Скорость - Адам Хлебов

Я почти дошёл до метро и остановился у таксофонов. Они все были заняты. Люди стояли и болтали в трубки.

Впрочем, меня эти истории не останавливали. Проблема теперь была в другом.

Она касалась денег. Я не знал, сколько Баклан мог бы запросить за нужные мне запчасти. Наверное, ненамного меньше, чем обозначил Володя.

В самом начале у меня была надежда на то, что Володя по старой памяти возьмёт первичные расходы на себя, как в случае с журналами.

Но это было большой ошибкой. Теперь я понял, что во взрослом мире это так не работает. Нужно было изначально рассчитывать на свои силы.

Я был очень наивен, полагая, что если Володя много зарабатывает, то ему ничего не стоит мне помочь и вложить в запчасти мои деньги.

А тут ещё доллары проклятые. И такая огромная цена. Мне стало немного не по себе оттого, что я представил, что не сумею выполнить своего обещания, данного Артуру и Славе.

Поэтому я был готов на всё, кроме нарушения закона. Даже на то, чтобы попросить у отца денег в долг.

Один из телефонных аппаратов наконец-то освободился. Я достал двухкопеечную монету из кармана, подошёл к нему, взял в руки трубку, приложил её к уху и прижал плечом.

Ещё раз мысленно приободрив себя, я выдохнул и набрал свой домашний номер.

После трёх гудков монетка с характерным булькающим звуком провалилась в чрево телефонного автомата, и я услышал голос отца в шипящем динамике таксофонной трубки.

Глава 12

«У действительно хороших раллистов насекомые расплющены об боковые стёкла»

Вальтер Рёрль, неоднократный победитель Ралли Монте-Карло.

— Алло, слушаю.

— Пап, привет, это я. Как вы там?

Он бесстрастно и молча слушал вступительный рассказ о том, что со мной всё в порядке и о том, что я нашёл работу. Какой у меня замечательный коллектив и как хорошо меня приняли.

В итоге я решил не тянуть и нашёл в себе силы дойти до конца и попросить денег в долг. Он всё ещё молчал, когда услышал просьбу о помощи, а потом после паузы ответил:

— Сколько? Пятьсот рублей? А не охренел ли ты, сынок? — он никогда меня так не называл, в этом чувствовался издевательский подтекст, — я тебе всё сказал! Живи, как считаешь нужным и на меня не рассчитывай!

Я мог поклясться, что эти несколько жёстких слов отца неприятно засвербели у меня в ухе, словно залетевшее насекомое. Мой мозг продолжал их слышать и повторять.

Видимо, он собирался повесить трубку, но послышалась какая-то возня, неразборчивый голос мамы. Что-то типа «дай мне». А потом я услышал её голос.

Просить денег у неё я не стал. Она поспрашивала, где я живу и чем питаюсь. Я коротко повторил рассказ про автобазу Академии наук и попросил её не беспокоиться обо мне.

Она пожелала мне удачи и сказала, что верит в меня, и чтобы я ни за что не сдавался. Я постарался проявить внимание к ней и пообещал выполнить её просьбу, но слова отца не выходили у меня из головы.

«А не охренел ли ты, сынок?» эхом повторялись в моём сознании. С другой стороны, на что я рассчитывал?

В глубине души я понимал, что денег он не даст. Но всё же надеялся и не мог не обратиться к нему. Мне было важно выполнить своё слово.

Вдруг в душе что-то перещёлкнулось: теперь я ещё больше был уверен, что найду деньги, а потом амортизаторы для команды.

Как ни странно, решение пришло откуда не ожидал. Утром, приступив к работе, я увидел, что в бокс вошла довольно взрослая женщина.

— Мальчики, кто тут у вас будет, Каменев Александр? — звонким голосом спросила утренняя посетительница.

Парни в гараже удивились не меньше моего. Поздоровались с ней, обратившись по имени-отчеству. Это была одна из сотрудниц бухгалтерии.

Я сделал шаг вперёд, вытирая замасленные руки чистой тряпкой.

— Здравствуйте. Это я. А что случилось? — я выступил вперёд, сделав шаг навстречу.

— Ничего не случилось, тебя к телефону.

— Меня к телефону? — я нахмурил брови, пытаясь понять, кто бы это мог быть, — кто?

— Женщина. — Она мельком посмотрела на всех присутствующих. Словно хранила какой-то секрет от них.

Те переглянулись с молчаливой улыбкой.

Ломая голову, кто бы это мог быть, я зашагал вместе с ней.

— Не хотела говорить при ребятах, но звонит твоя мама. Мало ли как тебе потом обернётся — дразнить начнут.

— Как она меня нашла? А главное, как уговорила вас за мной сходить?

— Ну, телефон предприятия в любом отраслевом справочнике можно найти. Мама твоя позвонила в секретариат, а там наш номер дали. Мы, вообще-то, не ходим звать к телефону, сам понимаешь — не набегаешься. Но тут материнская солидарность сыграла. Мой сын в армии сейчас. Вот я и пошла навстречу.

Пока мы шли, она всю дорогу рассказывала про то, что он служит на флоте.

Войдя в бухгалтерию, я почувствовал на себе взгляды пяти или шести сотрудниц, они сидели за своими рабочими столами и на пару секунд отвлеклись от работы.

Потом все молча уткнулись в свои журналы, балансы, сметы и путёвки. Оказалось, что за мной ходила сама главный бухгалтер автобазы, Светлана Валерьевна Неёлова, женщина лет сорока пяти, сохранившая мягкие приятные очертания лица.

Наверняка по молодости привлекательная внешность была не последней причиной того, что её приняли на работу.

Но главбухами на советские автопредприятия за «красивые глазки» не назначают. Слабакам тут не место.

Тут среди шоферюг, механиков и служащих могли продержаться только те, кто обладал стальной хваткой и характером. Её миловидность была обманчива, за ней скрывалась настоящая «железная леди».

Она выгрызла, выбила себе эту должность. Именно поэтому её личное посещение гаража прибавило мне очков в карму. Это было заметно по заинтересованным взглядам других бухгалтеров, когда Светлана Валерьевна завела меня в свой кабинет и прикрыла за собой дверь.

Теперь я у них числился в «блатных». На её столе лежала телефонная трубка. На том конце меня терпеливо дожидалась мама.

— Саша, привет. Как у тебя дела? — мне было немного неудобно, и я покосился на главного бухгалтера. Она вздохнула и вышла из своего кабинета.

— Всё отлично, мам. Как вы?

— Времени мало, мне пора бежать. Я не хотела вчера говорить при отце — я помогу тебе. Ты сказал, что тебе нужно пятьсот рублей?

— Да, с возвратом, естественно.

— Хорошо, ты можешь завтра отпроситься на час и приехать в обед ко мне на работу.

— Думаю, да.

— Хорошо, договорились.

— Ты не