Баба-Яга в Ведовской Академии, или Кощеева Богатыристика - Витамина Мятная

Если кто-то вздумал использовать последнюю Ягу изнанки в своей шахматной партии, что стоит этой Яге дойти до конца доски, стать королевой и использовать эти знания в своих целях, тем самым разрушив заговор против себя любимой и сломав все планы злодеям?

Опираясь на мускулистое плечо зверотыря, я вообще не видела здесь никаких препятствий.

Придя к решению, я зачавкала с удвоенной силой.

Время от времени зверотырь с бычьим мычанием пододвигал мне куски посочнее, я отвечала ему теми же коровьими звуками, боясь открыть рот и потерять попавшее туда.

Пусть другие ежки былинками да черствыми камнями питаются, запивая все это горьким полынным настоем, а мне для борьбы с нечистью нормальная еда нужна, тем более вон она какая, эта нечисть… Навья.

ГЛАВА 8

Рано утром на очередной лекции я клевала носом, зато выглядела довольнее и упитаннее многих. В том числе и веректриссы, которая в этот день больше походила на биссектрису и бегала по углам, ища пропавшие продукты. Но обвинить голодных адептов не смела, видно, боялась, что съедят от бескормицы.

Сегодня лекцию вела сама Василиса Премудрая. Через каждое слово, заклинание и формулу проскакивало: «…истинная любовь не знает поражения», «беззаветные отношения», «преданность до гроба», «незыблемые чувства», «вторая половинка». Проскакивали даже «чувственное влечение», «мания обыкновенная» и «магнетическое тяготение».

Все, что глава академии говорила о любви, больше походило на некую сильно заразную болезнь, которой ты заболевал, и не было от нее лекарства окромя смерти. И почему-то именно эта искренняя, бескорыстная, заразная любовь должна была помочь нам победить навьих, что лезли из всех щелей.

Разумеется, в паре со своим избранником. Этакий семейный подряд: почти убил навьих — дай добить своей половинке.

А когда пошли приемы групповой борьбы с навьими, стало только хуже. Позы на схемах и картинках, в которые надо было вставать вдвоем во время борьбы с нечистью, очень смахивали на Камасутру.

Короче, веректрисса топила за коллективную работу и обретение истинной пары, чтобы всей семьей — мама, папа, я, тридцать три богатыря и три ежки — давить навьих.

Несмотря на то что половина класса смотрела на Василису Премудрую влюбленными глазами, советы она давала дельные, формулами делилась редкими, но у другой половины класса при этом слегка стекленели глаза, и я ежек понимала. Это сколько же рожать надо, чтобы организовать такой табун богатырчиков и ежек?

К середине лекций подустали и ослабели от голода не только адепты, но и отжигавшая у доски Премудрая. По изможденным лицам богатырей и ежек становилось понятно, что они готовы рожать хоть сейчас, лишь бы их покормили, особенно богатыри, у которых накачанные мышцы требовали калорий.

Ситуацию спасла кикимора, влетевшая в аудиторию с воплями: «Собачья страсть в деревне объявилась!»

Адепты второкурсники оживились, словно кикимора выдала: «Собачьи галеты в сельпо завезли!» Тем не менее голодными адептами это было воспринято именно так. Все засуетились, лекции отменили, боевые отряды отправили в свои комнаты собираться.

На вторую половину дня у нас был назначен очередной вылет в дозор. Особо голодные рвались на передовую борьбы с нечистью, я же видела в этом шанс во всем разобраться.

Опасность объявлена нешуточная, а это требовало определенных мер. Веректриссой было приказано разделиться на пары, но не со своими защитниками, требовалось позаимствовать витязя у подруг. Якобы это делалось для тренировки. Чудные правила.

По логике вещей в пекло лезть надобно с проверенным человеком, а они уже сработавшейся тандем разбили и перемешали.

Впрочем, потом нас для большей выживаемости организовали в небольшие эскадроны летучих ежек. Богатырей и витязей требовалось дислоцировать в место несения боевого геройства. Лошадей почему-то запрещалось брать, а такие бравые туши на одной метле не увезешь.

В мой отряд попали ясно-соколы со своими четырьмя ежками. Как увидела их, захотелось глаза протереть, померещилось, что, то ли двоится, то ли четверится. Передо мной стояли четыре одинаковых девицы, только форменные черные передники по-разному повязаны.

Тут же сыто дремали Скел Черепов и еще пара витязей, упакованных в броню, что твоя черепаха.

Ежкины хижины приказано было оставить так же, как и лошадей, более того — привязать, чтобы не увязались следом.

Как всегда, ничего не объяснив, раздали участки, и мы выдвинулись на места искать и обезвреживать загадочную нечисть под названием «Собачья страсть».

⁂

Летели боевым клином, очень серьезные и собранные. Только Скел Черепов, презрев все наказы, скакал на своем скелетоне. По правде говоря, я не знала, на чем еще можно передвигать такую гору мышц. С бронированными витязями и Финистами ясно-соколами метлы как-то справлялись, но я не знала такого бревна, что смогло бы поднять в воздух зверотыря. Плюнув на все, витязь взял с собой любимую конягу. И в самом деле, что может сделаться с ходячими мощами?

Я же, удобно устроившись в седле, что домовая чисть приделала к моей швабре, строила планы на будущее.

Во-первых, требовалось взять в оборот Финистов ясно-сколов. Это самое легкое. Чтобы исправить фиаско в реальности, они мне что угодно пообещают.

Второе сложнее. Я не сомневалась, что мне будут нужны объяснения самого опытного богатыря в нашей группе. А это получить уже сложнее.

Еще вчера зверотырь относился ко мне хорошо, а сегодня уже не очень. Не обиделся же он из-за того, что я его ночью обожрала. Да и не ела я много… не больше его уж точно.

Я так это разумела. Одно дело — жрать в две глотки, чтобы не одному потом отвечать, а другое — делится информацией и секретами. Но он же обещал решить с утра все мои проблемы!

Поэтому я задумала подкатить к герою с кучей вопросов и просьбой о помощи и, к своему удивлению, получила резкое, непоколебимое «нет».

— Но ты же обещал решить мои проблемы утром! — возмутилась я такому двуличию, несправедливости, а самое обидное — резкой перемене. То они ласковые и плечо для поддержки подставляют, а то обижаются из-за пары колец колбасы!

Я набрала в грудь воздуха, чтобы возмутиться.

— Сейчас уже полдень, — сообщил мне хмурый зверотырь.

Я только и смогла открыть рот и обиженно закрыть. Тут не поспоришь, солнышко и впрямь припекало в маковку.

Я надулась и замолчала. Зверотырь тоже обиженно надувал губы, хмурил брови и ворчал, только я не понимала почему.

Из раздумий меня вырвали и напрягли странные звуки позади, не только я, но и остальные,