Южный континент - Денис Игоревич Камков

впечатление, что эльфы отплыли домой с Южного континента, причем в спешке побросав все, что не смогли с собой увезти. Он надеялся, что южанам было неизвестно точное количество приплывших к ним кораблей. Кроме созданного антуража, он приказал перед уходом разрушить все боевые машины, подъёмные мосты, дома, а затем поджечь деревянные пристани.

Два десятка эльфов, сразу после битвы, отправленные принцем на новое место для лагеря, должны были подготовить его для долговременного обитания пятидесяти оставшихся в живых воинов. Лендолас решил обосноваться недалеко от дельты реки, в самой глубине массива джунглей, то есть там, где они высадились с кораблей и провели свои первые на этом континенте дни. Южане недолюбливали джунгли, за все года, что эльфы провели на Южном континенте, он ни разу не видел, чтобы их воины заходили в них. Более того, прошлой зимой он наблюдал, как гарны, буквально колом вставали перед их границей. Кроме того, что вести военные действия в труднопроходимых тропических дебрях совершенно невозможно, там обитало большое количество действительно опасных зверей, с которыми южане, в отличие от эльфов не могли легко справиться.

Когда эльфы уходили, с ними выразил желание отправиться Одрук, молодой южанин, все эти годы исправно трудившийся на кухне и вместе с остальными бывшими пленными, а позднее добровольцами, обеспечивающий быт и питание лагерю. Он подтвердил догадки Лендоласа о том, что южане обходят джунгли стороной. Хотя это не было табу, ни один из них, по доброй воле, в джунгли не совался. Всех остальных молодых южан, заранее отпустили, определив их в одно из мирных поселений, чтобы они не увидели и не выдали затем южанам скрытный маневр эльфов. Лендолас, не имел ничего против того, чтобы забрать с собой Одрука, однако немного подумав, решил сделать немного по-другому.

Он поговорил с юным южанином и решил оставить его ненадолго в лагере, сделав как бы свидетелем их отплытия. После того как Одрук расскажет о том, что собственными глазами видел отплытие корабля с эльфами домой, он должен будет отправиться в лагерь к эльфам. На границе джунглей он встретится с двумя рейнджерами, которых Лендолас оставил неподалеку, на самой кромке сельвы, чтобы они понаблюдали за южанами, которые, несомненно, в самом скором времени явятся, чтобы проверить опустевший лагерь.

На следующий день эльфы покинули сожженный порт и свой лагерь, служивший им верой и правдой домом, и отправились в центр джунглей, возвращаясь на то место, где они впервые высадились на Южный континент три с половиной года назад.

Часть 2. Драгорт.

Глава 17. Великий лес. Мир Пента. 391 год. Отплытие.

Сразу после обручения, на котором присутствовал король Эльсинор, Сэм и еще с десяток высокопоставленных и близких ко двору короля эльфов, мы с Сэмом начали готовиться к отплытию. Поручение Владыки Эльсинора, позволяло нам взять с собой абсолютно все, что только может нам понадобиться в этом смертельно опасном путешествии в неизведанные, враждебные людям и эльфам южные земли.

Провизия, амуниция, снаряжение, все это мы грузили в трюм бригантины, которую нам предоставил король, для нашей миссии. Бригантина – это двухмачтовое деревянное судно со смешанным парусным вооружением, прямыми парусами на передней фок-мачте и с косыми на задней грот-мачте. На бушприте дополнительно были закреплены стаксель, кливер и бом-кливер. Вооружение ее составляли двадцать пушек и небольшой абордажный отряд. Команда корабля состояла из двадцати опытных мореходов, ранее не раз ходивших по торговым маршрутам, в том числе и в порт Южного материка.

Суета последних дней наконец-то отступила, и мы с Сэмом почти с явным облегчением погрузились на корабль, который тут же отчалил, взяв курс на Южный континент. Предстояло длительное плаванье и у меня появилось время, чтобы осмыслить последние дни и события. Самым ярким и запоминающимся из них было мое обручение с дочерью короля Лучиэниэлью. Грандиозный пир, на котором присутствовали в основном эльфы, был проведен внутри замка, в зале первого этажа, а так же в саду его внутреннего двора. Эльфы в праздничных, сверкающих драгоценностями одеждах танцевали и играли на музыкальных инструментах, создавая вокруг волшебную и сказочную атмосферу. Я с невестой сидел за столиком в центре залы и немного смущался тем потоком внимания, который окружал нас со всех сторон. Хотя приглашенных на этот обряд было не так много, эта церемония не считалась закрытой. Все эльфы, находящиеся в этот день в пределах дворца, посчитали нужным посетить наш столик, чтобы высказать какие-либо подобающие случаю слова в наш адрес. Моя невеста тоже ощутимо смущалась и периодически очень мило краснела, когда знакомые ей, но совершенно незнакомые мне эльфы, что-то говорили, упоминали какие-то события и вспоминали памятные им обоим случаи из ее жизни.

Вечером, когда на небосклон высыпали яркие звезды, мы с Лучиниэлью вышли в сад, поднялись на специально сделанный для этой церемонии, украшенный цветами и драпировками постамент и под взглядами короля, Сэма и приближенных лиц торжественно обменялись серебряными кольцами из гномьей стали, в знак нашего обручения. Музыка, игравшая до этого неторопливый и лиричный мотив, резко ускорилась, зазвучали трубы, хлопнули со звоном литавры и мы, следуя вековой традиции, слились в долгом и нежном поцелуе, на глазах аплодирующей нам приглашенной на наше обручение публики. Пир затянулся до следующего утра. Только с рассветом, приглашенные гости начали понемногу расходиться и мы, наконец, смогли вздохнуть с облегчением и немного погулять вдвоем по просыпающемуся с первыми лучами солнца саду, в относительном одиночестве.

(более подробно об истории знакомства Драгорта и принцессы Лучиэниэль можно прочитать в серии книг «Древо Миров»).

Хотя нам с ней так и не удалось надолго остаться наедине, король не отпускал ни меня, ни ее из своего поля зрения, нам все же удалось договориться о способе оставаться на связи на время моего длительного отсутствия. Лучи, как и я, обладала навыками путешествия в астрале. Опыта у нее было намного меньше, чем у меня, потому как ее астральное пространство было ограничено проекцией Великого леса, который обладая собственным разумом, свято оберегал свои границы, как в обычном, так и в астральном мире. Зато я, как полноправный с недавних пор житель Леса, и полномочный представитель короля мира людей, мог входить и выходить через его границы совершенно свободно.

Мы договорились по возможности, каждый второй день недели, вечером, после заката солнца, выходить в астрал одновременно, чтобы я, достигнув астральной проекции Великого леса, мог увидеться с ней хотя бы в виде своей астральной оболочки. Сам я во