Турнир Родов - Дм Норт

появлялись первые коэффициенты. Утром ему предстояло убить человека, который был к нему добр. А вечером он только что узнал, что девушка, которой за последние дни доверял больше, чем собирался, носит фамилию Рода, с которого началась смерть Олега. Ещё вчера победа должна была сделать всё проще. Пока получалось наоборот.

Глава 9. Добрые люди

Игорь проснулся ещё до того, как в коридоре появились слуги. Перед первым боем его разбудил страх, сегодня он просто открыл глаза и сразу понял, какой сейчас день. Он уже знал, что будет дальше: заставит себя позавтракать, лекарь осмотрит повреждённое плечо, слуги принесут турнирную рубаху, меч и щит, а перед выходом он затянет ремень щита на одну дырку сильнее, чтобы рука меньше немела. Ещё совсем недавно Игорь приехал в Москву младшим братом Олега, человеком без места на турнирной доске и без обязанности кого-либо убивать. Теперь он готовился выйти на арену второй раз. И больше всего его беспокоило, что он уже знал, как это делается.

На стуле возле кровати сидел Нуня и пытался затянуть на себе ремень новой защитной накладки. После первого боя Илья велел срочно заказать ему другую: старая стала тесной. Изменение было небольшим, но портной всё равно дважды снимал мерки и недовольно уверял, что бес не мог вырасти настолько за несколько дней. Нуня считал, что портной просто плохо работает.

— Если я продолжу так расти, — сообщил он, увидев, что Игорь проснулся, — к финалу придётся заказывать мне отдельный экипаж.

— Если продолжишь так есть, это потребуется раньше.

— Рост требует вложений.

— Ты вчера съел почти целого кролика.

— Поэтому сегодня мы уже видим результат.

Игорь сел и потянулся за рубахой. Бок отозвался тупой болью. Лекарь вчера предупреждал, что часть ушибов проявится только утром, и оказался прав. На плече темнел большой синяк от удара Сутормина, ниже локтя осталась длинная царапина. Нуня некоторое время наблюдал, потом спросил:

— Ты опять боишься?

— Да.

— Хорошо.

— Что хорошего?

— Вчера ты тоже боялся и выиграл. Значит, пока работает.

— Отличная система.

— Я вообще начинаю разбираться в Турнире.

Игорь надел рубаху и взял со стола программу. Напротив первой пары второго круга стояли две фамилии. Бестужев — Остроумов. На бумаге всё выглядело даже проще, чем вчера с Суторминым.

— Андрей ничего мне не сделал, — сказал Игорь.

Нуня поправил накладку.

— Уверен?

— Уверен.

— Может, в детстве что-нибудь?

— Я познакомился с ним три дня назад.

— Вот. Ты не знаешь его детства.

Игорь отложил программу.

— Бестужевы помогли нам после смерти Олега. Княгиня остановила меня на станции. Потом пригласила на приём. Андрей разговаривал со мной нормально ещё тогда, когда остальные участники смотрели так, будто мне по ошибке разрешили войти в их комнату.

Нуня перестал возиться с ремнём.

— И?

— И ничего.

— Тогда в чём проблема?

— Сегодня мне нужно его убить.

Нуня помолчал. Обычно здесь появилась бы шутка. Что-нибудь о возможности договориться с Андреем заранее, о болезнях, которые можно внезапно обнаружить у обоих участников, или о том, насколько Турнир был бы удобнее, если бы разрешалось отправлять вместо хозяина специально обученного родственника. На этот раз бес только спросил:

— А он что будет делать?

— В смысле?

— Сегодня. Андрей.

Смысл дошёл до Игоря раньше, чем Нуня закончил.

— Пытаться убить меня.

— Тогда всё не так сложно.

— Очень помог.

— Я стараюсь.

Нуня подошёл ближе.

— Мне всё равно, хороший он или плохой.

Игорь нахмурился.

— Я заметил.

— Нет. Ты не понял. Мне правда всё равно.

Бес сказал это совершенно спокойно.

— Я не знаю его. Я знаю тебя. Мне нужно, чтобы вечером ты вернулся сюда. А он постарается сделать так, чтобы не вернулся. Значит, сегодня нам опять надо победить.

Несколько секунд Нуня смотрел на него без обычной усмешки. Потом дёрнул ремень накладки, тот снова выскочил из пряжки, и бес выругался.

— Вот это, кстати, сейчас убьёт меня раньше Бестужева.

Игорь забрал ремень и застегнул сам.

* * *

Княгиня Бестужева приехала, когда Игорь уже собирался спускаться к завтраку. Об её приезде сообщил Илья. Он вошёл в комнату без обычных утренних бумаг и сказал только:

— Внизу княгиня.

Игорь некоторое время смотрел на дядю.

— Зачем?

— Думаю, не ко мне.

Княгиня ждала в малой гостиной. Она была одета совсем не так, как на приёме или императорском обеде: тёмное дорожное платье, никаких украшений, только маленькая брошь с гербом Бестужевых. Перчатки лежали на столе. Рядом стояла нетронутая чашка чая. Игорь остановился у двери.

— Ваше сиятельство.

— Закройте.

Он закрыл дверь. Бестужева некоторое время рассматривала его. Особенно задержалась на перевязанном плече.

— Лекари разрешили?

— Они никогда не разрешают Турнир.

— Разумные люди.

Она указала на кресло напротив. Игорь сел. Он заранее представлял этот разговор ещё со вчерашней жеребьёвки. Княгиня могла попросить не добивать Андрея, если тот окажется ранен. Предложить какую-нибудь договорённость. Напомнить, что Бестужевы помогли Остроумовым. Даже попросить Игоря проиграть — хотя последнее было настолько нелепо, что он сразу отбрасывал такую возможность. Бестужева сказала:

— Если сможете закончить бой, закончите.

Игорь решил, что ослышался.

— Простите?

— Если Андрей окажется перед вами без защиты, если у вас будет чистая возможность нанести смертельный удар — бейте.

Она говорила ровно.

— Не пытайтесь его щадить.

Игорь смотрел на неё.

— Я думал, вы приехали попросить именно об этом.

— Тогда плохо обо мне думаете.

— Он ваш внук.

— Поэтому я здесь.

Бестужева взяла перчатки и снова положила их на стол, хотя совершенно ясно никуда ещё не собиралась.

— Андрей готовился к Турниру с детства. Он знает, что происходит на арене. Вчера он видел ваш бой. Сегодня выйдет против вас не человек, которого обманули или заставили. Он сам поднимет меч.

— Но если будет возможность…

— Какая?

Игорь не ответил.

— Оставить его в живых? — спросила княгиня. — Как именно вы собираетесь это сделать?

— Откуда мне знать?

— Потому что такой возможности нет.

Она сказала это без жестокости, почти деловым тоном.

— Если Андрей упадёт, но сможет продолжать, он продолжит. Если вы опустите меч, он воспользуется этим. Если попробуете ранить его достаточно сильно, чтобы бой остановили, Хранители не остановят. Вы знаете правила.

Игорь знал. Для Великого Договора поединок заканчивался только смертью зарегистрированного участника. Тяжёлое ранение, потеря сознания, отказ от продолжения ничего не меняли. Победителя без жертвы не существовало.

— Я не хочу, чтобы мой внук погиб, — сказала Бестужева. — Но ещё меньше хочу, чтобы он погиб потому, что вы сначала решили проявить милосердие, дали ему возможность атаковать, а потом всё равно были вынуждены его убить. Или погибли сами.

Пальцы Бестужевой лежали на