Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

— О, блин, смотри! — уважительно оценил Николай. — Если таким по башке приложить, точно ногами вперёд унесут!

Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, как проходили тренировки. Наверняка, разогреваться сэр Жан начинал с простенькой квинтаны. На полном галопе поражал копьём деревянный квадрат, сооружение разворачивалось и норовило шарахнуть его по спине мешочком с опилками. Удар наверняка получался чувствительным. Затем наступал черёд перекладины со щитом и бурдюком с песком. В этом случае плюха запросто могла выбить из седла. Ну и третий, наиболее опасный номер: удар копьем «в голову», и уход от смертельного удара кистенём.

Имелись и меньшие квинтаны, для пеших тренировок. Вскоре Николай уже азартно забавлялся с одной, от души лупцуя в щит новым мечом и уклоняясь от мешка. Почти у стены стояли многочисленные деревянные мишени, чьё назначение тоже не допускало двойных толкований. Владимир попробовал метнуть «Сарацин» в наиболее широкую, и быстро вошёл во вкус. Кинжал имел хороший баланс.

— Вижу, времени зря не теряете! — неожиданно раздался за плечом голос сэра Жана. Феоктистов непроизвольно вздрогнул.

— Да вот, решили развлечься!

— Ну-ну. Может, на мечах поиграем?

— Без кольчуг? — несколько насторожился разбойник.

— Как хочешь.

— Нет, давай-ка, защиту наденем! Не люблю поцарапанным ходить.

Зубров бросил квинтану и подошел к облачающимся приятелям:

— Вы это чего?

— Тренироваться будем.

— А! Ну, тогда я следующий.

Изготовились. Сэр Жан обнажил клинок без заточки, с тупым остриём.

— Нападай! — великодушно предложил Владимир. И тут же его меч вылетел от мастерского взмаха, а по закрытым кольчугой ребрам ударил рубящий.

— А, блин! — он с трудом восстановил дыхание и поднял меч.

Взмах, отбив, удар по рёбрам, ещё один, закрут — и оружие Феоктистова вновь сверкнуло железной щучкой, улетая прочь. При этом, похоже, сэр Жан бил без усилия, чтобы даже тренировочным лезвием не сильно портить дорогую кольчугу.

На этот раз Владимир молча восстановил дыхание, поднял меч и кинулся в атаку. Клинок крестоносца словно развернулся в железный веер. Через пару секунд разбойник вновь остался без оружия и получил серию рубящих по корпусу.

— Ты слишком предсказуем! — ровным, совершенно не запыхавшимся голосом сказал сэр Жан. — Хотя техника довольно неплоха.

— Да как же неплоха, если ты меня уже в капусту изрубил!!!

— Да не переживай! — успокоил крестоносец. — Просто я немного более опытен с мечом. Надеюсь, таких противников тебе встретится не так уж и много. Хотя…

— Ну, спасибо, блин! Утешил!

— Если не возражаешь, порублюсь с Николаем.

Зубров влез в кольчугу и взял старый, привычный меч. Да и не так жалко лезвие портить! К сэру Жану он приближался с опаской. Взмах, россыпь ударов, и Коля тоже скрючился без оружия, с отбитыми рёбрами. Ещё несколько похожих атак...

— Ладно, ребята, давайте усложним игру! — - сэр Жан снял кольчугу. — Нападайте вдвоем и рубитесь как с настоящим врагом. Если сможете хотя бы ранить, ещё по клинку подарю.

Упрашивать избитых разбойников не пришлось. Секунда промедления, и оба кинулись в атаку. Крестоносец поймал боковиной лезвия меч Феоктистова и извернулся так, что Володька оказался меж ним и Николаем. Пока Зубров пытался обежать друга, сэр Жан уже «обработал» рубящими его многострадальные бока. А потом даже не стал обезоруживать — просто подсек ногой и переключился на Колю. Встретил его весьма чувствительным тычком в грудь, а затем приложил тупым лезвием по голове.

— Два-ноль! В твою пользу, — злобно подвел итог Феоктистов.

— Немного тренировки, и будете рубиться не хуже! — успокоил сэр Жан.

— А ты научишь нас? — с плохо скрытым волнением спросил Зубров.

— Конечно! Если принесёте мне присягу верности.

— Э, нет! Мы с детства росли вольными, и в слуги не пойдем. Даже к тебе.

— Но ведь и я приносил вассальную присягу своему сюзерену! Сначала шерифу Фалеза, а затем королю Иерусалимскому, сиру Ахиллу.

— Та-ак! — голос Владимира прервался. — Хочешь посвятить нас в рыцари?!

Вообще-то в мыслях у сэра Жана не было подобного, но волнение разбойников говорило за себя. Они просто жаждали рыцарских шпор! На этом можно сыграть.

— Я бы сказал, что такой вариант вполне возможен. Но…

— Что «но»?!

«Вот оно!!! Вот шанс узнать их тайну!»

— Вассал должен быть благородной крови. Кроме того, ему надлежит ничего не скрывать от своего сюзерена. А я вообще ничего о вас ничего не знаю!

Колебался Феоктистов не долго. Сэр Жан убедительно доказал право вожака.

— Хорошо, мы расскажем свою историю. Здесь, кроме тебя, об этом знает лишь один человек — Робин Худ. Поэтому, даже если ты нам не поверишь, поклянись никому не рассказывать об услышанном! Поклянись своей рыцарской честью!

Сэр Дыб-Кальвадосский задумался. Стоило ли давать столь серьезную клятву? И решил, что, пожалуй, да. Во-первых, обещанная история обещала быть невероятно занимательной. (А здесь, при отсутствии других развлечений, это стоило очень дорого!) Во-вторых, сами разбойники, уже привыкшие к тяжёлым доспехам и отлично владеющие мечами, вполне устраивали его как потенциальные оруженосцы. А может и полноценные рыцари-вассалы. Крестоносец поклялся.

Глава 7

1984 год по хронологии Метрополии, 25 мая. СССР, г. Бузулук.

Второе появление Зоринки было более эффектным. В прихожей рассыпался в трелях звонок, и на пороге возникла фантом в корабельном костюме, благородную белизну которого подчеркивали серебристые ранты в алой окантовке. Тёмная эмблема добавляла значимости. В руках врач держала узкий блестящий чемоданчик.

Она лучезарно, по-киношному, улыбнулась, и после сличения с голографией была допущена к «тюльпану». Но подойдя, нахмурилась:

— Там никого нет!

— Как нет?! — ахнула мать Феоктистова. Фантом пожала плечами:

— Когда в саркофагах лежат тела, вот эти индикаторы горят голубым светом! — тронула рукой две выпуклости цвета обшивки.

— А перегореть они не могли? — с надеждой спросил Вовка.

— Это полупроводники. Впрочем, можно проверить на наличие поля.

Извлекла из «дипломата» плоское устройство и немного поколдовала.

— Странно. Похоже, нужно полное сканирование!

Взгляд фантома упал на инопространственные подарки, аккуратно сложенные в углу. Зоринка выбрала там небольшой твёрдый ранец с кучей ремней и