Мастер Рун. Книга 15 - Артем Сластин

— Вы живёте во внешнем мире и не знаете, что очень скоро Красное Око погаснет. Сроки, когда это случится, знают только боги. Оно погаснет: это записано, обещано и неизбежно. Тогда свет и тепло уйдут из этого мира. Море, что вокруг нашего дома, станет льдом от берега до берега, и лед этот не растает никогда. Все, кто живут наверху, умрут.

— Ага, вы живёте здесь, я правильно понимаю, да? — так же издевательски ёрничая, продолжила командир Осколков.

— Праведные сойдут вниз в Чертоги, что приготовлены для них, где есть всё: поля, вода. И мы переживём ночь, а потом придёт срок, и просиявшие вернутся к нам. Их разум не потерян, что бы вам ни казалось. Их разум взят Оком на хранение, оно сбережёт их для лучшего дня, когда он понадобится. И в новый мир они войдут первыми, самыми чистыми и целыми.

— Неужели ты сама в это веришь?

— Мне не нужно верить, я знаю. Мой сын — просиявший. Двадцать шесть лет назад он принял ядро и не удержал разум. Я сама отвела его к пастырю и вижу его иногда здесь, в колоннах, когда паства идёт в порталы. Он ещё жив и не узнаёт меня, но я знаю, что око вернёт взятое. Поэтому не трать время, открывай эти белые ворота и начни говорить с теми, кто стоит за ними. А лучше дай мне это сделать.

Я задумался над её словами насчёт Красного Ока. Ведь если это действительно красный карлик, то уж он точно не должен гаснуть по расписанию каких-то жрецов. Такие звёзды живут гораздо дольше, чем существует всё, что я мог бы себе представить, — фактически триллионы лет против нескольких тысяч лет секты. Так что пророчество, скорее всего, было чушью. Мало ли, здесь я слышал много подобного бреда.

Хотя можно, конечно, вспомнить о том, что Слеза Ока упала на Аш-Китар несколько тысяч лет назад и создала то, что теперь называется Ямой. До сих пор до конца причина этого разрушения мне не была известна. Где-то в записях было написано, что это упал летающий остров. Жители этого острова когда-то проиграли войну и пали, сражённые другими небесными врагами. Гадать, что было на самом деле, смысла нет никакого. Мы боремся не с последствиями, а с тем, что уже устоялось и живёт само по себе в настоящем.

Ну и нельзя совсем игнорировать тот факт, что этот древний город был построен на будущее, что древние предки и строители потратили огромнейшее количество лет и ресурсов на то, чтобы всё это сделать, заботясь о своих потомках. Это, конечно, внушало не только уважение, но и немного даже страх. Если их вера была настолько сильна, что заставляла их делать такое, то что им убить чужаков, попавших в святая святых. Так что потом нужно будет поостеречься. Ну или стать настолько сильными, чтобы с лёгкостью убивать тех, кто будет приходит по наши души.

— Мы отпустим тебя и твоих людей, когда окажемся на корабле и отойдем от порта как минимум на несколько километров, — сказал я, проговаривая условия. — С нами должна быть лодка, на которой вы уплывёте от нас обратно.

— Корабль будет снаряжён полностью и готов к отправке. Скорее всего, такой уже стоит в порту, и мы с удовольствием отдадим его вам, — ответила старуха, а затем протянула ко мне связанные руки. — Режь верёвку, мальчик, и запомни этот день. Сегодня ты заключил самую лучшую сделку в своей жизни и одновременно самую худшую.

Я не стал подчиняться её приказу резать верёвку. Вместо этого поднял её силой и потащил к воротам, а затем нажал на рычаг, смотря, как бесшумно открываются стены. Свет снова хлынул в наше убежище, и старуха шагнула вперёд с такой лютой властностью, что я на время даже опешил. Быстрое преображение из рабыни в царицу. Не успел я приставить копьё к её спине, как она очень громко и резко закричала.

— Стоять! — её голос мгновенно перекрыл гул, и воины, которые тут же бросились к открытым воротам, остановились, словно наткнулись на невидимую стену.

Она попыталась сделать ещё несколько шагов вперёд, но я остановил её и потянул назад.

— Даже не надейся, — прошептал я ей.

— Больно надо, — огрызнулась она. — Эйри, друг мой, ты жив? Иди сюда.

— Госпожа! — тут же вышел один из воинов, который имел обычные глаза, и неожиданно опустился перед ней на колени. — Госпожа, они убили Азрара. Они привели скверну. Внутренний круг…

— Заткнись! — оборвала она его, и он тут же захлопнул рот. — Круг соберётся через несколько часов. К этому моменту мы должны быть очень далеко отсюда. Потом будет время пересчитать раненых и похоронить, а также решить, кому достанется место в совете. Нам до этого сейчас нет дела. Слушай меня внимательно.

Старуха снова повернулась ко мне и потрясла связанными руками.

— Развяжи меня, мальчик, — сказала она тоном, не терпящим возражения. — Время уходит, каждая секунда дорога. Пока мы здесь стоим, приближается тот момент, когда кто-то из других лучей сообразит, что здесь произошло, и захочет получить свой кусок власти.

И только тогда я вытащил нож и перерезал верёвки, заставляя всю команду, стоящую за моей спиной, напрячься и останавливая их жестом, что всё будет хорошо.

— Старая карга умеет убеждать, — услышал я шёпот Сина в той тишине, которая воцарилась вокруг.

— Осторожней со словами, обожжённый, они могут стоить тебе жизни. Впрочем, что обижаться на будущий труп?

Затем старуха, так и оставшись без имени, обвела взглядом наш отряд, видимо, запоминая лица, а затем повернулась к своим воинам и начала раздавать приказы.

— Эйри, собери проверенных людей и проводи нас до торгового туннеля. Если кто-то из твоих воинов захочет сегодня умереть, то может тронуть любого из моих гостей. Я лично прослежу, чтобы смерть этих тварей была долгой и запоминающейся.

Её власть была здесь действительно абсолютной, потому что никто даже слова не сказал, когда мы прошли дальше. Воины спрятали клинки, и тот, кого называли Эйри, выбрал несколько десятков человек, большинство из которых были пастырями, а не золотоглазыми. С одной стороны, было разумно, а с другой — очень нас всех нервировало.

Затем очень быстрым шагом нас спустили вниз по узкой спрятанной лестнице, и мы вышли в туннель, который уходил глубоко под землю и в котором находились