Обратный отсчет - Токацин

хотел что-то сказать, но тут со дна «ободранной» долины донёсся тяжкий гул — и сармат, не дослушав, быстро пошёл к обрыву. Внизу Текк’ты, уложив два ангара на свои тела, как на катки, медленно волокли их на «восток», к уже вскрытым загрузочным шахтам. Полные склады были тяжелы даже для таких гигантов. Гедимин смотрел, как змеи утопают в скале, и как уплотняется под ними камень. «Лишь бы выдержал сам пласт. На обратном пути им будет легче.»

…Массивную обечайку — шахту входного люка — надвигали на купол, придерживая с четырёх сторон. Скала расступалась перед ней, растекаясь в стороны, как вязкая жижа. Обечайка легла — и каменный свод опустился, накрывая её с боков. Теперь внешнюю обшивку станции, как и оставленные для забутовки пустоты, можно было увидеть только на экране сигма-сканера — или просочившись по загрузочным шахтам. Вспомогательный корпус был смонтирован. Гедимин, тяжело дыша, опустил сигма-сканер, но всё-таки не удержался и скользнул лучом по верхней полусфере соседнего, жилого, корпуса. Она не просела — все расчёты оказались верными. «Два из трёх,» — сармат пожалел, что не может утереть лоб — пот стекал по бровным дугам, неприятно щекоча виски. «Завтра — последний слой забутовки. Месяц на устойку — и внутри можно будет работать. Теперь дело за металлом. Трубы, цистерны, крышки…» — сармат, угрюмо щурясь, оглянулся на «восток». Световой гейзер давно отгорел, у предметов появились тени, по коридорам гулял тепловатый сквозняк, хотя термочаши давно убрали. «Снаружи плюс восемнадцать. Всё, что могло, растаяло. И даже, наверное, утекло. Закончу тут — пойду в столицу. Пора запускать литейню.»

За спиной что-то громыхнуло, следом захрустел гравий.

— Опять⁈ — обречённо взвыл кто-то из филков. Его слова потонули в грохоте — что-то округлое и массивное сбросили с высоты на гравий. Гедимин развернулся и увидел, как с холма спускается «пленный» сааг-туул. Второй «пленник» ждал внизу. На его боку висело обмотанное тросами-щупальцами круглое дерево. Ещё два лежали на плато, в двух шагах от городского купола, частично зарывшись в гравий. Рядом стояли патрульные и пара поселенцев и сердито щурились на деревья.

— Опять эти грёбаные клинья! — поселенец раздосадованно фыркнул. — Ещё с прошлого раза пальцы ноют!

— Вольно ж было по ним лупить, — отозвался патрульный. — Учат вас, учат…

«Деревья?» — Гедимин едва заметно ухмыльнулся. «Древесина лишней не будет. Но зачем Айзеку столько субстрата? К тому же — глина кончилась, запекать не в чем. Сковать им, что ли, специальный разборный реактор? Или сами скуют? Зря мы их, что ли, учим…»

…На треск разрядов и перьев, щелчки и довольные возгласы Гедимин выходить не стал — только покосился на стену, из-за которой они доносились. Пару минут он ждал характерного грохота падения, но Вепуат, видимо, освоился с крылатым «ранцем» и приземлялся мягко. Стук молотков по клиньям и треск лопающейся древесины, и без того нечастые, стали реже и тише — филки-«дровосеки» вместо работы глазели на лётные тренировки. Сирена не выла — отвлекаться Гедимину было незачем, и он снова повернулся к мерно стучащему ткацкому станку. Привод был настроен и не сбивался — всё опускалось и поднималось, когда нужно, только щёлкал, перелетая с края на край, заправленный с запасом челнок. Работа шла медленно, по два щелчка на секунду, и сармат пока не решался её ускорить.

Голоса за ангаром стихли, и молотки застучали с новой силой. В цех, опасливо оглядываясь на дверь, проскользнула бригада ткачей. Гедимин одобрительно кивнул им, но станок загородил спиной. «Нечего радовать их раньше времени. Совсем работу забросят. А я вот сомневаюсь, что эта штука им сильно поможет.»

— Зэйдека забрали, — буркнул филк, проходя мимо. На станок он даже не взглянул.

— Зэйдека забрали, — повторил он, угрюмо щурясь на Гедимина. — А Войя так и не вернулся. Это уже второй десяток. Ничего о них не слышал?

Сармат качнул головой, чувствуя неприятный холод под лопаткой. «Забрали двадцатерых, никого не вернули…»

— Спроси Айзека. Я в Ураниум не езжу, — ответил он. Филк, поморщившись, прошёл мимо.

…Снаружи всё ещё было тихо — если не считать стука молотков и приглушённой ругани. Гедимин покосился на сигма-сканер и удивлённо хмыкнул. «Ни Вепуата, ни его инструктора. А туун-шу висит себе на привязи. Улетели без него?»

Сармат вышел из цеха. Снаружи филки выдирали из разломанного надвое дерева сердцевину и кидали в повозку. Ещё два дерева были утыканы клиньями сверху донизу, но раскалываться не спешили. «Половина вбита мимо шва,» — определил Гедимин. «Разломят. Но намучаются.»

— Эй! Кет! Гедимин! — громко прошептал один из «дровосеков», опустив молоток. Второй огляделся по сторонам и застучал по клиньям. Через раз он попадал по коре, да и удары были слабыми, зато звук разносился по всему плато.

— Разрежь эту штуку! — филк кивнул на сфалт на плечом сармата. — Тебе дела на секунду, а нам тут…

— Эй! — раздался сбоку от Гедимина сердитый голос Гварзы. Сармат подошёл к дереву и сложил руки на груди, недобро глядя на рабочих. Филки, подобрав молотки, снова застучали.

— Не знаешь, где Вепуат? — спросил Гедимин. Гварза пожал плечами.

— Летает. Да какая разница? Проку от него ещё меньше, чем… Эй! Тащи к душевой! Термочаши собрал? А поддоны?

Филк трижды кивнул и снова ухватился за оглоблю. Волокуша медленно поползла к душевой. Гедимин мигнул.

— Термочаши зачем?

— Вытапливать жир, — отозвался Гварза, смерив сармата угрюмым взглядом. — Теск, у тебя работа кончилась?

— Настраиваю станок, — Гедимин кивнул на ангар. — Жир? А для субстрата он не нужен?

Гварза поморщился.

— Есть другие применения. Жир, грубое волокно, — всё пойдёт в дело. Эй! Это отложи. Вместе с корой пойдёт в субстрат. Когда Кет и Хепри наконец привезут глину.

Из разрубленного дерева вместе с пластами волокна вывалились какие-то жёсткие воронковидные структуры. Филк пытался вырубить их из массива, волокно пружинило и отбрасывало лезвие. Гедимин еле слышно хмыкнул. «Не видел раньше таких штук. Надо показать их Вепуату. Надеюсь, прилетит он сам, и искать не придётся.»

…За стеной зашуршал гравий, и снова послышался знакомый треск.

— Ну как? — спросил Вепуат.

— Для такой тяжёлой туши — неплохо, — отозвался Киф. — На туун-шу забраться сможешь. Завтра после разминки займёмся, наконец, делом.

Вепуат радостно хмыкнул.

— Позвать Уттунри?

— Пока без него. Тут нужен хоть кто-то опытный, — ответил Киф. — Зверя с утра не корми!