Вожатый из 90-х - 2 - Валерий Александрович Гуров

Артур рядом резко выдохнул.

— Матвей…

— Молчи, — шикнул тот.

— Удаляй, — поторопил я. — Иначе время будем забирать из тех двух минут, что останутся у вас до прихода дежурной. Думаю, не надо объяснять, что вы умыться не успеете?

Палец пацана завис над экраном. Он поднял на меня глаза. В них было чистое бешенство. И это было хорошо. Пусть мотает на ус — если человек по-человечески не понимает, то надо как с собакой Павлова. Рефлекс выработать — за такие грязные вещи, как он себе позволил по отношению к Добрыне, больно будет вдвойне.

— Удаляй, — повторил я.

Матвей зло выдохнул и удалил видео из галереи. Потом мы прошли «недавно удалённые», переписку с Саввой, с Артуром и вычистили всё, что только можно было вычистить.

Савва полез в свой, всё время ругаясь на липкие пальцы. Он долго возился, потому что телефон не распознавал мокрый палец. В итоге он вытер руку, оставил на ткани пижамы красно-белый след и ткнул в экран.

— Всё! У меня всё!

— Облако открывай, — велел Игорь.

— Да нет у меня никакого облака!

— Чешешь как дышишь, — отрезал Игорь.

Савва застонал, но открыл. Облако действительно оказалось пустым.

Оставалось решить вопрос с Артуром, который не торопился доставать свой телефон.

— Удаляй, — сказал я Артуру.

— У меня с собой телефона нет, — соврал он.

А соврал потому, что я прекрасно видел телефон, чуть выпирающий в кармане его пижамы.

— В спальне забыл? — уточнил я.

— Да, я же не пойду туда в таком виде, — он всплеснул руками.

Я даже внутренне удивился — сообразительный какой. Делал расчёт на то, что я соглашусь с доводом не идти в спальню, чтобы не делать всё достоянием общественности. Надо будет посмотреть по личному делу, кто у него отец — в кого такой продуманный пацан вырос.

Посылать его в спальню мне было действительно не с руки. Когда завтра о нашем инциденте у умывальника узнает весь лагерь. Крайность, которой хотелось бы избежать. Однако давать пацану поле для манёвра я тоже не хотел.

— Ну так ноги в руки и чеши в спальню, пацаны тебя проводят. Игорь, Даня?

— Канеш, проводим, Роман Михайлович, — подтвердил Игорь.

Артур даже вздрогнул от неожиданности — явно не ожидал, что я это ему предложу. Но и сдаваться раньше времени пацан тоже не собирался. В его светлую голову вдруг пришло решение — попытаться взять меня на понт и обвести вокруг пальца. Попытку, конечно, можно было засчитать. Но, увы для Артура, в мою пользу.

Пацан сделал вид, что идёт в спальню, с такой уверенной рожей, что хоть стой, хоть падай. Я не стал его останавливать. И, сделав несколько шагов по коридору, Артур остановился сам.

— А ниче, что у вас проблемы будут⁈

— Ниче, — невозмутимо ответил я. — Одной больше, одной меньше. Артурчик, у меня к проблемам уже иммунитет выработался. Воспринимаю их как задачи.

Пацан опешил, быстро смекнул, что его трюк по отношению ко мне не работает. Помялся, а потом сделал вид, что спохватился, и сунул руку в карман, где лежал его мобильник.

— Ой, кажется, я забыл, что телефон с собой взял.

— Вон как, — сказал я всё так же невозмутимо. — Ну всё, хорошо. Я тебе на всякий случай напоминаю — файл надо удалить, а то ты у нас такой забывчивый.

Артур сжал губы, понимая, что сел в лужу. Газировка капнула с волос ему на нос. Он раздражённо смахнул её и только размазал помаду по переносице.

Артур быстро разблокировал мобильник, удалил видео из галереи, из чата.

— Всё, — буркнул он.

Глеб наклонился к экрану.

— Теперь сделай поиск по названию файла.

Артур замер, слова ему явно не понравились.

— Какому названию? — раздражённо спросил пацан.

Глеб ткнул пальцем рядом с полем поиска, не касаясь телефона.

— У видео есть имя файла. Оно сохраняется в пересылках и загрузках. Ты идиота из себя не делай, Артур.

Пацан снова подавил злость. Всё-таки ввёл название, но сделал это с ошибкой. Вот же хитрожопый…

— Время идёт, — мягко напомнил я.

— Ладно…

Он всё-таки ввёл название правильно. На экране вылезло сразу несколько результатов. Личный чат с Саввой. Чат с Матвеем и… ещё одна строка. Та, которая, признаться, заставила меня напрячься. Контакт был подписан аккуратно: Фёдор.

Леон, тоже наблюдавший за манипуляциями Артура, увидел первым и чуть подался вперёд. Глеб остался неподвижен, но взгляд у него стал совсем холодным — тоже заметил.

Артур быстро смекнул, что именно вызвало интерес, и принялся лихорадочно удалять файлы с видео. Но я опередил его, прежде чем переписка в чате с куратором оказалась почищена.

— Стоп, — остановил я пацана. — Это что?

Артур сразу начал юлить.

— Это…

На «это» фантазия у него как-то сразу иссякла. Подстраховал Матвей — полез вперёд раньше, чем успел подумать.

— Мы просто… он просил материалы по группе. У нас практика такая — скидывать куратору то, как прошёл день.

Я молча выслушал отмазку, про себя делая вывод, что Матвей у нас врунишка не хуже Артура. Видя, что я молчу и не свожу с него взгляд, Матвей повторил, как мантру:

— Материалы…

Артур, уже успевший отойти, огрызнулся:

— Ну, для работы. Он куратор. И вам, Роман Михайлович, запрещено лезть в терапию нашей группы.

Я смотрел на экран. Федя, пересланный ролик. Слово «динамика», которое прозвучало раньше, и угроза показать видео Линде. Общая картина складывалась, и нравиться она мне перестала.

Федя, значит.

Пацаны, эта троица отъявленных хулиганов, были лишь руками. Руками гадкими, ловкими, привыкшими таскать чужую боль. А вот чья голова торчала над руками, вопрос становился куда интереснее.

Будить Федю сейчас было соблазнительно. Зайти к нему ночью с тремя липкими хозяевами курятника, с телефоном и вопросом: «Фёдя, как тебе, урод сраный, практическая динамика?» Ход был бы красивым, не поспоришь. Но слишком красивым. Сейчас нужно было закрыть компромат, удержать пацанов и не превратить ночь в общий пожар.

— Удаляй у себя пересылку, — сказал я.

Артур ухватился за это.

— Я у него не удалю, Роман Михалыч!

— Я понимаю. У себя удаляй. Насчёт Феди тебя не касается, мы с ним поговорим отдельно.

Артур удалил пересылку.

Когда закончили, я повернулся