Турнир Родов - Дм Норт

упал. Ничего красивого не произошло. Нога просто скользнула на песке после слишком резкого отхода. Раненая рука запоздала, щит ушёл в сторону, и Андрей оказался рядом быстрее, чем Игорь успел подняться. Он увидел меч. Андрей не остановился. Никакого колебания. Клинок пошёл вниз. Нуня врезался в Игоря сбоку.

Удар пришёлся по краю щита и частично по защитной накладке беса. Нуня вскрикнул, отлетел и несколько раз перевернулся по песку. Игорь перекатился. Меч Бестужева вошёл в землю в том месте, где только что была его грудь. Игорь вскочил на колено. Андрей уже разворачивался. И вот тогда слова княгини наконец перестали быть словами. Андрей действительно собирался его убить.

Не из ненависти. Не потому, что Остроумовы сделали что-то Бестужевым. Не потому, что хотел унизить Игоря или доказать собственное превосходство. Просто потому, что это был бой. Если Игорь останется лежать, Андрей закончит его. И будет прав по всем правилам их мира. Игорь поднялся.

— Нуня!

— Живой!

— Я вижу!

— Тогда зачем спрашиваешь?!

Бес Бестужева снова бросился на него. Нуня встретил противника. Игорь перестал думать о том, как сохранить Андрея. Это почти сразу изменило бой. Раньше часть каждого решения оставалась направлена назад. Не слишком ли опасен удар. Можно ли вместо атаки отступить. Не приведёт ли возможность к смерти. Теперь Игорь начал искать только одно. Как закончить.

Андрей почувствовал перемену. После очередного обмена ударами он отступил немного дальше обычного и впервые перестал улыбаться. Игорь снова атаковал. Раз. Два. Андрей отбил оба удара. Третий Игорь даже не собирался доводить. Ему нужно было заставить противника сместиться влево.

Там работал Нуня. Бес Бестужева снова перекрыл ему путь. Игорь увидел то, чего раньше не замечал. Перед тем как защитить хозяина, бес всегда сначала смотрел на Андрея. Совсем коротко. Доля секунды. Не ожидание команды. Скорее проверка.

Андрей почти не командовал вслух, но между ними всё равно существовал ритм: взгляд, движение, ответ. Игорь ударил снова.

— Нуня!

Бес посмотрел. Игорь не успел ничего приказать. Нуня уже понял. Он бросился не на противника, а в сторону Андрея. Бес Бестужева повернул голову к хозяину. Этого оказалось достаточно. Нуня резко сменил направление и ударил его в бок.

Не сильно. Но впервые за бой противник потерял равновесие. Игорь пошёл вперёд. Андрей отбил удар. Потом второй. Отступил.

— Нашли, — сказал он.

Игорь не ответил. Андрей тоже понял, что именно они увидели. Теперь следующий взгляд беса хозяин попытался скрыть движением корпуса. Но привычка уже существовала. Игорь ждал её. Нуня ждал тоже. Впервые за бой Бестужевы начали реагировать на Остроумовых, а не наоборот.

* * *

К концу Игорь почти перестал слышать трибуны. Дышать мешал бок. Рука с мечом дрожала. Кровь с плеча стекала до локтя и делала рукоять скользкой. У Андрея был разрез над бровью, часть рубахи на груди разорвана, дыхание стало тяжёлым. Оба беса выглядели ещё хуже. Нуня хромал. Бес Бестужева держал одну руку прижатой к боку. Красивый бой закончился давно. Теперь каждый удар требовал слишком много сил, каждый отход становился короче, а ошибки происходили не от глупости, а от усталости.

Игорь увидел возможность почти случайно. Андрей снова защитился. Его бес повернул голову. Нуня рванулся вперёд. На этот раз противник ждал атаки и встретил его. Они столкнулись. Нуня оказался снизу.

Бес Бестужева прижал его к песку. Игорь понял, что всё пошло не так. А потом Нуня обхватил противника обеими руками и не попытался вырваться. Просто удержал.

— Сейчас! — заорал он.

Андрей уже двигался к нему. Игорь тоже. Они сошлись почти в центре арены. Первый удар ушёл в щит. Второй — в меч. Третий Андрей отбил и сразу ответил. Игорь не успел полностью уйти. Клинок скользнул по боку.

Он почувствовал тепло. Не остановился. Андрей сделал шаг назад. Ещё один. Нога попала в углубление, оставшееся после борьбы бесов. Совсем небольшое. Но колено дрогнуло.

Игорь ударил. Андрей успел повернуть корпус. Недостаточно. Клинок вошёл под рёбра. Они оказались почти вплотную. Игорь чувствовал дыхание Андрея. Несколько секунд никто не двигался.

Потом Андрей посмотрел вниз. На меч. Затем снова на Игоря. Игорь вытащил клинок. Андрей опустился на колени. Трибуны уже кричали, но звук доходил словно через толстую стену. Игорь отбросил меч и подхватил Бестужева под плечо, не давая ему сразу упасть.

Он совершенно не понимал зачем. Рана была смертельной. Они оба это знали.

— Андрей.

Бестужев поднял глаза. Игорь ожидал чего угодно. Последней фразы. Проклятия. Просьбы передать что-нибудь княгине. Андрей ничего не сказал. Только очень коротко кивнул.

Так же, как вчера после жеребьёвки. Будто Игорь наконец сделал именно то, чего от него требовали. После этого тело стало тяжелее. Игорь осторожно опустил его на песок. Где-то рядом бес Бестужева перестал сопротивляться Нуне. Тот отпустил противника и попятился. Оба смотрели на тело Андрея.

Потом бес Бестужева издал странный короткий звук и сел прямо на песок. Игорь тоже сел. Только теперь заметил, что кровь на боку течёт слишком быстро. На арену уже шли Хранители. Лекари ждали у края, но пока не имели права приблизиться. Сначала смерть должна была стать жертвой.

* * *

Саркофаг закрылся над Андреем Бестужевым. Это была девятая жертва Великого Договора. Церемониймейстер произнёс положенные слова. Каменную плиту под императорской ложей перевернули. Теперь отмеченных было девять. Толпа снова закричала имя Остроумова. Первая победа могла быть случайностью. Вторая уже требовала другого объяснения. Игорь почти этого не слышал.

Лекарь закончил перевязывать бок прямо в проходе под трибунами и приказал немедленно ехать домой.

— После следующего боя.

— Нет.

— Я хочу посмотреть.

— Вы потеряли достаточно крови.

— Значит, легче сидеть.

Лекарь посмотрел на Илью.

— Скажите ему.

— Бесполезно, — ответил тот.

Игорь встал. Голова ненадолго закружилась, но пол остался на месте. В конце прохода стояла княгиня Бестужева. Он остановился. Илья тоже заметил её и тихо отошёл. Княгиня подошла сама. Несколько секунд Игорь пытался подобрать слова.

Все казались отвратительными. «Соболезную» — человеку, сына которого он только что убил. «Он сражался достойно» — словно княгиня сама этого не видела. «Простите» — за то, что она утром сама потребовала сделать. Игорь просто склонил голову. Бестужева посмотрела на его перевязки.

— Поздравляю, князь Остроумов.

Он поднял глаза. Не Игорь. Князь Остроумов. Совсем небольшая перемена.

— Спасибо.

— Андрей сражался хорошо.

— Да.

— И вы.

Игорь хотел сказать, что ничего хорошего в последних минутах боя не было. Не сказал. Княгиня и так видела.

— Я сделал, как вы просили.

— Я знаю.

— Если бы…

— Не надо.

Она остановила его.

— Не ищите сейчас