Обратный отсчет - Токацин

однако близко не подходил и устройство разглядывал через навершие посоха. Айзек деловито изучил привод, заглянул в батарею шпулек, тронул натянутую основу и свисающий кусок полотна, прижатый плашкой. «Намотать бы эту штуку на вал,» — снова шевельнулось в мозгу Гедимина. «Но — рискованно. И всё равно нитки скоро кончатся.»

— Очень даже неплохо, — Айзек просунул пальцы в складку полотна и приподнял его, разглядывая на просвет. — Ишха это уже видел? Что сказал?

Гедимин угрюмо сузил глаза.

— Видел. Щупал. Не спрашивал.

Айзек, хмыкнув, поднял рычаг привода и оглянулся на отодвинутый в сторону «мотор».

— Покажешь в действии?

Хассинельг, поймав угрюмый взгляд Гедимина, быстро шагнул в сторону. Дальше шагать было некуда — он и так упёрся в стену. Сармат, пожав плечами, накинул привод и открыл клапаны. Челнок с тихим щелчком проскользнул под натянутыми нитями, следом щёлкнула прижимная плашка. Пара секунд — и машина застучала часто, выходя в рабочий режим. Складки полотна шевельнулись.

— Очень и очень неплохо, — пробормотал Айзек, глядя на секундомер. — Два сантиметра в минуту?

Гедимин кивнул.

— Метр и две десятых в час… — Айзек смерил взглядом свисающее полотно. — При такой ширине…

Гедимин поддёрнул сползающую ткань и покосился на шпульки. Запаса нитей хватало ещё сантиметров на двадцать. Сармат подавил тяжёлый вздох. «Опять заправка основы. Филка, что ли, к ней привлечь…»

— А нитки эта штука сама на себя мотает? — спросил, выглянув из-за печи, Хассинельг. Ему было явно не по себе.

— Дождёшься, — буркнул Гедимин, закрывая клапаны. Уточная нить закончилась раньше — но уток и заправлялся быстрее. Сармат заглянул в нишу и достал запасённый моток. «Последний. Надеюсь, прядильщик вчера ушами не хлопал…»

— Сорок восемь метров в сутки, — пробормотал Айзек. — Или чуть меньше… Гедимин, ты не пробовал запускать машину на полный день?

Сармат фыркнул. Из-за печи донеслось фырканье прядильщика.

— Где я возьму столько ниток⁈ — филк высунулся в коридор. — Он и так у меня всё перетаскал! Вы тут фабрику открыли — так не с одним же станком на всё про всё!

Гедимин угрюмо кивнул.

— Пока не наработаны нити, станок нет смысла трогать. Скорость-то можно нарастить. Он и пять метров в час выдаст. Вопрос в промежуточных операциях… — он занёс ладонь над почти опустевшими мотками. — Вот мне сейчас всё это подвязывать. Двадцать нитей на сантиметр. Каждую — вручную.

Айзек щёлкнул языком.

— Непростая операция… И с механизацией — никак?

Гедимин резко качнул головой. Ему было досадно.

Айзек заглянул за печь.

— Как ты тут? Справляешься?

Прядильщик накрыл ладонью сдвоенный респиратор и кивнул на вентиляционные лючки.

— Если бы не ветер в окно, дышать было бы нечем. А так — работа как работа. Всё лучше, чем колоть деревяшки.

— Вам плотников прислать? — шевельнулся, наконец оторвав взгляд от станка, Хассинельг. Айзек отмахнулся.

— Мастера нам пока не нужны. А подмастерьев — своих натаскаем. Двойной респиратор — это из-за особенностей асаана. А если бы ты прял растительное волокно? Или животное?

Филк озадаченно хмыкнул.

— Тут ещё и такое есть?.. Нет, точно нужна другая прялка. Или даже несколько.

Айзек оглянулся на Гедимина. Тот пожал плечами.

— Будет нужно — сделаю. По одной под каждый тип волокна. Вот ангары освободятся…

«Расспросить Вепуата про типы волокна,» — мелькнуло в голове. Сармат покосился на разведчика и недовольно сощурился. Вепуат сейчас был где угодно, только не здесь, — взгляд плыл, под респиратором угадывалась мечтательная ухмылка, и смотрел он мимо всех станков на «южную» стену и сквозь неё — на «юго-западный» край плато. Пернатый скафандр на плечах шевелился, продувая воздушные полости и разминая крылья.

— Кость… — Айзек щёлкнул пальцем по планке с мелкими отверстиями. — Что за организм?

Гедимин пожал плечами.

— Что-то летающее. Такую и нашли.

Айзек хмыкнул, оглянулся на позвонки-наковальни и едва заметно ухмыльнулся.

— Природа поработала за нас?.. Гедимин, нам завтра-послезавтра, пока Хассек здесь, от тебя нужен будет список. Все детали, которые ты смог бы сделать из крупных костей. Или из раковин. Требуемая форма, толщина, прочность… Пульт управления, например. Большая ракушка с некоторой доработкой… или те же сигнальные свистки и некоторое оружие.

Гедимин мигнул.

— Пульт управления… из ракушки? На атомной энергостанции?

Айзек усмехнулся.

— Почему нет, атомщик? Это ж не реактор. Это держалка для рычагов и подставка под зеркало. Кость сработает не хуже металла. И, кстати, меньше будет заражаться и фонить.

Гедимин на секунду прикрыл глаза. «Ракушка на атомной станции… Ну да что там — после костяных-то рычагов…» — он поморщился. «И после одежды из промытого помёта. Почему бы и не пульт из ракушки?»

— Хорошо, что мне тут не работать, — пробормотал он. В памяти всплыли костяные била стиральной машины. «Таких агрегатов нужно будет несколько. Или один, но очень прочный.» Сармату представились костяные опоры, выходящие из стены, и он повёл плечами. «И стапеля для скафандров. Не металл же на них переводить.»

…В цеху Гедимина ждал незаправленный ткацкий станок. Поэтому возвращаться сармат не спешил, а вместо этого глазел на спущенного к земле туун-шу. «Трилобит», судя по булькающим звукам из-под панциря, был не слишком доволен, но тросы его держали. Вепуат, подставив ладони, подсаживал Бронна в приоткрытый брюшной люк. Мелкий абориген взволнованно попискивал, но за край ухватился ловко. Люк захлопнулся.

— Отпускай! — из-под спинной пластины высунулся ящер-«инструктор». — Попробуешь нагнать нас на лету. Сегодня ты не командуешь, понял? Можешь резвиться на спине и вокруг неё. Лететь за зверем, над зверем, под ним. Только крылья не трогай и под хвост не попади.

— Над ним? — Вепуат задумчиво посмотрел на страховочное щупальце. — Забавно…

— Ага, многим нравится, — по шипам ящера пробежала искра. — Под хвост не влезь!

Последний люк закрылся. Вепуат оглянулся на Гедимина.

— Не хочешь с нами? Место на спине, считай, свободно.

Гедимин качнул головой.

— Не сейчас. Вот начнёт он тебя хоть как-то слушать…

Вепуат обиженно хмыкнул.

— Он слушает. Без Кифа я, правда, ещё не пробовал…

Ящер выглянул из брюшного люка.

— Так мы летим или нет?

Вепуат отцепил швартовы, и зверь, ударив по воздуху хвостом, рванулся к открытому «окну». Сармат взлетел следом. Секунд через пять, уже высоко над городским куполом, он нагнал туун-шу и метнул в него щупальце. Оно прилипло к спинному щитку. Гедимин провожал животное взглядом, пока