Обратный отсчет - Токацин

Сармат нехотя шагнул назад. Он смотрел, как Сэта — уже ввосьмером — поднимают Вепуата на плечи.

— Головой вперёд, — деловито скомандовал тот. — И без спешки. Хочу посмотреть, в какой момент Киригу стало плохо.

Айзек с сердитым шипением схватил Гедимина за плечо и выдернул из круга. Тот не сопротивлялся. Он смотрел, как первая пара Сэта-«носильщиков» исчезает в огне, и как голова и шея Вепуата расплываются плазменным облаком. Рука сармата дёрнулась, и Гедимин схватился за «арктус». В ту же секунду он опустил прибор — защитное поле тут ничем не могло помочь.

Вепуат провалился в огонь уже по пояс. Другой костёр вспыхнул ярче, выпуская клубящееся красное облако. Оно разделилось надвое, потом между двумя формирующимися гуманоидными фигурами показался третий объект. Ещё доля секунды — и Вепуат шумно вздохнул и открыл глаза. Костёр выпустил его плечи, потом — грудь. Сармат выгнулся назад, свесив голову, и уставился на «портал», в котором таяли его ступни. Гедимин увидел кривую ухмылку.

— Экспериментатор, м-мать твоя пробирка… — сармат сам не заметил, как прошептал это вслух.

— Кто бы говорил, — отозвался Айзек, вставший с ним бок о бок. Вепуат уже был снаружи, и Сэта с явным облегчением опустили его на гравий. Сармат тут же зашевелился и начал подниматься. Двигался он медленно и как-то неуверенно. Гедимин, стряхнув руку Айзека, шагнул к нему.

— Живой?

— Вроде да, — отозвался Вепуат, выпрямляясь. Заглянув Гедимину в глаза, он весело хмыкнул.

— Те ещё ощущения. Про калёный стержень — это Кириг не соврал. Прямо вот так по всей коже, — он чиркнул пальцем по плечу и предплечью. — Но недолго. Когда ты уже плазма, ничего странного не чувствуешь. Так, онемение.

Он ухмыльнулся, глядя на свою руку.

— Хотел помахать ей, пока она плазменная. Ни кварка не вышло. Что по одну сторону — шевелится, по другую — управление как отрезает.

Он пошевелил пальцами ног и оглянулся на сброшенный скафандр. К костру, переглядываясь, вышли двое филков, и Айзек двинулся к ним — проверять на завалявшийся ипрон.

— Сам влезешь, или помочь? — спросил Гедимин, глядя на броню. На дальней стороне круга уже трещал перьями и расправлял крылья Скаф, и Эгнаций с трудом его удерживал.

— Влезу, — отмахнулся Вепуат. — Сам-то не хочешь попробовать? Сэта позовут ещё четверых…

Гедимин поморщился.

— Введи себе флоний, — посоветовал он, возвращая Вепуату кровяной камень. — Все эти… штуки фонят на весь холм.

«Если бы замерить дозу на переходе,» — Гедимин покосился на дозиметр и с сожалением качнул головой. «Ипроновый корпус. Не пролезет.»

Сэта, разделившись по четверо, уже несли филков-добровольцев к разным кострам. «Не перепутаются?» — мелькнуло в голове Гедимина. Тихий треск и скрежет отвлекли его — кто-то неосторожно прислонился к его скафандру наэлектризованными шипами.

— Чего тут ни увидишь, — прошептал Тик-Кифахси; он привстал на средних лапах и вертел головой, пытаясь уследить за двумя «экспериментами». Сэта держались спокойно — видимо, опыты с одновременным перемещением в разных направлениях ставились давно, часто и никому ничем не угрожали. «Но я туда всё равно не полезу,» — думал Гедимин, глядя на довольного Вепуата и пернатую массу на его плечах. «Разве что в крайнем случае. Пространственные проколы — одно дело. Вот так рассыпаться на атомы — другое.»

Филк, по плечи высунутый из костра, с радостным воплем открыл глаза и попытался привстать. Сэта обхватили его крепче, и вовремя — он едва не вырвался.

— Замри! — крикнули ему Айзек и Вепуат. Сэта рывком выдернули филка из портала и все вместе уселись на гравий, тяжело дыша. Сармат попытался было вскочить, но его повело вбок, и он снова сел, потирая макушку. Вепуат двинулся к нему.

— Вы тут с Сэта на короткой ноге, — прошептал Тик-Кифахси, и Гедимин, разобрав слова, едва не хрюкнул в респиратор.

— Вы с ними совсем по-свойски. Огненного камня у вас, верно, завались. Никаким Кьюссам не снилось.

Гедимин хмыкнул.

— Нужен кейек? Бочонок жидкой молнии — и получишь… — сармат хотел сказать «по весу», но осёкся, вспомнив, что сок в деревьях обновляется постоянно, а вот горные породы в трапповых разломах — вряд ли. — Крупный камень получишь. Или три мелких.

Киф привстал на задние лапы, заглядывая сармату в глаза.

— Жидкая молния? Что, и вам нужно? Зачем? Не охотитесь… Воевать? С кем?

Гедимин досадливо сощурился.

— Да что вы всё про оружие⁈ Она нужна для…

В его спину врезался чей-то кулак… точнее, как сармат с изумлением понял, уже разворачиваясь, — приклад. Позади с винтовкой наперевес стоял очень сердитый Айзек. Киф, едва его увидев, шарахнулся в сторону и взлетел. Подался он к норе под душевой, — Гедимин успел увидеть это краем глаза, пока подбирал слова.

— Ты в себе? — Айзек заговорил первым. — Ты что сейчас собрался сдать Хигам? Ту дрянь, от которой сам за голову хватался⁈

— Sa— at has— sesh… — выдохнул Гедимин, прижимая ладонь к респиратору. «Ну естественно. Скогнов уже научил. Был магнит, стало оружие. И эти… да чем они отличаются⁈»

— Прогрессор, яд-дро Юпитера… — процедил Айзек сквозь зубы. — А ведь Хиги — это полдела. Кому твоё новшество мгновенно досталось бы? С кем Хиги в вечном союзе⁈

— Has— su— ke— mesh… — прошептал Гедимин, оглядываясь на душевую. Айзек мрачно кивнул.

— То-то же. Иди ты лучше… к реактору!

…Под реакторным куполом фонарь не ставили — каждый приходил со своим. Гедимин, увидев на краю светового круга белый холм, привычно снял с пояса «факел». Сбоку, в пятне белесого свечения, что-то шевельнулось.

— Хетшер, — Хиг говорил тихо — если бы не тишина, опустившаяся на долину, сармат его и не услышал бы. — Жидкая молния тебе правда нужна?

— Угу, — ответил Гедимин, поворачиваясь к норе. — Много. И лучше в трубках, чем в бочках. И про кейек я не соврал.

Из норы донёсся электрический треск.

— Арцак знает? Он у вас главный. Не против? Я-то достану. Не было бы проблем…

Гедимин мигнул.

— Айзек? — спина, вроде бы и не сильно ушибленная, внезапно заныла. — Знает, само собой. Молния нужна для очистки воздуха. Привози. И своим скажи. Тут в день Земли бывает большой торг — Сэта, Скогны… В общем, прилетайте.

— Торг? Сэта и Скогны? — Хиг высунулся из норы по плечи и