"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

— Я привык сначала искать решение, а уже после проверять, насколько оно неудобно.

— И много семей вы устроили в Америке?

— Ни одной. Поэтому ещё не успел приобрести дурных привычек.

Теперь Хлудов всё-таки усмехнулся, но сразу вернул лицу прежнюю тяжесть.

— Анфиса не девица, которую можно повести по домам и показывать женихам.

— Я и не собираюсь её показывать.

— А что собираетесь?

— Сначала поговорить с ней.

— О чём?

— О ней самой.

— Это ещё зачем?

— Чтобы понять, какого человека искать.

Хлудов посмотрел на меня с настоящим недоверием. Долг, проценты и закладная укладывались в его представление о мире. Мужчина платил или не платил; отец давал приданое; дочь выходила за подходящего человека. Моё намерение расспрашивать Анфису Парамоновну о желаемой жизни показалось ему не неприличным, а практически бесполезным.

— Муж должен быть порядочный, состоятельный и не ниже её по положению, — сказал он. — Что ещё понимать?

— С ним ей предстоит жить, а не вам.

— Я отец.

— Поэтому вы знаете, от чего хотите её защитить. Но, возможно, не всё знаете о том, к чему она готова.

— Вы считаете, что после одного разговора узнаете мою дочь лучше меня?

— Нет. Я рассчитываю после одного разговора знать её лучше, чем сейчас. На данный момент я знаю имя, приданое и размер долга, который исчезнет после её свадьбы. Для выбора мужа этого мало.

Хлудов отвёл взгляд к свечам. Он мог прекратить разговор в любую секунду. Бумаги оставались у него, право начать взыскание — тоже. Моё предложение не давало ни гарантии, ни срока, ни человека, которого можно было немедленно привести и посадить в соседнее кресло. Оно предлагало лишь возможность решить ту задачу, ради которой Парамон Ильич согласился смешать дочь с долгом Михаила.

— И если она скажет, что вовсе не хочет замуж? — спросил он.

— Тогда мы хотя бы перестанем искать решение задачи, которой нет.

— Задача есть.

— Значит, она это подтвердит.

— Вы ловко поворачиваете слова.

— Это дешевле тысячи восьмисот рублей.

— Пока дешевле.

Он поправил папку на коленях. Я видел, что отказа ещё нет. Хлудов не верил в мой способ, но уже оценивал не саму идею, а риск позволить мне попробовать. Для него этот риск был небольшим: дочь выпьет чай с вернувшимся из Америки дворянином, долг останется при нём, а взыскание никуда не исчезнет.

— При ней о долге ни слова, — сказал он.

— Разумеется.

— И о нашем разговоре.

— Без её согласия она не должна становиться участницей сделки, о которой не знает.

— Я сказал: ни слова.

— Я вас услышал.

Хлудов ещё немного помолчал.

— Алексей Николаевич, в субботу мы пьём чай около пяти часов. Приезжайте.

Он произнёс это с заметным сомнением, словно уже жалел, что предоставляет мне право говорить без заранее утверждённого текста.

— Хорошо, Парамон Ильич. В субботу к пяти.

Глава 8

Я посмотрел на Хлудова. Приглашение решало только первую часть задачи: давало мне возможность увидеть Анфису Парамоновну и услышать её собственный голос. Однако человек, предложивший искать дочери другого мужа, должен был хотя бы понимать, где начинать поиски. До сих пор я располагал одним городом, одним долгом и полным отсутствием знакомых, что несколько затрудняло подбор достойных кандидатов.

— Ещё один вопрос, Парамон Ильич. Кто, по-вашему, был бы лучшим мужем для Анфисы Парамоновны?

Хлудов ответил сразу:

— Князь Илларион Петрович Неретинский.

Он не задумался, не перебрал двух помещиков, одного чиновника и молодого человека с хорошими надеждами. Имя лежало у него готовым. Купец назвал князя так, словно я спросил не о возможном женихе, а о самом высоком доме в городе.

Фамилия показалась знакомой. Перед глазами возникла тесная передняя Лапшина, мужчина в перчатках и его вопрос, заданный уже у открытой двери: «Вы надолго приехали?» Того князя звали Сергеем Петровичем Неретинским. За весь разговор он узнал обо мне больше, чем рассказал о себе, и ушёл так спокойно, что нельзя было понять, был ли его вопрос вежливостью или проверкой.

— Вы не ошиблись именем? — спросил я. — Сегодня у Фёдора Ивановича меня представили князю Сергею Петровичу Неретинскому.

— Не ошибся. Сергей Петрович тоже достойный человек, но он женат.

— Существенное препятствие.

— И детей имеет, — добавил Хлудов. — Я говорю о старшем брате, князе Илларионе Петровиче.

Сергей Петрович, следовательно, исключался из проекта ещё до того, как успел узнать о своём кратком участии. Это было справедливо и к нему, и к его жене. Зато появился брат, которого я не видел и о котором знал только имя.

— Почему именно Илларион Петрович?

Хлудов положил ладонь на папку.

— Вы спросили лучшего.

— Именно поэтому я хочу понять ваш выбор.

— Князь человек порядочный. Своё имеет, за чужими деньгами не ходит. Род древний. Илларион Петрович ни перед кем не заискивает и жениться ради приданого не станет.

— Он вдовец?

— Да.

— Возраст?

Хлудов посмотрел на меня с лёгким неодобрением.

— Не мальчик. Человек состоявшийся.