Скорость - Адам Хлебов

— Нет. Завтра поговорим.

Каналья, неужели я получу ресурс, которого мне так недостаёт? Откуда у мамы деньги? Видимо, она все эти годы тоже экономила и копила в тайне отца.

Рано радоваться, но если у меня всё получится, и я достану эти амортизаторы, то войду в мир больших гонок не как провинившийся школьник, а как парень, который сумел сделать невозможное для команды.

В Союзе люди, умеющие «доставать», ценились на вес золота.

Ещё нужно посвятить в свои планы Трубецкого, без его одобрения все мои намерения и действия гроша ломаного не стоят.

Я вернулся в бокс и увидел, что «жигулёнок» снова выгнали. К моему удивлению, рядом с машиной стояла Нина.

Она снова была удивительно хороша, на этот раз красный брючный костюм маняще облегал её бёдра и аккуратную задницу, ни большую, ни маленькую.

Завидев меня, она помахала мне рукой. Её лучезарная улыбка была такой открытой, приветливой и манящей, что я волей-неволей стал улыбаться в ответ.

Мне показалось, что она хочет произвести на меня впечатление своими изящными формами, словно позируя перед фотообъективом.

— Нина, здравствуйте, вы выглядите волшебно.

— Спасибо, Саша, давай на ты, мы всё-таки из одной команды. И тебе привет.

— Хорошо, давай.

Она заглядывала мне в глаза, пытаясь смутить меня. Но я выдержал взгляд.

— Как тебе на новом месте? — в её голосе заиграли игривые нотки. Она будто флиртовала со мной, — ты уже обжился и привык?

Этот вопрос прозвучал как элементарная вежливость, но его вполне можно было принять за кокетство. Было непонятно, она имела в виду мой вагончик или гараж.

— Если ты имеешь в виду наш бокс, то всё отлично.

Дальше произошла неловкость, которую я посчитал преднамеренной. Она стояла у меня на пути, и я хотел обойти её справа.

Я сделал шаг в сторону, но Нина одновременно со мной сделала то же самое. Она как бы хотела меня пропустить, но «случайно» перегородила путь.

Мы столкнулись. Я почувствовал, как едва прошелся плечом по её упругой женской груди.

Она звонко засмеялась. Её глаза заискрились хитринкой. Прикосновение было приятным и волнующим. Она всё рассчитала до миллиметра. Ловко.

— Ой, прости, Сань, я хотела уступить тебе дорогу.

Мне нужно было ей ответить, но из тени гаража вышел Николай.

Он натягивал на голову рыжую кожаную ковбойскую шляпу и, нахмурившись, посмотрел на её улыбающееся лицо, потом уставился на меня.

Жилет, джинсы и гротескные остроносые «казаки» на его ногах совсем не подходили по стилю к костюму его девушки.

Этот ковбойский прикид пришёл в Союз вместе с относительно свежими вестернами — американскими фильмами про индейцев и ковбоев в середине семидесятых.

Мода на такой стиль в Москве уже сошла на нет. Видимо, Николай был не в курсе.

Впрочем, большая часть нашего мужского населения не очень заморачивалась внешним видом, фасоном одежды и не гналась за последними веяниями моды.

Хотя пофорсить хорошими импортными джинсами не отказался бы примерно каждый первый молодой человек.

Всё потому, что купить джинсовые штаны в магазине было почти нереально, так же как и достать их по приемлемой цене.

Я молча кивком поздоровался с Николаем, улыбнулся девушке и, обойдя её, зашёл в бокс. Конечно, подруга Соменко была прекрасна. Она явно симпатизировала мне и открыто демонстрировала это. Но что может быть общего у двадцативосьмилетней молодой женщины и студента первого курса?

Я отдавал себе отчёт в том, что она просто пытается сыграть на моём юношеском интересе к противоположному полу.

Она явно пыталась создать эмоциональную связь со мной для того, чтобы выводить из себя Соменко.

Ей нравилось дразнить его, заставлять ревновать и в конечном итоге делать Николая ручным, плюшевым.

Становиться инструментом в её руках я не собирался.

Я подумал, что она напоминает девушку из одного моего сна про будущее, но, силясь вспомнить его, я так ничего не сумел извлечь из памяти про неё.

Я стоял и просто наслаждался очертаниями её удаляющейся фигуры. Где-то глубоко в душе я на корню подавил в себе мысли о том, как она могла бы выглядеть обнажённой.

Всё-таки она — муза гонщика нашей команды, девушка товарища. Не хватало ещё позволить ей очаровать меня и окутать женским шармом.

Нет, такого не будет, просто потому что отвечать на заигрывания девушки твоего коллеги мерзко и подло.

— Мой совет тебе, Саня! Держись от неё подальше, — сказал из-за спины Артур, видя, как я провожаю взглядом уходящих в сторону проходной Нину и Николая, — она, конечно, ещё та красавица, но от таких чувих только и жди беды.

— Почему ты это говоришь? Переживаешь, что мы сцепимся с Соменко? — я обернулся к нему с улыбкой, он стоял рядом и тоже разглядывал её фигуру.

— Нет, в этом плане ты и он меня не волнуете. А вот она, конечно, ещё та красавица, но от таких чувих только и жди беды. Она вроде и с нами, с командой, а вроде и сама по себе. Вертит Колей, как хочет. Она легко проделает с тобой тот же трюк. Что-то в ней не так.

— Я это тоже заметил, но сомневался. Я эту пару пока плохо знаю. Ты считаешь, она его не любит?

— По-моему, она как кошка, которая гуляет сама по себе. Такие, кроме себя, никого любить не могут.

— Ты только при Соменко такого вслух не ляпни. Его инфаркт хватит.

— Я ему уже в лицо это говорил. Инфаркта не случилось.

— И что? Как он среагировал?

— Сказал, что не моё собачье дело.

— Грубо.

— Мне по фиг. Я тебе сказал, что о ней думаю, а ты сам решай. Ты уже не маленький.

— Ладно, спасибо за совет. Игорь Николаевич уже пришёл?

— Трубецкой уехал в командировку в Киев на неделю.

— На целую неделю? В Киев? — я непроизвольно почесал затылок.

— Да, он поехал с братьями Гирдаускасами тестировать и давать заключение по полотну в Киеве, на трассе «Чайка».

Братья Гирдаускасы были знаменитыми советскими гонщиками из Прибалтики. Их знаменитая летающая «трешка» — Полтинник, то есть с номером «50» на дверях, часто занимала призовые места и мелькала в репортажах и автомобильных статьях. О них говорил прибалт в больнице.

— Я знаю про эту трассу, её в семьдесят пятом ввели в эксплуатацию. Строили по международным стандартам.

— А вот и нет. Не ввели. Торопились и понаделали чёрт знает что.

— Я не ездил ни разу, но читал в «За рулём».

— В газетах и журналах про брак при строительстве не напишут. Когда построили, сразу обнаружили проблемы.

— Какие?

— Да вот хоть