как лосось преодолевает сотни миль, чтобы добраться до нерестилища. Уверяю, я знаю все миры, в которые добралась эта гостиница, и твои координаты среди них не значатся. Более того, ты просишь о портале в мир, который очень похож на наш. Этот мир – еще одна Земля, существующая в собственной маленькой реальности, оторванной от большей части космоса. Это все равно что залезть в карман пальто Вселенной. Я не знаю возможностей каждой гостиницы на Земле, но мой отец всегда говорил, что создать дверь в такое вот альтернативное измерение просто невозможно. Это разрушило бы гостиницу.

Джордж откинулся на спинку стула. Я продолжила наслаждаться каждым кусочком своих блинчиков.

– Но ты можешь открыть портал в Баха-чаре?

– Да.

– Если тебя поймают, придется здорово поплатиться, – сказал Гастон.

– Придется рискнуть, – ответил Джордж, плавно поднимаясь. – В таком случае я все равно буду признателен за помощь. Я бы хотел, чтобы ты сопровождала меня в тот мир и обратно. Я могу найти дорогу туда из Баха-чара, но мне нужно, чтобы ты провела меня обратно в гостиницу.

Я потерла лицо.

– Ты просишь меня покинуть гостиницу, пока она полна гостей.

– Да. Я беру на себя полную ответственность.

– Я не понимаю. Ты арбитр. У тебя есть технология, позволяющая вернуться в гостиницу из Баха-чара.

– Я не хочу использовать предоставленную мне в распоряжение технологию в личных целях, – сказал Джордж.

– Ты чего-то недоговариваешь.

– Он хочет отправиться в мир, который для нас под запретом, – пояснил Джек. – В наш родной мир. Если он воспользуется каким-либо из устройств, предоставленных нам Арбитражным управлением, его можно будет отследить. Ему устроят выволочку.

На мгновение я опустила взгляд в пустую тарелку и задумалась о том, как бы помягче отказать человеку, который вскоре должен выписать мне чек.

– Итак, ты хочешь, чтобы я покинула гостиницу, подвергнув своих гостей опасности, и сопроводила тебя на задание, которое потенциально может привести к твоему отстранению, срыву мирных переговоров, потере моего дохода и разрушению репутации этой гостиницы. Не мог бы ты пояснить, почему я должна это делать?

Гастон тихо рассмеялся. Джордж вздохнул:

– Я так же заинтересован в успехе этого мирного саммита, как и ты. При нынешнем положении дел я не верю, что переговоры увенчаются успехом. Проблема в Руахе, пуленепробиваемом мечнике.

Ага. Он как-то намекал на то, что «Гертруда Хант» не справится с одним отрокаром?

– Ты сомневаешься, что я могу его сдержать?

Джордж поморщился:

– Не в этом дело. Я знаю, что ты можешь подчинить Руаха. Проблема в мышлении отрокаров. Они признают, что вампир-одиночка – более универсальный воин, но у них есть непоколебимая вера в свое превосходство благодаря генетической специализации. Руах – вершина этого процесса. Они верят, что с мечом он непобедим. Пока его силу невозможно поставить под сомнение, он заставляет их чувствовать себя непобедимыми. Я должен разрушить эту веру. Должен доказать им, что он и Орда не всесильны. И сделать это надо в понятных для них выражениях.

– Почему бы не использовать вампиров? – спросила я.

– Потому что это просто перевернет монету, – сказала Кальдения, входя на кухню. Ее волосы были тщательно уложены, бледно-зеленое платье подчеркивало цвет ее лица, макияж лежал безупречно. Проницательные глаза осматривались вокруг, а в осанке чувствовалась царственность и опасность. К ней вернулась грация. Трое мужчин поклонились. Она кивнула им и приняла от Орро чашку чая.

– Если он использует рыцаря, чтобы победить непобедимого отрокара, то тот же иммунитет, который сейчас ощущают отрокары, перейдет к Святой Анократии. Чтобы заставить их сотрудничать, необходимо смирить обе стороны. Он должен изменить само их мировоззрение.

– Я готов рискнуть своей карьерой, – сказал Джордж, – потому что считаю это абсолютно необходимым. Это не спонтанное решение.

У меня было ощущение, что Джордж вообще не делал ничего спонтанного. Если у него когда-нибудь и случался роман на одну ночь, он наверняка был тщательно продуман и организован.

Мяч на моей стороне. Оставлять столько гостей без присмотра было безумием. Но Джордж прав. Чем дольше тянется саммит, тем сильнее становится гостиница, но и тем дороже нам стоит их присутствие. Саммит должен был завершиться в разумные сроки и закончиться миром, а не войной. Если он провалится, винить начнут всех подряд, и «Гертруда Хант» получит удар по репутации.

Что делать? Нас не будет по крайней мере час. За час многое может произойти. Офицер Маре может вернуться с подкреплением. Отрокары могут попытаться прорваться сквозь стены и устроить беспорядки. Вампиры могут поджечь гостиницу…

Ладно, надо остановиться. Безумные теории ни к чему не приведут.

Моя мать не одобрила бы такой безрассудный план. Но отец счел бы его приключением. Так что даже родители не смогли бы дать мне точный ответ, как поступить.

– Проводи меня в Баха-чар, – повторил Джордж. – Обещаю, что оттуда я смогу справиться сам.

Если нас поймают, у Джорджа будут неприятности, а заодно и у меня.

– Завтрак подадут гостям в комнаты через полчаса, – сказала я. – Согласно расписанию, саммит должен начаться через час после завтрака. У нас есть около полутора часов. Твои люди должны обеспечить, чтобы за это время ничего не случилось.

– Проблем не будет, – сказал Джек.

Я поднялась:

– Нам нужно спешить.

* * *

Я сидела на корточках на полу небольшого магазинчика.

Стены и пол были покрыты красивым светлым ковролином, создающим фон для сотен лакированных шедевров, искусно расписанных узорами самых разных цветов: бирюзовыми, золотыми, ярко-алыми. Кувшины в форме экзотических птиц, на которых сражались друг с другом странные чудовища, блюда с диковинными цветами – все это заполняло полки и стояло в каждом уголке. Хорошо, что я почти не взяла с собой денег, иначе не устояла бы.

Джордж, одетый в простой коричневый плащ, сидел рядом со мной на корточках и вел оживленные