Государственный Алхимик - Анна Кондакова

— Завтракай без меня. Мне надо кое-что проверить, — бросил я и, пришпорив рысаря, сорвался с места.

Глава 14

Я промчался на рысаре по единственной улице деревни.

Злость забурлила внутри.

Петля вокруг меня затягивалась, да так, что любое сопротивление делало только хуже!

Убийца расхаживает по усадьбе. Вокруг разруха, и никто не хочет ничего менять. Отец что-то замышляет. Летающие кочевники нападают на деревню, а сами деревенские ненавидят меня и даже хуже — презирают за ртутный дар.

Ну а мне пришлось наступить себе на глотку и начать изучение ненавистной алхимии, чтобы моя собственная магия работала лучше.

И самое паршивое — я никому не могу доверять. Ни охране, ни сестре, ни другу, ни помощнику. Даже старенькой няне!

Я пришпорил рысаря.

Весть о появлении опасного магического животного ещё не облетела Усть-Михайлово, поэтому при виде зверя, да ещё такого крупного, люди с ужасом кидались в стороны вместе с перепуганными курами.

Ну а Буян всё же не удержался и прямо на бегу сцапал одну курицу. Несчастная птица сгинула в его пасти, расщеплённая Магическим Зноем за секунду. Это для Буяна были пустяки. Он вообще отлично умел ловить на лету любую еду.

В утробе рысаря сыто булькнуло.

— Ты портишь мне репутацию, паршивец! — рявкнул я на зверя. — А она и так почти уничтожена!

На это рысарь прибавил скорости так резко, что я чуть из седла не вылетел.

Мы помчались дальше. И не куда глядят глаза, а по конкретному маршруту.

В поезде я подробно изучил карту Гнилого Рубежа, а территория была большая, размером с крупную губернию. Только скорость у Буяна была такая, что расстояние не стало большой помехой.

Сначала мы отправились на запад от деревни — в долину с полями, засеянными пшеницей и овсом. Потом промчались у подножия холмов с березовыми рощами и по берегу заболоченного озера, ближе к северу, ну а потом местность резко сменила краски.

Поле с разнотравьем вдруг закончилось, а дальше глазам предстали побелевшие, будто покрытые инеем земли: трава, голые деревья и даже камни — всё было покрыто слоем маслянистой белой слизи или чего-то подобного. И над всем этим клубился белёсый туман.

Я остановился на границе между землями: живой и мёртвой.

Буян мотнул головой и захрапел.

Эта опасная белизна ему тоже не понравилась, хотя зверя с Магическим Зноем сложно было напугать некрасивым пейзажем. Но тут даже рысарь среагировал и с волнением начал перетаптываться на месте.

— Ты тоже чувствуешь это? — Я всмотрелся вдаль и принюхался.

Как однажды сказала Нонна ещё в поезде: «Нос алхимика — один из его инструментов».

Она даже учила меня правильно чувствовать запахи, чтобы улавливать малейшие их оттенки в алхимических составах.

Да, у неё был профессиональный нюх, как у парфюмера.

Только почему он не помог ей распознать запах яда в пирогах, которые она доставала из печи?..

Я втянул носом воздух.

Неторопливо так, немного поведя головой и будто смакуя местный аромат — как настоящий алхимик. Не знаю почему, но ассоциация возникла стойкая: действительно пахнет фруктами, чем-то вроде перезрелых персиков.

Запах был очень приятный — его хотелось вдыхать полной грудью, но вместо этого я задержал дыхание и отъехал назад, подальше от мёртвой зоны.

Опять вспомнились уроки Нонны.

«Запомни, Илья: чем приятнее и заманчивее запах, тем опаснее состав яда, — говорила она. — Проверь, возможно, ты имеешь дело с ядовитым паровым полем. Значит, у него есть источник, в котором и лежит настоящая отрава. Всё остальное — лишь следствие. Нужно найти источник и уничтожить».

Это была полезная информация.

Получалось так, что убийца брал яд именно из такого источника.

А если учитывать, где именно я сейчас находился, то связь с ядами была прямая. Там, дальше, за небольшой рощицей, стояли заброшенные шахты — Хинские Рудники, лет тридцать как заражённые ядом.

Говорили, что это какой-то природный яд, обнаруженный при строительстве шахт и добыче руды.

Экспедиций учёных было много, но после смерти одной из таких групп исследования прекратили, а шахты полностью запечатали. Противоядия так и не нашли. Хотя теперь это был уже спорный вопрос, ведь в моём кармане лежал бутылёк с универсальным противоядием от няни.

Я быстро достал зелье, откупорил пробку и накапал несколько капель себе на ладонь. Затем снова подъехал ближе к белому полю и махнул рукой, чтобы капли упали на белую слизь.

Ну а потом принялся ждать.

Прошла минута, за ней другая…

Так я прождал около двадцати минут, но так ничего и не дождался. То ли противоядие не сработало, то ли оно сработало так, что это было незаметно. Проверять и лезть руками в белую слизь я не стал — у меня ещё сохранился инстинкт самосохранения.

Я убрал бутылёк обратно в карман и наклонился к уху рысаря.

— Ты тоже не понял, работает зелье или нет? Видимо, пока что по этому полю нам не пройти, хотя очень хочется проверить.

Рысарь мотнул головой, будто говоря: «Я-то не боюсь, мне ничего не будет, а ты что, сдохнуть собираешься?».

Тут он, конечно, был прав.

Если пойти просто так — без защиты — то можно легко умереть и без наёмного убийцы. Собственно, на это мой папа, Борис Ломоносов, и рассчитывал. Наверняка, ему уже доложили, что печать на воротах меня не убила. Однако он был человек предусмотрительный, поэтому вариантов моей смерти у него имелось ещё предостаточно.

Взять хотя бы Хинские Рудники.

Такого алхимика, как я — с начинающим рангом Пробуждённого Неофита и кастой «Ртуть и Меркурий» — можно легко уничтожить неизвестным ядом. Я не смогу создать магический щит, а значит, просто умру от отравления.

Надёжнее смерти не придумаешь.

Идеальный несчастный случай.

Вот если бы я был на два ранга повыше, то у меня бы имелась крепкая защита от ядов, даже лучше, чем у любого золотого алхимика (да, у ртути тоже были свои преимущества).

Но ранга мне не хватало.

Зато у меня было кое-что другое — более серьёзное. Правда, ещё ни разу в этом мире мне не удавалось такое задействовать.

В магии Первозванного имелись не только два основных силовых режима: Режим Спокойствия и Режим Войны.

Был ещё один. Третий и самый сложный.

Он назывался — Режим Абсолюта.

Его Формулы могли много чего. Например, призывали доспех и оружие из Абсолюта в любой момент времени. Когда-то в прошлом мире я даже этим забавлялся: призывал меч, потом